• Устремления суперзвезды
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Глава 16: «Как Золотой Мастер превратился в бумажного тигра!» (Часть 1).

     

    Город Кино и Телевидения Сяншань, съёмочная команда сериала «Западня».

    Внутри команды любого фильма или сериала, наиболее интенсивные конфликты возникали не между актёрами, и даже не между режиссёром и актёром, как многие думают, а между режиссёром и инвестором. Инвестор платил деньги, а режиссёр был сердцем фильма. Первый часто обращался к последнему с разными просьбами, а последний, как правило, делал все возможное, чтобы удовлетворить их.

    Но очень известные режиссёры,  конечно, вполне могли возразить на любое из предложений инвестора. Тем не менее, инвесторам тоже нужно было зарабатывать деньги, поэтому они обычно не выдвигали никаких странных или причудливых требований. Своеобразное единодушное согласие внутри отрасли.

    Однако это согласие не распространялось на команду «Западни».

     

    Ло Чжэньтао быстро получил от помощника режиссёра Ли подробную информацию о случившемся. С холодным лицом он заговорил, едва подавляя свой гнев:

    — Я не знаю, как Хань Янхао уговорил инвесторов, но теперь они хотят сменить актёров. Они вложили в «Западню» почти семьдесят процентов инвестиций, поэтому выдвигают свои условия. Режиссёр Чжэн не согласен с ними, но инвесторы не хотят уступать ему.

    Красивый и элегантный юноша спокойно спросил:

    — Они хотят заменить только меня?

    Ло Чжэньтао помедлил:

    — Да…

    Что касается такого рода ситуаций, когда они нарушают контракт,  как правило, обычно они не доходят до аудитории. Во-первых, зарплата Жун Сюй была не очень высокой, и инвесторы теперь должны были заплатить ему штраф, но для них это были сущие копейки.

    Молча покачав головой, Жун Сюй прищурился и посмотрел на Ханя Янхао, который отдыхал неподалёку, словно не понимая, что происходит. Внезапно он усмехнулся и спросил:

    — Ло гэ, чем я его обидел?

    Ло Чжэньтао был очень зол и с сомнением ответил:

    — Я тоже не знаю. У Вас никогда не было с ним конфликтов.

    Жун Сюй долго смотрел на спину Ханя Янхао, после чего вздохнул:

    — В этой отрасли нет необходимости кого-либо ненавидеть, но… он уже перешёл все границы.

     

    Все утро команда «Западни» бездействовала. До трансляции оставалось всего две недели, а съёмочная группа отсняла только три эпизода, что было далеко до необходимого для выхода в эфир количества эпизодов.

    Режиссёр Чжэн и менеджер Хань Янхао устроили громко спорили прямо посреди площадки. Режиссёр Чжэн даже зашёл так далеко, что сказал:

    — Я не буду вести с вами никаких дел! Я ухожу!

    Но менеджер остался равнодушным к его заявлению и продолжал улыбаться:

    — Режиссёр Чжэн, Вам стоит хорошенько подумать об этом ещё раз. Это просьба президента Ли.

    Что касается Ханя Янхао, он спокойно сидел в своей комнате отдыха и носу и неё не показывал.

    Ло Чжэньтао, естественно, тоже участвовал в обсуждении с режиссёром Чжэном, мрачно прося инвестора изменить своё решение. В отрасли людей, нарушивших контракт, осуждали. Будь то инвестор, режиссёр или сам актёр, – это всегда было плохим поступком.

    Три стороны проспорили всё утро.

     

    Жун Сюй, сидящий недалеко от них, достал свой сценарий и стал спокойно листать его. Время от времени мимо него проходили разные члены съёмочной команды, говоря ему пару утешительных слов.

    Помощник режиссёра Ли, который руководил актёрами, был особенно взволнован он просто заливался потом. Видя, что «обсуждение» зашло в тупик, он нашёл Жун Сюя и осторожно спросил:

    — Если команда действительно нарушит контракт... что бы Вы сделали, Жун Сюй?

    Простой и честный крепкий мужчина средних лет смотрел на него искренними глазами, а в его голосе слышалась беспомощность и чувство вины. Услышав его, Жун Сюй, наконец, поднял голову, оторвавшись от сценария. Он задумчиво посмотрел на помощника режиссёра Ли; его взгляд был спокойным и ясным, как будто он не знал, что происходит.

    Помощник режиссёра Ли никак не ожидал, что реакция Жун Сюя может быть ТАКОЙ. Видя хладнокровное спокойствие юноши, он необъяснимым образом расслабился.

    Жун Сюй спросил:

    — Ли гэ, я вспомнил, что наши постеры и трейлер должны были быть опубликованы в интернете уже послезавтра, а затем отправлены на телевизионную станцию, где уже через неделю их начнут транслировать в эфире?

    Помощник режиссёра Ли, естественно, кивнул:

    — Верно.

