• Злодею Есть Что Сказать [Возрождение]
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Когда Ло Цзяньцин убедился, что все дела организованы, уже опустился вечер кануна Великих соревнований секты.

    Великие соревнования секты уже завтра, а Цзо Юньмо так и не прорвался на среднюю ступень. Он взглянул на Ло Цзяньцина и от безысходности улыбнулся: "Как же досадно, Шисюн. Я всего в каком-то малюсеньком шажке от прорыва на среднюю ступень формирования ядра. Когда придет время, я сражусь с тобой, вот это будет истинное удовольствие".

    На что Ло Цзяньцин усмехнулся: "Шиди, даже когда ты достигнешь средней ступени, не пытайся бросить вызов величию своего Шисюна". Цзо Юньмо вскинул брови: "А кто это тут у нас в детстве любил ездить на моих плечах днями напролет..."

    "Шиди!"

    Цзо Юньмо слабо улыбнулся и прислонил палец к губам, этаким жестом успокаивая молодого человека.

    Ло Цзяньцин не отличался вспыльчивым характером, поэтому лишь подумал про себя: подожди у меня, завтра на арене я научу этого не уважающего старших второго шиди грамотно писать слова «Да Шисюн»!

    Этим же вечером Ло Цзяньцин поведал Сюань Линцзи о делах грядущего дня. И только в очередной раз подтвердив, что тот все же не собирается являться на соревнования, снова ощутил некоторую пустоту в своем сердце, хотя и знал заранее, что этого следовало ожидать. Великие соревнования секты - это всего-навсего показательная борьба между учениками. И даже их совместный бой с Цзо Юньмо, как заклинателей на стадии формирования ядра, недостоин внимания Сюань Линцзи.

    Однако, прежде чем Ло Цзяньцин ушел, Сюань Линцзи пресно произнес: "Не посрами Пик Юй Сяо".

    Откликнувшись кивком, Ло Цзяньцин удалился.

    С наступлением ночи на востоке взошла яркая луна.

    Над горой Тай Хуа нависла мрачная тишина, и только голоса демонических зверей доносились из глубин леса.

    Завтра Великие соревнования секты, поэтому многих учеников этой ночью одолела бессонница. Кто-то медитировал, стремясь стабилизировать свою технику; другие непрерывно тренировали своих духовных зверей, добиваясь от них абсолютного результата; были и те, кто оттачивал свои навыки вместе с товарищами, выступая против друг друга и практикуя свои умения в реальном бою.

    Средь ночного мрака на вершине Пика Юй Сяо мелькнул черный силуэт и, пройдя сквозь слои запретительного барьера, скрылся во тьме.

    Ло Цзяньцин стремительно несся среди горных пиков, он был облачен в черные одежды так называемого «ночного путника*». Помимо черной ткани, скрывающей его лицо, он также принял маскирующую пилюлю второго уровня, благодаря действию которой заклинатели ниже стадии отсечения души не могли узнать его истинную внешность.

    (*одежда ниндзя - темная маскировочная одежда).

    Молодой человек нисколько не беспокоился о том, что Сюань Линцзи поставит под вопрос его отсутствие на пике. В детстве он на регулярной основе тайком покидал вершину в ночи, развлекаясь и бегая по горе с остальными шестью из семерки детей Тай Хуа. Поначалу Сюань Линцзи ни раз его наказывал, заставляя подумать над своим поведением, но однажды он наказал его по всей строгости - Ло Цзяньцин стоял на коленях за вратами порицания, упрямо не желая признавать своих ошибок, пока , в конечном счете, не потерял сознание. После этого случая Сюань Линцзи перестал заботиться о ночных побегах самовольного ученика с Пика Юй Сяо.

    Ло Цзяньцин вырос на горе Тай Хуа, поэтому знал ее, как свои пять пальцев. Он срезал путь к Пику Хао Мин и, кто бы мог подумать, направился не к резиденции внутренних учеников, а к месту жительства внешних.

