• Злодею Есть Что Сказать [Возрождение]
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Как известно, лучшей сектой на континенте Сюаньтянь являлась гора Тай Хуа, и каждые семь лет она проводила великие соревнования секты.

    Будучи сектой совершенствования номер один среди прочих, гора Тай Хуа не боялась обнажать свою реальную мощь. Напротив, позволяла своим лучшим из молодых учеников вволю показать себя, демонстрируя свой мастерский уровень. Таким образом гора Тай Хуа являла верх своего величия и славы.

    На каждых великих соревнованиях была неотъемлемая традиция - все влиятельные фигуры континента прибывали с поздравлениями.

    На этот раз хлынул еще более бурный поток - малые властители командировали своих глав или же старейшин для принятия участия в соревнованиях, а, что касается четырех сект, восьми крупных кланов и шестнадцати школ - от них делегатом прибыл старейшина на стадии бедствия*.

    (*я тут решила заменить название стадии становления бессмертным на стадию бедствия, по сути это одно и тоже, ведь когда заклинатель собирается прорваться к бессмертию, тем самым он нарушает законы небес, и небеса этим недовольны, поэтому на каждой ступени посылают ему бедствия, проклиная его. Если человек с ними справляется, то совершенствуется дальше, в противном случае умирает. Поменяла, чтобы не путать вас в бессмертии и истинном бессмертии и тд).

    Как выдающиеся таланты молодого поколения, Ло Цзяньцин и Цзо Юньмо были ответственными за прием гостей. Как только все заклинатели внешнего мира были официально зарегистрированы на горе Тай Хуа, почтенный Хао Синцзи сразу же собрал их для совещания по поводу грядущей карательной экспедиции на демонического совершенствующегося, а также долины Лю Янь.

    Само собой, обычные ученики не могли вмешиваться в дела такой важности, впрочем, Ло Цзяньцин сидел в зале Линюнь и внимательно слушал полемику всех этих заклинателей на стадии отсечения души. Молодой человек находился здесь, представляя Пик Юй Сяо, поскольку сам Сюань Линцзи никогда не интересовался подобными сложными вопросами. К тому же, тот демонический совершенствующийся всего-то на стадии зарождения души - к чему величайшему под небесами заклинателю вообще хлопотать.

    Толпа старших недолго дискутировала по первому делу, их больше заботила ситуация с долиной Лю Янь.

    Долина Лю Янь открывается каждые пятьдесят лет. По слухам, несколько десятков тысяч лет назад, во время войны между двумя расами, священный огненный демон упал с неба в провинцию Чан, вследствие чего образовалась долина Лю Янь*. Вот уже несколько тысяч лет пламя в долине Лю Янь не угасает, и только лишь заклинатели, чей уровень ниже стадии зарождения души, допускаются внутрь исследовать тайны этого места, что сулит им большие возможности.

    (*流焰 - текущее пламя)

    Священный демон по своему уровню эквивалентен совершенствующемуся на стадии небожителя!

    Еще один шаг - и священный демон вознесется, став бессмертным, и обретет бессмертное тело.

    Можно себе представить, насколько значимой для заклинателей была долина Лю Янь.

    На этот раз долина Лю Янь открылась раньше срока, тем самым приведя в негодование немало влиятельных людей. После обсуждения этого вопроса, которое длилось целый день и целую ночь, Хао Синцзи, взмахнув рукавом, составил экземпляр соглашения, который подписали представители прочих сект и, вместе с тем, запечатлели в нем духовное сознание. В конце концов, решено было отправиться исследовать долину Лю Янь.

    Когда руководители и старейшины прочих сект ушли, Ло Цзяньцин остался один, а почтенный Хао Синцзи не преминул напомнить: "Цзяньцин, преждевременное открытие долины Лю Янь - большая удача для тебя. А иначе, с твоим уровнем совершенствования, когда долина вновь откроется спустя 24 года, ты уже достигнешь стадии зарождения души и не сможешь войти".

    "Цзяньцин понимает" - кивнул молодой человек.

    "В то же время, открытие долины Лю Янь раньше срока так некстати" - продолжил Хао Синцзи: "Наше молодое поколение горы Тай Хуа еще слишком зеленое и неподготовленное. Ты, как Да Шисюн должен возглавить своих младших учеников, действовать ответственно и осмотрительно. Не забывай, жизнь превыше всего".

    Хао Синцзи отдавал наказы еще какое-то время, после чего отпустил Ло Цзяньцина.