    Услышав это, Жун Сюй улыбнулся. Он встал и сказал:

    — Как-то раз один иностранный режиссёр сказал, что право последнего слова в лучшем актёрском составе и съёмочной группе всегда должен иметь режиссёр. Единственное, что должны делать инвесторы и продюсеры – «удовлетворять все требования режиссёра. Быть таким пассивным, в какой бы вы ни были команде… в этом нет ничего хорошего.

    Неподалеку режиссёр Чжэн, Ло Чжэньтао и менеджер Хань Янхао всё ещё продолжали спорить.

    Глаза помощника режиссёра Ли расширились от удивления, когда он услышал слова Жун Сюя.

    Юноша с улыбкой продолжил:

    — Сегодня, читая сценарий, я внезапно обнаружил, что имя «Хо Си», оказывается, весьма интересно. В Китае есть древняя поговорка: «несчастье может быть скрытым благословением, а за благословением может скрываться несчастье». Несчастье Хо Си... возможно, на самом деле это скрытое благословение. Так что, отталкиваясь от этого, можно ухватиться за возможность перейти от пассивности к агрессии.

    В этот момент в голове режиссёра Ли что-то неожиданно «перевернулось». На мгновение он замер, а  затем быстро вспомнил сообщение, которое однажды отправил его сын: «Думаю, он действительно хорош. Заботься о нём, но не позволяй этому самодовольному позеру издеваться над ним».

    ***

     

     

    Глава 16: «Как Золотой Мастер превратился в бумажного тигра!» (Часть 2).

     

    К полудню команда всё ещё не приступила к работе.

    Директор Ло Чжэньтао и менеджер Ханя Янхао начали холодную войну, из-за чего на площадке воцарила атмосфера неловкости. Хотя другие актёры и сочувствовали Жун Сюю, а Чжан Тунтун очень хотела помочь ему чем-нибудь, у них не было возможностей, чтобы противостоять Ханю Янхао. Им оставалось лишь  втайне проклинать Ханя Янхао, этого напыщенного позера без капли морали.

    Всем, кроме помощника режиссёра Ли, который куда-то исчез.

     

    Когда Чжун И прибыл из аэропорта Шуше к месту съёмок «Западни», он стал свидетелем странной сцены. Вся команда была абсолютно тихой. Каждый занимался какими-то мелкими делами, но никто ничего не снимал!

    Это было не нормально, понимаете?!

    Чжун И окинул площадку взглядом и быстро вошёл внутрь. Как он ни пытался, он так и не смог найти Жун Сюя.

    Что бы там ни говорили, Чжун И, в конце концов, был звездой третьего уровня. Одна из работниц узнала его, и он тут же остановил её, чтобы спросить:

    — Я друг юного господина Жуна. Почему я нигде не могу его найти? Я слышал, что он снимается здесь, поэтому пришёл навестить его, — сказав это, он поднял коробку с тортом.

    Глядя на это прекрасное невинное лицо, работница просто не могла разозлиться на Чжуна И. Думая о том, что этот юноша очень мил, она быстро ответила:

    — Я не знаю, кто такой этот «юный господин Жун», но вы, вероятно, ищете Жун Сюя, я права? Он вон там, просматривает сценарий.

    Чжун И проследовал взглядом за её рукой, указывающей на неподвижную фигуру. На секунду он застыл, но через некоторое время улыбнулся и спросил:

    — Где он? Почему я не вижу юного господина Жуна?

    Девушка снова указала на него пальцем:

    — Это вон тот человек в военной форме, что сидит на стуле с опущенной головой и читает сценарий.

    Улыбка застыла на лице Чжуна И.

    Взяв себя в руки, он сжал коробку с тортом и побрел в сторону Жун Сюя.

    Почувствовав, что кто-то загораживает ему свет, Жун Сюй не мог не поднять голову. Перед ним было красивое лицо с большими круглыми глазами и рыжевато-коричневыми вьющимися волосами. Этот юноша был очень милым и симпатичным. Он был милым до такой степени, что совсем не выглядел как взрослый мужчина, а походил, скорее, на шестнадцатилетнего юношу.

    Но Жун Сюй знал, что Чжуну И было уже двадцать четыре года.

    Закрывая сценарий, Жун Сюй слабо улыбнулся и поприветствовал его:

    — Давно не виделись, Чжун И.

    Чжун И был ошеломлён, поскольку не ожидал, что Жун Сюй будет таким спокойным. Он поспешно скрыл выражение презрения во взгляде, но Жун Сюй успел его заметить. Он отложил коробку с тортом и небрежно сел рядом с Жун Сюем. Он неосознанно протянул руку к руке Жун Сюя, но тот в этот момент «случайно» поднял её, чтобы сделать заметку в сценарии, и избежал его прикосновения.

    Хотя Чжун И был немного удивлён, он не особо задумывался об этом. Он сладко сказал:

      Юный господин Жун, мы не виделись так долго, а Вы даже ни разу не пришли ко мне. Я слышал, что вы всерьёз стали актёром… я был так удивлён, когда узнал об этом. Сначала я не поверил, но позже Чжан Фэн показал мне Ваш плакат с персонажем из «Борьбы за превосходство». Почему вы решили начать играть в кино, юный господин Жун?