    В это время достаточно много учеников тайком тренировались. Молодой человек, не обращая на них никакого внимания, вскоре нашел того, кого искал.

    Ясно как день, что завтра стартуют Великие соревнования секты, также вполне очевидно, что его собственных сил недостаточно, чтобы пройти первый этап, однако Ли Сючэнь, как и прежде, сидел во дворе с каменным лицом. Он не совершенствовался и не практиковался с остальными учениками, зато с чудаковатым выражением без остановки вертел в руке кинжал, и кто бы знал, какие думы его обуревали в этот момент.

    В прошлой жизни, когда Ли Сючэнь вошел в горную секту Тай Хуа, он сразу обрел внимательного и заботливого наставника в лице Сюань Линцзи.

    Хотя с самого начала этот юноша не обладал степенью основания, Сюань Линцзи все же настаивал, чтобы тот приложил все усилия и достиг шестой ступени конденсации ци в течение года. Так оно и произошло, однако, к удивлению многих, из двадцати четырех новичков лишь двое сумели добиться этого результата; и вторым был ребенок с основанием первой степени.

    Усердность и серьезность, с которой Ли Сючэнь подходил к совершенствованию в прошлой жизни Ло Цзяньцина, заставили молодого человека испытать нешуточное чувство зависти. Тогда долина Лю Янь тоже открылась раньше срока. Ученики стадии конденсации ци были разделены на три группы в соответствии со ступенью, которой достиг их уровень - начальная фаза, средняя и поздняя. По итогам соревнований между учениками конденсации ци трое финалистов были допущены в долину Лю Янь.

    События этой жизни повторяли те, что происходили в прошлой, за исключением одной детали - сейчас Ли Сючэнь находился лишь на четвертой ступени стадии конденсации ци.

    Говоря откровенно, эта его четвертая ступень на деле чересчур преувеличена. Ведь Ли Сючэнь никогда не практиковался и не имел в качестве наставника Сюань Линцзи, однако, вопреки ожиданиям, все же достиг и такого результата. Как сказал бы Се Цзычжо: этот подлец Ли Сючэнь несомненно использует грязные трюки!

    Ло Цзяньцин понятия не имел, как этот мальчишка совершенствуется. В конце концов, Се Цзычжо ни раз посылал к нему людей и, тем не менее, те не нашли и намека на то, что Ли Сючэнь настойчиво терпит лишения и преодолевает трудности духовных практик. Впрочем, Ло Цзяньцину до этого дела не было, этим вечером он пришел вовсе не шпионить за юношей.

    И, памятуя об этом, молодой человек словно растаял в воздухе, подавив свою ауру.

    Ли Сючэнь, поигравшись с кинжалом некоторое время, за которое, вероятно, заварилась бы чашечка чая, сунул его за пояс. И, стоило ему обернуться, как в глаза неожиданно бросился человек в маске, с ног до головы облаченный во все черное.

    Юноша в ужасе распахнул глаза и раскрыл рот, намереваясь закричать, но вдруг обнаружил, что его голос был запечатан этим незнакомцем.

    В тот же момент внутри дворика раздался хриплый голос: "Ты, мальчишка, весьма радуешь глаз и очень мне симпатичен. Я хочу даровать тебе этот магический артефакт, который поможет тебе пройти завтрашние великие соревнования горной секты Тай Хуа. Не благодари меня, мы еще свидимся, и тогда ты узнаешь, кто я".

    Еще очень долго Ли Сючэнь был парализован с ног до головы. На земле появился длинный меч. Юноша никак не мог развеять окутавшую его атмосферу ужаса. Не говоря уже о том, что незнакомец скрывал свое лицо, со зрением Ли Сючэня он бы и так не сумел разглядеть его в сумраке.

    Наконец, усмирив дрожь в теле, Ли Сючэнь подполз к подаренному мечу и взял его в руки.