    Как сказал Хао Синцзи, ученики горы Тай Хуа действительно еще зеленые и неподготовленные. А среди сформировавших свое золотое ядро сильнейшим был именно Ло Цзяньцин, который уже достиг средней ступени стадии формирования ядра. По силе он превосходил всех учеников своего поколения, однако времени на совершенствование уже не доставало. И тут совсем некстати открывается долина Лю Янь, поэтому иного выхода, кроме как отправить их, не оставалось.

    По возвращению на Пик Юй Сяо, Ло Цзяньцин не пошел совершенствоваться в свой дом, а, вместо этого, извлек Шуан Фу, чтобы поупражняться в бамбуковой роще.

    Его светлые белые одежды слегка развивались в воздухе, сине-зеленая печать на лбу напоминала изумрудный бамбук, изящество молодого человека не имело себе равных. Лезвие Шуан Фу заискрилось ослепительным мерцанием, а на его острие плавали синие змеевидные молнии. В лунном свете он, казалось, обратился изысканным самоцветом, излучающим сверкающий блеск.

    Каждый шаг Ло Цзяньцина являл собой искусное мастерство. Энергия меча металась средь бамбука, непрерывно раскачивая его из стороны в сторону, листья опадали, кружа вихрем, подобно нежным лепесткам, однако каждый стебель бамбука был цел. Если внимательней приглядеться, то можно обнаружить, что энергия меча точно контролируется на определенном уровне, заставляя бамбук лишь раскачиваться, но на самих стеблях невозможно найти ни единой царапины.

    Ло Цзяньцин практиковал танец с мечом уже около пары часов, лицо его было бледным, а выражение не сосредоточенным.

    Когда он тренировал один из приемов техники свитка Девяти Лотосов Подлинного Намерения, за спиной раздался холодный голос: "Твое сердце не на месте, отчего и фехтованию твоему не хватает совершенства. Цзяньцин, через два дня начнутся великие соревнования секты, такое искусство меча Пика Юй Сяо ты собираешься продемонстрировать, дабы показать величие горы Тай Хуа?"

    Все тело Ло Цзяньцина тотчас задеревенело с головы до ног, он тут же обернулся, потупив взор: "Мастер, этот ученик осознает свою ошибку".

    Сюань Линцзи был облачен в белый китайский халат с лацканами, его черные длинные волосы свободно ниспадали, а умиротворенный взгляд устремлен на ученика перед ним. Он довольно долго пристально разглядывал молодого человека, пока наконец внезапно не шагнул вперед, крепко схватив меч в руках Ло Цзяньцина.

    Ло Цзяньцин подсознательно сжал рукоять. Сюань Линцзи удовлетворенно бросил: "Неплохо, все же знаешь, как не лишиться своего оружия".

    Молодой человек был не способен поднять головы, уже было вознамерившись раскрыть рот, он вдруг ощутил, что все слова прочно застряли в горле.

    -------Слишком близко.

    Казалось, он только что принимал ванну - его длинные волосы не были собраны в нефритовую заколку или связаны лентой. Эти блестящие черные волосы упали по обе стороны от его холодных и непреклонных, раскосых глаз, делая его лицо еще более равнодушным и отчужденным, таким же холодным, как промерзшее серебристое сияние луны.

    Ученики горы Тай Хуа вечно были не прочь посплетничать, и один из них однажды в шутку сказал: "Недаром на Пике Юй Сяо существует ограничение, ведь сколь знатен почтенный Сюань Линцзи. Поговаривают, главный старейшина клана Фэйхуа, что в составе четырех сект, тайно в него влюблен. Не говоря уж о нашем Да Шисюне, если бы не было ограничения, младшая шимэй, наверняка, каждую ночь бегала бы к нему на пик, боюсь, даже не одна она, а большинство заклинательниц всего континента потеряли бы самообладание!"

    Пик Юй Сяо славился не только выдающимися способностями мастера и ученика, но и их внешностью.

    Они оба были подобны самому драгоценному нефриту без единого изъяна - настолько совершенны и прекрасны, что не сыскать того, кто бы ими не восхищался.

    Ло Цзяньцин некоторое время тупо таращил глаза. Сюань Линцзи сконцентрировал немного духовной энергии в центре своей ладони и взял в руку Шуан Фу. Сперва молодой человек рефлекторно потянулся за мечом, пытаясь его отнять, Шуан Фу, казалось, тоже проявил некоторое недовольство, но, стоило Сюань Линцзи применить чуточку силы, и клинок тотчас подчинился.

    "Цзяньцин, смотри внимательно" - произнес заклинатель.