    Хотя тон Чжуна И и казался нежным, в нём слышались нотки резкости, когда он упомянул «Борьбу за превосходство».

    Жун Сюй слабо улыбнулся, неотрывно наблюдая за ним, а затем слегка отодвинулся в сторону и ответил:

    — Сниматься довольно приятно.

    Улыбка так и застыла на лице Чжуна И. Он крепко сжал кулаки, и только так смог подавить свой гнев.

    «Приятно!? Если ты, Великий юный господин, хочешь войти в развлекательный круг, чтобы играть, тогда играй! Зачем ты борешься за роль со мной!? Даже если я был в больнице и не мог играть сам, стоило ли тебе брать на себя мою роль? Как это называется? Впервые слышу, чтобы Золотой Мастер отнимал чью-то роль!»

    Чжун И опустил голову, и чёлка, упавшая на лоб, скрыла негодование в его взгляде. Едва скрывая свою обиду, он сказал:

    — Э, это очень приятно. Юный господин Жун, Вы сменили номер телефона, но даже не сказали мне об этом. Я пришёл сюда сегодня, чтобы сказать Вам… я думаю, что то, о чём Вы мне говорили, довольно неплохо.

    Жун Сюй моргнул, не произнеся ни слова.

    Чжун И некоторое время подождал, но так и не услышал ответа. Чувствуя, что это очень странно, он поднял голову и обнаружил, что юноша всё ещё с лёгкой улыбкой наблюдает за ним.

    Чжун И тупо уставился на него, и его терпение лопнуло окончательно:

    — !!!

    «Ублюдок! Какого чёрта он улыбается! Почему я чувствую, что с этим Жун Сюем что-то не так!?»

    Честно говоря, когда Чжун И вошёл в студию, он сразу заметил Жун Сюя. Но тогда он видел его в  профиль и счёл его лицо действительно изысканным и красивым. Он даже подумал, что это какая-то звезда, которую он не узнал. Поэтому, когда он услышал, что это и есть Жун Сюй, в его груди вспыхнул необъяснимый гнев.

    Разве Жун Сюй не был блудным юным господином? Почему он так внезапно изменился и стал таким?

    Афиша «Борьбы за превосходство» итак разозлила Чжуна И так, что у него пар пошёл носом. Он тогда уверенно указал на фотографию, несколько раз повторив своему менеджеру:

    — Это определенно фотошоп, это точно подделка!

    Но теперь, увидев его вживую, одетого в военную форму, с неземной внешностью... Теперь он даже не знал, что ему сказать. Он запутался до такой степени, что даже думал, что... что с точки зрения имиджа и темперамента, Жун Сюй подходит для круга развлечений куда лучше, чем он сам!

    Безусловно, эту роль выбил ему сам Жун Сюй, в надежде угодить ему. Он мысленно насмехался над ним, глядя на застенчивое лицо мальчишки, раскрасневшегося от своей первой любви. Как могло случиться, что сейчас это мальчишка внезапно стал таким спокойным?

    Но Чжун И не знал, что единственной причиной, по которой Жун Сюй отвечал ему улыбкой, было то, что ОН ПОНЯТИЯ НЕ ИМЕЛ, О ЧЁМ ОН ГОВОРИТ!

    — То, о чём мы говорили раньше?

    «О чём мы говорили раньше…?»

    Тем не менее, Чжун И явно не обладал терпением Жун Сюя. Вскоре он неловко сменил тему и, как бы невзначай, громко спросил:

    — Странно, почему вы, ребята, не снимаете? Я слышал от Ханя, что вы снимаете еженедельный сериал, и он скоро выйдет в эфир.

    Внимание всех присутствующих сразу же было привлечено его голосом.

    Чжун И вскоре получил ответ от своего помощника. Его глаза загорелись, и он тут же сказал Жун Сюю:

    — Юный господин Жун, не сердитесь на Ханя Гэ. У него иногда бывает плохое настроение. У нас с ним довольно хорошие отношения. Я поговорю с ним, и он успокоится. Подождите здесь; я скоро вернусь.

    Едва договорив, Чжун И тут же сорвался с места и побежал в личную комнату отдыха Ханя Янхао, оставив Жун Сюя, который наблюдал за ним с улыбкой, совсем не похожей на улыбку.

     

     

    Глава 16: «Как Золотой Мастер превратился в бумажного тигра!» (Часть 3).

    ***

    В течение следующего часа Чжун И оставался в комнате отдыха Ханя Янхао, словно и не собираясь выходить. О его «я скоро вернусь» давно было забыто.

    Члены съёмочной группы тоже вели себя странно. Только вторая главная героиня, И Лань, тихо подошла к Жун Сюю и прошептала:

    — В фильме, в котором я играла в прошлом году, снимался и Чжун И. Его отношения с Ханем Янхао  были очень хорошими. Жун Сюй, Вы должны быть осторожны. Я не знаю, какие у Вас с ним отношения, но… я не думаю, что он хороший человек.