    "Небеса помогают мне! Так и есть, это благословение небес! Я действительно главный герой! Ха-ха-ха-ха!"

    Покинув двор, Ло Цзяньцин сорвал с лица черную ткань и, усмехнувшись, стремительно скрылся.

    На следующий день Великие соревнования секты, которые гора Тай Хуа устраивала раз в семь лет, официально стартовали.

    В настоящее время в горной секте Тай Хуа насчитывалось несколько сотен учеников на стадии конденсации ци, около сотни человек на стадии возведения основания и всего десять - на стадии формирования ядра, в числе которых была семерка детей Тай Хуа, а также трое шиди, что, не покладая рук, работали над собой, дабы сформировать свои золотые ядра.

    Боевая арена была возведена на главной площади перед залом Линюнь на Пике Цан Шуан. Приглашенные старейшины других сект могли расположиться перед залом Линюнь и наслаждаться показательными выступлениями молодого поколения. Из семи горных Лордов секты Тай Хуа прибыли трое, глава секты Хао Синцзы восседал в центре всего этого многообразия людей, как и полагалось руководящему лицу.

    Ответственными за соревнования были четверо старейшин на стадии отсечения души, а также более двадцати старейшин стадии зарождения души были распределены вокруг арены, дабы, в случае возникновения непредвиденных обстоятельств, вовремя оказать помощь.

    Совершенствование тела и духа извечно шло бок о бок со смертельной опасностью, поэтому тот, кто самоотверженно прикладывает все силы, в один прекрасный день, непременно повстречается с гробовой доской.

    Оттого на Великих соревнованиях секты и требовались старейшины высокого уровня в качестве смотрителей, в противном случае, беды не избежать.

    Открывали соревнования бои между учениками конденсации ци первой фазы, впрочем, они были самыми непримечательными для зрителей. По итогам этих сражений трибуны, полнившиеся адептами, взорвались гулом - и эти восторженные возгласы вовсе не были адресованы младшему ученику, одержавшему победу. Все зашумели потому, что по периметру арены неожиданно появились семь человек.

    Семь детей Тай Хуа прибыли в полном составе!

    Младшая шицзе Му Тяньсинь светилась, подобно пламени, в своих огненно-красных одеждах; шестой шисюн Сю Хэнь выделялся крепким станом, мощным и угрожающим; пятый шисюн Хо Юйчун с ярко-рыжей головой откровенно являл свой вспыльчивый нрав; четвертый шисюн Се Цзычжо, облаченный во все черное, игриво крутил в руках веер; третья шицзе Вэй Цюнъинь с холодным лицом стороннего наблюдателя держала свой меч; второй шисюн Цзо Юньмо просто мягко и добродушно улыбался.

    И тот, кто возглавлял эту процессию, казалось, притянул на себя все великолепие мира, ослепляя своей яркой славой, подобно небесному светилу.

    На лбу его цвел изумрудный лотос с тремя лепестками, брови и глаза на красивом лице казались нарисованными*, каждый шаг молодого человека в белых одеждах с зеленой каймой был исключительно грациозен. Его безмятежное выражение и отреченный образ разительно выделяли его из массы окружающих, и заставляли всех присутствующих перед залом Линюнь невольно прокручивать его имя в своих головах.

    (*настолько прекрасен, что сравним с шедевром живописи).

    Ло Цзяньцин.

    Ло Цзяньцин - ученик Пика Юй Сяо горной секты Тай Хуа.

    Даже для всемогущих заклинателей стадии слияния души это имя было громом в ушах*.

    (*громкая слава, большая известность).

    Единственный ученик пика Юй Сяо, а также последний ученик заклинателя номер один под небесами - почтенного Сюань Линцзи.

    "Это Ло Цзяньцин?"

    "Воистину достоин величия секты Тай Хуа. Даже невзирая на то, что он только на средней ступени формирования ядра, я явственно ощутил непревзойденную энергию меча, исходящую от него".