    "Первозданный хаос породил лотос. Раскрыв все свои девять лепестков, он превратится в лотос о девяти лепестках".

    Как только его слова стихли, Сюань Линцзи поднял меч - воинственный дух клинка в один миг вспыхнул, разливаясь, подобно безбрежному морю, и стремительно выстрелил.

    В свете луны великий заклинатель с черными, как смоль, волосами кружил с мечом в воздушном танце. Каждое его движение было четко просчитано и не отклонялось от заданного курса ни на йоту. Наблюдающий со стороны молодой человек был настолько впечатлен, что не сдержал волнительного вздоха. Энергия меча, в сравнении с действиями Ло Цзяньцина до этого, в стократ ярче блистала могуществом, а бамбуковые стебли стояли, ни шелохнувшись, словно замороженные - ни единый листочек в бамбуковой роще не дрогнул.

    Наконец неистовый блеск меча превратился в луч золотого света и резко метнулся в сторону Ло Цзяньцина, остановившись в цуне перед его глазами.

    (цунь - 3,33 см).

    Возвращая меч, Сюань Линцзи спросил: "Цзяньцин, ты ясно все разглядел?"

    "Да, ясно" - кивнул головой молодой человек.

    "Тогда давай еще разок" - повелел заклинатель.

    Ни секунды не колеблясь, Ло Цзяньцин поднял меч. Приложив некоторые усилия, молодой человек продемонстрировал что-то в течение времени, за которое едва ли успела завариться чашечка чая, после чего обернулся на своего мастера. Однако тот лишь нахмурил брови и, внезапно шагнув вперед, схватил Ло Цзяньцина за руку и потянул на себя!

    Ло Цзяньцин замер всем телом.

    Вместе с легким и нежным ароматом, молодого человека достиг мягкий шепот Сюань Линцзи: "Ты слишком спешишь".

    Только он это сказал, как сразу же крепко сжал руку своего ученика, медленно направляя взмахи его меча.

    Кожа в тех местах, где их тела соприкасались друг с другом, вспыхивала жаром, который растекался по всем кровеносным сосудам в теле. Когда Сюань Линцзи убрал свою руку, Ло Цзяньцин мгновенно ощутил в сердце некую пустоту и растерянно поднял голову, взглянув на своего мастера. Внезапно для себя он обнаружил... будто бы сегодня вечером этот человек был с ним необычайно ласков.

    Сюань Линцзи едва слышно проговорил: "В запасе еще два дня, не о чем переживать, ты, надо полагать, знаешь... какой сегодня день?"

    Ло Цзяньцин замер на мгновение, затем качнул головой: "Этот ученик не знает".

    "Сегодня твой день рождения" - уголки губ Сюань Линцзи медленно потянулись вверх, обнажая нежную улыбку.

    Молодой человек застыл в безмолвии.

    "Тридцать шесть лет назад я подобрал тебя на берегу реки Ло. Основание высшей степени непременно рождается в сопровождении странных явлений. Твои родители оставили тебя возле реки Ло, я тайно дал им немного серебра и забрал тебя с собой. Вот уже минуло тридцать шесть лет, несколько дней назад я узнал, что в этом году твои отец и мать скончались. Цзяньцин, ты хочешь вернуться и взглянуть на свой дом?"

    (Ох уже эта пресловутая река Ло, похоже, в нее бросают великих, лол)

    Ло Цзяньцин улыбнулся: "Нет необходимости, мастер. Коль скоро Вы уже обрубили мою с ними связь, не важно, в жизни или смерти, я больше не имею к ним отношения".

    Сюань Линцзи устремил взгляд на прекрасного молодого человека перед собой и слегка опустил свои глаза: "Странным явлением при твоем рождении был удар грома и молнии, ниспосланный с небес, воды реки Ло, протяженностью в восемнадцать тысяч ли, капля за каплей очистились от мути. Поэтому в то время я дал тебе имя Ло Цзяньцин. В течение этих тридцати шести лет ты никогда не размышлял о том, какая жизнь тебе была уготована, не случись все так?"

    (Ло - 洛 - река Ло; Цзянь - 渐 - постепенно; Цин - 清 - чистый).

    Ло Цзяньцин широко улыбнулся, а голос его невольно сделался мягким: "Мастер, быть с Вами уже достаточно для Цзяньцина".