    Жун Сюй удивлённо посмотрел на неё, а она лишь криво улыбнулась в ответ:

    — Я знаю, что сейчас я не должна быть рядом с Вами, но я не думаю, что Вы сделали что-то не так. В любом случае, я всего лишь мелкая второсортная звезда – мне ничего за это не будет; что может быть хуже?

    Жун Сюй медленно опустил глаза и улыбнулась:

    — Спасибо, И цзе.

    ***

    В этот момент в комнате отдыха Ханя Янхао Чжун И неуверенно сидел на диване.

    Долго пробыв в глубоких раздумьях, он не мог не спросить снова:

    — Ты говоришь, что Жун Сюя выгнали из семьи Жун? Ты уверен в этом, Хан гэ? Что бы там не произошло, он - единственный оставшийся наследник этой семьи. Если его выгонят, разве у семьи Жун не возникнет проблем из-за отсутствия мужчин-наследников?

    Хань Янхао осушил свой бокал до дна, прежде чем холодно фыркнуть:

    — Президент Ли и мадам Жун заключили партнерские отношения, об этом она рассказала мне лично. Хотя у второго господина Жуна и нет собственных детей, с какой стати он должен передавать предприятие, основанное своими личными усилиями, этому Жун Сюю? Президент Ли сказал, что Жун Сюй уже давно уехал от них из-за того, что Второй Господин Жун выгнал его. Подумай сам. Если бы Жун Сюй всё ещё пользовался поддержкой семьи Жун, разве согласился бы он играть в этом еженедельном сериале? Он, скорее, предпочёл бы сыграть главную роль в каком-нибудь блокбастере с более известным режиссёром.

    Лицо Чжуна И внезапно побелело, а затем покраснело.

    Хань Янхао ухмыльнулся:

    — Ах, ты никогда ни в чём не разберёшься, и сразу же сгоряча мчишься напролом. Не обманывайся внешним видом других. Ты думал, что он Золотой Мастер? Он обычный бумажный тигр! Кстати, как он в постели? Или ты всегда был сверху? Этот ребёнок симпатичный, не спорю. Это не большая потеря, даже если ты был сверху.

    — Чёрт! К счастью, я ничего ему не обещал! На что он рассчитывает? Он на самом деле  осмелился выдавать себя за богатого? — Чжун И с ненавистью ударил кулаком по дивану, а затем подскочил, скрежеча зубами. — Хань гэ, раз это так, то всё решено. Я думаю, роль второго мужского героя в этом сериале довольно неплоха. Раз уж он осмелился украсть мою роль в «Борьбе за превосходство», то я тоже могу украсть его роль! Кто он без семьи Жун? Просто дурак!

    Хань Янхао громко рассмеялся:

    — Хорошо. Так уж случилось, что президент Ли позвонил мне. Сначала мы должны пойти и узнать, есть ли Жун Сюю ещё что сказать.  Раз уж он осмелился вести себя передо мной как амбициозный ублюдок, он не угомонится!

    Как по щелчку дверь, которая была закрыта весь день, открылась, и все присутствующие на площадке подняли глаза, чтобы посмотреть на неё. Один Жун Сюй не сдвинулся с места и продолжал смотреть на свой телефон. Никто не знал, о чём он думает.

    ***

    В это время такси медленно остановилось перед воротами Города Кино и Телевидения Сяншань. Перед отъёздом водитель взволнованно воскликнул:

    — Моя дочь и жена очень любят Вас! А мне очень нравится Ваш «Вечерний звук», «Стальной зуб» и «Разрушенный город»! Цинь Чэн, Вы просто великолепны, ах!

    Цинь Чэн:

    — Спасибо...

    Мужчина за пятьдесят крепко пожимал его руку, отвешивая ему комплименты... Ну… Любой бы на его месте почувствовал себя несколько беспомощным.

    Цинь Чэн не раз бывал в Городе Кино и Телевидения Сяншань, и прекрасно знал дорогу. Он сунул руки в карманы и пошёл вперёд, обдуваемый прохладный осенним ветерком, полностью игнорируя менеджера за своей спиной. Цинь Чэн шёл вперёд, опустив голову. Он шёл так, будто прогуливался по своему внутреннему двору, но его мощная ледяная атмосфера заставила температуру в округе резко упасть на три градуса.

    Два человека шли так минут десять, прежде чем Сюй Цзинь, наконец, не выдержал:

    — Я был не прав, о, Великий юный господин Цинь! Я не знал, что машина сломается…! И Вы не можете винить меня в том, что телефон разрядился... Ладно, ладно, это моя вина. Я не заметил, что телефон сел. Но мы не опаздываем: сейчас только пять часов. Хотя нам и пришлось прождать такси на безлюдной дороге целых два часа, мы же всё-таки добрались…

    Цинь Чэн внезапно поднял голову, бросив на него острый ледяной взгляд.

    Сюй Цзинь:

    — …

    Через мгновение он поднял правую руку и на этот раз серьёзно спросил:

    — Скажите мне, Великий юный господин Цинь. Кого Вы хотите здесь найти? Старого Лю? Я слышал, что «Император Цинь» снимается в Сяншане. Я проведу Вас к нему. Сегодня я с готовностью возьму на себя любую задачу, несмотря на Всашу критику. Этого достаточно, чтобы Вы простили меня?