    "Хао Синцзы, Чжанмэнь, почтенный Сюань Линцзи сегодня не присутствует на соревнованиях?"

    Хао Синцзы был готов к подобному. Пускай его уровень совершенствования превосходил мастерство этих людей, однако в данную минуту он, как руководитель, являлся главным лицом секты Тай Хуа и вступил в диалог. Спокойным и равнодушным тоном он поведал: "Это Да Шисюн горы Тай Хуа, Ло Цзяньцин".

    Все заинтересованные тяжело вздохнули. Даже старейшины четырех сект, восьми крупных кланов и шестнадцати школ, что были на стадии прохождения бедствий, не отрывая взглядов, взирали на Ло Цзяньцина.

    Тем временем, взор Ло Цзяньцина был обращен к центру арены, где в данный момент проходил бой учеников средней фазы конденсации ци. В общей сложности несколько десятков людей прошли через сражения, и, в конце концов, когда облака пыли и песка рассеялись, на арене остался лишь один весьма заурядный, молодой победитель. К вящему удивлению многих, даже старейшины судьи обомлели, и долгое время не могли издать и звука.

    Наконец, старший судья разбил безмолвную тишь: "Победитель средней фазы конденсации ци - Ли Сючэнь, четвертая ступень!"

    После этого заявления, все ученики тотчас зашушукались. Се Цзычжо скривил губы и подбежал к Ло Цзяньцину, прошептав: "Шисюн, что за ерунда? Он опять победил, опять! Ему снова повезло - шестеро его соперников отсутствовали, он участвовал только в двух боях, а в финальном, так и вообще, в пух и прах разнес ученика на шестой ступени, ты можешь поверить? Я не могу! Этот его клинок уж очень сомнительный, его сила слишком неестественна!"

    Пока Се Цзычжо это говорил, то хотел уже было встать и пойти разобраться в ситуации, но Ло Цзяньцин вовремя его ухватил и потянул на место со словами: "Четвертый шиди, этот ученик тоже получил весьма серьезные травмы, его оружие - действительно ценный артефакт, однако, коль уж старший судья не запретил использовать его, значит оно допустимо".

    "Небеса несправедливы!" - раздраженно пробурчал Се Цзычжо.

    "Шиди" - тихонько усмехнулся Ло Цзяньцин: "Не завидуй чужой удаче".

    Се Цзычжо расхохотался до слез, что оба глаза его позеленели: "Кому я завидую, ему?!"

    Великий брат-наставник тотчас огрел его пятерней по затылку, заткнув рот этому болтуну. Но тот, оказавшись несправедливо обиженным, все же пробормотал себе под нос: "Шисюн, я же знаю, что ты и сам его терпеть не можешь, что сегодня то случилось?"

    На что Ло Цзяньцин лишь молча улыбнулся.

    Тем временем Ли Сючэнь громко веселился, в одиночку восхищаясь самим собой - никто из учеников не подходил к нему с поздравлениями. Даже малышка Лю Сяосяо, стоя в окружении адептов Пика Цин Лань, просто смотрела на юношу, не желая сделать и шага в его сторону.

    Увидев это, Ло Цзяньцин широко растянул уголки своих губ, прищурив глаза, и невозмутимо продолжил наблюдать за следующими боями.

    Вскоре соревнования между учениками конденсации ци подошли к концу, а учеников на стадии возведения основания было немного, поэтому их бои быстро завершились. Наконец, настала очередь десятерых, сформировавших свои золотые ядра.

    Все взоры сосредоточились на боевой арене. Ло Цзяньцин резво поднялся на сцену и, глядя на очаровательную девушку в ярко-красном наряде, слегка взмахнул рукавом и улыбнулся: "Младшая шимэй, сегодня... я не собираюсь церемониться".

  • Злодею Есть Что Сказать [Возрождение]
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Отсутствуют комментарии