    Эти слова лишили Сюань Линцзи дара речи. Он смотрел на своего выдающегося, красивого ученика, который был точно ясная луна*. Пальцы на руках заклинателя задрожали, и духовная энергия в его теле также пришла в беспорядок. Глядя на это утонченное, бесподобное лицо, он ощущал, как его сердце исходится палящим зноем, будто бы в нем вспыхнул пожар, вздымающийся до небес. Совершенная натура мужчины постепенно становилась нестабильна.

    (*обр. в знач.: высокие моральные качества)

    Внезапно лицо Сюань Линцзы вернуло себе прежнее отстраненное и холодное выражение: "В этот раз твой учитель проведет с тобой этот день, отныне и впредь ты и этот грешный мир не должны быть связаны. Ты должен забыть о мирской суете и, с этих пор, преданно стремиться к вознесению и обретению бессмертия".

    "Как это возможно забыть о мирской суете?" - сорвалось с языка Ло Цзяньцина.

    "Обруби узы мирских забот и следуй праведному пути" - сделав паузу, ответил Сюань Линцзи.

    "Как обрубить узы мирских забот?" - вновь спросил Ло Цзяньцин.

    Сюань Линцзи долго молчал, прежде чем наконец отозваться: "Ты уже отречен от грешного мира. Считай, тебя с ним ничего не связывает".

    Однако, услышав его слова, Ло Цзяньцин непринужденно рассмеялся: "Я никогда не обрубал узы мирских сует. В моем сердце Тай Хуа, второй шиди, третья шимэй... каждый старший и старейшина с горы Тай Хуа, кто любит меня и заботится обо мне".

    В этот момент его речь резко оборвалась. Ло Цзяньцин слегка приподнял свои блестящие глаза, в которых таилась улыбка, и, не отводя взгляда от Сюань Линцзи, звонким и ясным голосом, будто говоря сладкие слова любви, искренне произнес: "Мастер, Вы в моем сердце".

    Сюань Линцзи хранил молчание, его лицо, как и прежде, было равнодушным и безразличным, а Ло Цзяньцин тем временем широко улыбался, глядя на него.

    Спустя какое-то время Сюань Линцзи взмахнул рукавом: "Мы вовсе не являемся для тебя мирской суетой, достигнув этого уровня, ты обязательно поймешь".

    Сказав это, Сюань Линцзи влетел в свой бамбуковый дом, в этот же момент Ло Цзяньцин почувствовал сильный порыв ветра, который, окутав его, унес молодого человека внутрь вслед за мастером. Великий заклинатель взял заколку и аккуратно вставил ее в волосы своего ученика. Пальцы мужчины легонько прочесывали волосы Ло Цзяньцина, отчего сердце последнего затрепетало.

    "Она сделана из лазурного духовного халцедона и заключает в себе одну атаку мощностью в 60% от уровня сил твоего учителя. Цзяньцин, после того, как ты используешь ее по назначению, она станет не более, чем простым украшением. Поэтому используй ее с умом".

    "Да" - ответил молодой человек, потупив взор.

    После чего Ло Цзяньцин также помог Сюань Линцзи расчесать волосы и собрать их в нефритовую коронку.

    По общему мнению, они праздновали день рождения, однако за целую ночь мастер и ученик едва ли обмолвились парой фраз. Они оба сидели за шахматной доской, глядя друг на друга, каждый в своих мыслях. К тому времени, как начало светать, с подножья Пика Юй Сяо донесся голос Цзо Юньмо, который пришел за Ло Цзяньцинем, чтобы позвать его продолжить решать вопросы касательно великих соревнований секты.

    Ло Цзяньцин тотчас поднялся и направился к главным вратам пика, но, не удержавшись, обернулся и спросил: "Мастер, этот ученик интересуется, Вы отреклись от мирских забот?"

    Сюань Линцзи стоял к нему спиной, взирая на шахматную доску.

    Прошло довольно много времени, и Ло Цзяньцин уже отчаялся услышать ответ, когда великий заклинатель, казалось, глубоко вздохнул: "Твой учитель... не отрекся".

    Отвесив почтительный поклон, Ло Цзяньцин удалился. Бамбуковый дом вновь погрузился в тишину.

    Сюань Линцзи сел на плетеную кушетку , склонив взгляд на шахматную доску. Он довольно долго сидел так с идеальной осанкой, затем протянул руку и принялся неторопливо поглаживать пальцами каждую фигурку, которой касался Ло Цзяньцин. Его движения были очень нежными и заботливыми. Оглаживая последнюю фигурку, он вдруг содрогнулся всем телом и резко отдернул руку, словно его обожгло.

    "Цзяньцин..."

  • Злодею Есть Что Сказать [Возрождение]
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Отсутствуют комментарии