    Услышав это, Цинь Чэн, наконец, остановился:

    — Иди и узнай, где находится команда «Западни».

    — О, я уже поинтересовался, где снимается «Император Цинь»… — Сюй Цзинь внезапно остановился и резко поднял голову, — «Западня»? Какая ещё «Западня»?

    Цинь Чэн бросил на него властный косой взгляд:

    — «Западня», которую ты должен отыскать.

    Сюй Цзинь:

    — …

    Если не двадцать, то, по крайней мере, пятнадцать съёмочных групп ежедневно снимаются в Городе «М&T»!

    Город Кино и Телевидения огромен – как он должен найти в нём эту малоизвестную маленькую съёмочную команду?

     

    Глава 17: «Над ним издеваются!» (Часть 1).

     

    В это время в команде «Западни» вот-вот должен был разгореться ещё один большой спор.

    Никто не думал, что Хань Янхао внезапно выйдет из своей комнаты отдыха, где он проторчал весь день, и обратится к режиссёру Чжэну столь высокомерным и наглым тоном:

    — Президент Ли только что позвонила мне и сказала передать Вам, что она хочет получить ответ до восьми вечера. Её просьба всё та же, что и прежде. Что бы Вы ни выбрали, режиссёр Чжэн – это Ваше личное дело.

    Хотя Хань Янхао и пытался говорить почтительным тоном, его нос уже был задран до небес так, что режиссёр Чжэн вообще не попадал в его поле зрения.

    Все члены команды гневно заскрежетали зубами, но не смели произнести ни слова. Они молча перевели взгляд на юношу неподалеку.

    Сочувствие в их глазах стало очевиднее. И всё потому, что никто из них и представить себе не мог, что Чжун И, который пришёл сюда «навестить Жун Сюя», сейчас будет стоять за спиной Хань Янхао, представляющего его:

    — Я работал с Чжуном И раньше; его актёрская игра довольно хороша, да и внешность у него подходящая. Так совпало, что он сейчас здесь, и в его графике есть свободное время. Президент Ли тоже согласна отдать ему роль Хо Си.

    Эти слова вызвали волну шума среди собравшихся.

    «Ты ведь пришёл сюда просто в «гости», не говоря уже о том, что ты пришёл навестить Жун Сюя! А теперь ты прикидываешься таким справедливым и благородным, воруя у него роль! Не слишком ли ты обнаглел?!»

    Чжун И смущённо покраснел:

    — Мы с Ханем Гэ уже обсуждали сценарий; мне кажется, он довольно хорош.

    От начала и до конца он вообще не смотрел на Жун Сюя. Он вёл себя так, будто его не существовало, не говоря уже о том, что на роль,  которую он хотел, уже имелся актёр.

    К счастью, Ло Чжэньтао в этот момент не было на съёмочной площадке. Он ушёл с помощником директора Ли во второй половине дня и до сих пор не вернулся.

    В это время в студии находились Хань Янхао, высоко и нагло задирающий голову,  и «чистый и невинный» Чжун И – с одной стороны; режиссёр Чжэн, чьи глаза уже покраснели от гнева, – с другой. И, наконец, Жун Сюй, который до этого момента мирно сидел в сторонке.

    Красивый и элегантный юноша слегка наклонил голову. Его волосы скрывали его глаза, из-за чего люди были не в состоянии «прочитать» его эмоции.

    Хань Янхао подлил масла в огонь в и без того напряженной ситуации:

    — Актёрское мастерство Чжуна И определенно лучше, чем у этого, как-его-там, предыдущего! Режиссёр Чжэн, почему Вы всё ещё сомневаетесь?

    Режиссёр Чжэн:

    — Ты!

    — Лучше меня…. Так ли это?

    Когда раздался этот чёткий, ясный и спокойный голос, все присутствующие повернулись к его источнику, и увидели Жун Сюя, который встал так, что они этого не заметили.

    Он всё ещё был одет в тёмно-синюю, почти чёрную, военную форму Хо Си, облегающую его длинные ноги и узкую талию и подчеркивающую его несравненную красоту. Он излучал серьёзную, внушающую страх ауру. Армейские сапоги стучали по полу, пока он медленно шагал к Ханю Янхао и двум другим. Когда он остановился, все с удивлением обнаружили, что Жун Сюй на самом деле был немного выше Ханя Янхао!

    Глядя на Ханя Янхао сверху вниз, он стоял, не произнеся ни слова.

    Уставившись на Жун Сюя, Хань Янхао чувствовал себя несколько взволнованным. Но в ту секунду, когда он уже собирался открыть рот, чтобы спросить: «чего ты хочешь?», он увидел, что юноша внезапно улыбнулся. Уголки его губ изогнулись в насмешке...

    Его взгляд был холодным и острым, словно нож, бьющий по лицу Ханя Янхао. Властная аура, исходящая от молодого человека, угнетала его. Юноша снисходительно смотрел на Ханя Янхао сверху вниз и усмехался, из-за чего Хань Янхао потерял дар речи и, похоже, вспомнил обо всех своих бесчисленных дублях за последние две недели.

    Хань Янхао, сам того не замечая, начал заикаться:

    — Че-чего ты хочешь? Ты думаешь, Чжун И хуже тебя? Он играл во многих сериалах. Для сравнения, давай, скажи, в каких работах ты снимался? Почему бы тебе не назвать их? Мы все хотим послушать, — сказав это, он обернулся. — Правда, Чжун И?

    Чжун И хотел было открыть рот, чтобы согласиться, но внезапно почувствовал, что всё его тело дрожит. Он повернулся к Жун Сюю, но, увидев, что тот слегка прищурился, уставился на его лицо.

    Но Жун Сюй лишь на секунду удостоил его взглядом, после чего резко отвернулся!

    Чжун И потерял дар речи. Он не знал, что Жун Сюй собирается сказать дальше, но был уверен, что должен заткнуть его любой ценой, даже если ради этого ему придётся поставить свою жизнь на кон.

    — Его навыки актёрского мастерства были довольно неплохи в начале этого года, в феврале, в 13-й приватной комнате клуба Хао Шэн в городе B, — сделав секундную паузу, Жун Сюй со смехом добавил, — Его способности пить также были весьма выдающимися.

    Это единственное предложение заставило всех присутствующих замолчать.

    Клуб Хао Шэн был высококлассным клубом города B. Для Чжуна И было вполне нормально играть и выпивать в клубе. Тем не менее, тон Жун Сюя явно намекал на то, ЧТО делал Чжун И в этом клубе.

    Что ещё он мог там делать? Это были самые распространенные негласные «правила» круга!

    О таких вещах нужно было лишь намекнуть, и люди не только догадаются обо всём остальном, но и даже додумают многое за его пределами.

    Внезапно все как-то странно посмотрели на Чжуна И.

    Информация о том, что у Ханя Янхао был Золотой Мастер, – это одно, но узнать, что у Чжуна И тоже был Золотой Мастер... Не удивительно! Те, кто дружит с Ханем Янхао, должны быть такими же гнилыми людьми!

    Чжун И не ожидал, что Жун Сюй скажет об этом; он, очевидно, вообще не знал, что ему об этом известно!

    Чжун И побледнел и громко закричал:

    — Что за вздор… что за чушь ты несёшь!

    Жун Сюй был удивлён:

    — Я что-то неправильно запомнил? Это было в марте, а не в феврале?

    Чжун И сердито закричал:

    — Я вообще не хожу по клубам! Не смей клеветать на людей! Как можно быть таким, как ты, Жун Сюй?! Я подам на тебя в суд!

    Жун Сюй продолжал улыбаться и молчать. Его взгляд даже не остановился на Чжуне И; вместо этого посмотрел на режиссёра Чжэна и мягко извинился:

    — Мне очень жаль, что я создал для Вас такую ​​сложную ситуацию; я не ожидал, что это произойдёт. Он сказал, что пришёл ко мне в гости, но, в итоге, вот, во что это всё вылилось.

    Многие члены съёмочной группы и актёры до сих пор не знали, что Чжун И приехал навестить Жун Сюя. Поэтому, когда они услышали это, они стали сверлить Чжуна И взглядом.

    — Серьёзно...? Он пришёл навестить Жун Сюя?

    — Он пришёл навестить его, и в итоге украл у него роль?

    — А кто он вообще такой? Я никогда не видел его раньше, но, разве вам не кажется, что его методы из ряда вон выходящие?

    Тихий шёпот эхом отозвался в голове Чжуна И. Он был в ярости. Он хотел закрыть этим людям рты, но понимал, что они все говорят одновременно, и ему будет трудно вычислить, кто именно говорит о нём плохо.

    Хань Янхао тоже помрачнел. Он хотел что-то сказать, но снова услышал лёгкий смех Жун Сюя:

    — Хань Янхао, справедливость всегда восторжествует. Но, по-твоему, если у меня есть всего одна роль, то я не считаюсь актёром? Как ты себе это представляешь? Может быть, у тебя есть средства, чтобы подпортить мне жизнь? Я уже две недели терплю твой гнев. С меня хватит.

    Хань Янхао выслушал Жун Сюя и уставился на него, сбитый с толку:

    — Что я сделал?

    Жун Сюй поднял бровь и вдруг усмехнулся:

    — Ты? А кто разбил чашку в гримёрке? Кто критиковал помощника по реквизиту, пока он не уволился? Кто выбросил еду, которую доставила полевая служба, в мусорное ведро? Хань Янхао, ты, случайно, не знаешь?

    Хань Янхао резко изменился в лице.

    Жун Сюй прищурился, и улыбка сошла с его губ. Он холодно посмотрел на Ханя Янхао.

    Атмосфера стала напряжённой. Многие сотрудники опустили головы и крепко сжали кулаки. В это время со стороны входа раздался громкий вопль:

    — Зачем вы здесь? Вы преграждаете мне путь! Уйди с дороги! — голос продолжал кричать. — Ах, Хао, зачем Вы выслушиваете их глупости? Просто скажите им, что президент Ли отзовёт свои инвестиции, если они не согласятся.

    Менеджер Ханя Янхао грубо ухмыльнулся после того, как, наконец, пробрался через толпу. Нисколько не проанализировав ситуацию с студии, он тут же спросил:

    — Режиссёр Чжэн, вы подумали над нашим предложением?

    Но в следующий момент раздался  чей-то отчётливый голос:

    — Я стажёр, но мне больше не нужна эта чёртова стажировка. Я увольняюсь. Но я должен сказать, почему. Я должен приходить сюда рано и возвращаться домой затемно каждый день. Я очень устаю, но мне ещё приходится выслушивать Ваши оскорбления безо всякой уважительной причины! Я знаю, о чём говорит Жун Сюй: Ван цзе из команды по реквизиту уволилась из-за Вас! Ваш менеджер сказал, что если она не уйдёт, уйдёте Вы!

    — Верно! Когда Ваш личный визажист не явился на площадку, мне пришлось самой нанести Вам грим. Но Вы сказали, что я сделала Вас «недостаточно красивым» и вдребезги разбили чашку!

    — А я знаю, что в первый день Сяо Ин не знала, что Вы питаетесь сами, и с радостью принесла Вам обед, а Вы просто выбросили его в мусорную корзину прямо у неё на глазах! Есть ли кто-нибудь, кто издевается над такими людьми, как Вы? Очень хорошо, что Вы большая знаменитость. Только не забывайте, что Вы такой же человек, как и мы все! Мы, что, для Вас не люди?! Я тоже больше не хочу работать с Вами! Я не верю, что с тринадцатилетним стажем работы в отрасли я не найду себе работу! С таким же успехом Вы могли бы заставить уйти и меня.

    — ...

     

     

    Глава 17: «Над ним издеваются!» (Часть 2).

     

    — ...

    Хань Янхао с ошарашенным выражением наблюдал за происходящим. Толпа людей сердито кричала и обвиняла его; их красные глаза смотрели на него с яростью.

    Он никогда не думал, что настанет день, когда его вот так будет осуждать толпа людей.

    Если сказать, что первопричиной была тирания Ханя Янхао в течение последних недель, то переломным моментом стал взрыв накопившихся эмоций. Разоблачение Жун Сюя заставило их вспомнить все накопившиеся обиды, а высокомерие менеджера Ханя Янхао стало для них последней каплей.

    Даже глава команды логистики встал и усмехнулся:

    — Старина Чжэн, я утаил от Вас кое-что, потому что не хотел, чтобы Вы злились. Этот человек требовал, чтобы мы выполняли все его просьбы. Позавчера ему захотелось винограда, поэтому Сяо Чжан из нашей команды совершил шестичасовое путешествие на машине, чтобы купить для него немного винограда. И знаете, что он сказал? Что уже слишком поздно, и он перехотел.

    Режиссёр Чжэн был рассержен до такой степени, что  больше не мог подбирать слова:

    — Твою ж мать, вы должны были сказать мне об этом раньше! Он думает, что у него здесь отпуск, а не съёмки?

    Команда «Западни» была недавно сформирована, и её режиссёр был новичком. Ни у кого из членов команды пока не было никакой репутации в развлекательном кругу. Из-за этого они привыкли терпеть унижения, и не осмеливались прямо противостоять Ханю Янхао, молча заставляя себя терпеть его выходки и повторяя: «Потерпи, это скоро закончится».

    С другой стороны на них давили люди инвестора.

    Однако, чем дольше люди терпят, тем страшнее будет «взрыв».

    Режиссёр Чжэн ткнул пальцем в нос Хань Янхао, крича:

    — Сменить актёра? На каком основании ты просишь меня сменить актёра!? Ты переснимал свои сцены больше всех; твои актёрские навыки намного хуже, чем у Жун Сюя! Если я, твой отец, захочу сменить актёра, первым, кого я заменю, будешь ты! Я спрашиваю тебя, кем ты себя возомнил?

    Хань Янхао не мог поверить в услышанное и тут же выпучил глаза:

    — Вы смеете говорить, что я...

    — Я, твой отец, сказал именно то, что хотел! Мне больше не нужны ничьи инвестиции! Да, я больше не смогу снимать, но что с того? Ха, можете забрать назад все свои инвестиции! Мы просто не выпустим сериал. Если телевизионная станция нарушает договор, пожалуйста, обратитесь к президенту Ли; пусть она решит эту проблему. Можете решать это, как хотите, но сериала не будет!

    — Вы…

    Режиссёр Чжэн посмотрел в сторону:

    — Странно, где Старая Ли? Как бы то ни было, Старый Чэн, пойди и сделай в Интернете официальное заявление о том, что мы больше не снимаем. Затем свяжись с кем-нибудь с телеканала и обсуди возмещение. Да, и найди мне адвоката: я хочу подать в суд на «уважаемого» Президента Ли за то, что она нарушила договор!

    Хань Янхао зарычал:

    — Я никогда не говорил, что Президент Ли отзовёт свои инвестиции! Как вы смеете говорить, что она нарушила контракт!?

    Режиссёр Чжэн уставился на него:

    — Что-что ты не говорил?! Тогда кому ты угрожал всё это время? Старый Чэн, не беспокойся об этом тупом идиоте; публикуй объявление!

    Помощник режиссёра Ван поспешно вошёл в аккаунт официального Вэйбо «Западни». Однако, едва открыв страницу, он застыл на месте. Он долго таращился на свой телефон шокированными глазами и уже собирался поднять голову, чтобы позвать режиссёра Чжэна, когда увидел, как Хань Янхао смотрит на Жун Сюя и кричит:

    — Ты, бесстыжий придурок, что тебе с того, что мы тебя заменим? Я предупреждаю: если вы не хотите снимать сериал, мы не будем. Президент Ли не будет инвестировать в него свои деньги, и этот сериал будет отменен! Жун Сюй, не думай, что я ничего не знаю. Кто ты в семье Жун? Ты всё ещё думаешь, что ты – её юный господин? Конечно, твоя мать была из этой семьи, но у тебя нет ничего от неё. Как можно быть таким невежественным, чтобы отказываться уйти, ещё и не испытывая при этом никакого чувства стыда!

     

    Именно эти слова услышали Цинь Чэн и Сюй Цзинь, которые только что вошли в студию, с большим трудом найдя команду «Западни» спустя целый час поисков.

    Сюй Цзинь был поражен и никак не отреагировал, замерев на пороге с недоумевающим выражением лица. Цинь Чэн же помрачнел и выпучил глаза. Воспользовавшись своим почти двухметровым ростом (190 см), он окинул взглядом толпу людей и остановился на юноше в самом её центре.

    Молодой человек был одет в военную форму; его лицо было красивым и изысканным, как закатное солнце. Воротник униформы, облегающей его соблазнительное тело, был расстегнут, обнажая дразнящую ключицу и порождая грязные мысли. Сам юноша был всё так же красив и спокоен, как и всегда, но в его глазах читался шок и страх. Блестящие слёзы застыли в его глазах; казалось, что он напуган вульгарными словами мужчины и вот-вот расплачется.

    Кому хватает наглости так плохо относиться к такому прекрасному человеку?

    Для Сюй Цзина происходящее выглядело, как спор, причём довольно жаркий.

    А для Цинь Чэна всё выглядело несколько иначе… Он повторял про себя одно-единственное предложение:

    «Над ним издеваются!»

    «Над ним издеваются!!»

    «Над ним издеваются!!!»

    В одно мгновение высокий мужчина преодолел расстояние до Жун Сюя, как будто у него была особая аура, заставляющая толпу подсознательно уступать ему дорогу. Один человек повернулся и закричал:

    — Цинь Чэн!

    Когда люди услышали слово «Чэн», сам мужчина уже достиг центра толпы.

    В это время Жун Сюй уже готовился открыть рот, чтобы опровергнуть слова Ханя Янхао. Что касается красноречия, то пару минут назад ему хватило одной фразы, чтобы повернуть всю съёмочную команду против Ханя Янхао и заставить режиссёра Чжэна решиться ради него на грандиозный скандал. Естественно, он не собирался послушно стоять там и выслушивать оскорбления Ханя Янхао, какими бы глупыми они ни были.

    Да, он не чувствовал особой обиды из-за оскорблений Ханя Янхао, но он чувствовал, что тот был полным идиотом, и этого уже не исправить.

    Но в этот самый момент он внезапно почувствовал тепло на своих глазах, и слова застряли у него в горле. Жун Сюй удивлённо поднял глаза, и обнаружил, что к нему незаметно подошёл мужчина и нежно провёл рукой по уголкам его глаз.

    Зрачки Жун Сюя слегка задрожали, и он почувствовал какое-то странное тепло в  сердце. Он не мог чётко сказать, что это было за чувство, но, глядя на это безразличное, но очень красивое лицо; глядя на эти безмятежные, но умные обсидиановые глаза, он по непонятной для себя причине не стал пресекать его странное поведение.

    Они некоторое время стояли, молча глядя друг на друга. Жун Сюй почувствовал, что у него пересохло в горле, и от взглядов окружающих он почувствовал себя немного неловко.

    В этот момент он услышал низкий и мягкий манящий голос этого мужчины:

    — Не плачь…

    Жун Сюй:

    — …

    «Что, прости?!»

    Зрители:

    — …

    «Не плачь?!»

    Сюй Цзинь:

    — …

    «С чего ты взял, что он плакал?»

    Цинь Чэн, не отводя глаз от Жун Сюя, медленно и чётко произнёс:

    — Если они не будет инвестировать в сериал, это сделает «ХуаСя Энтертейнмент».

    Помощник режиссёра Ван, который всё это время сжимал в руке свой телефон, совсем запутался в происходящем.

    — …

    «Подождите ребята, вы должны позволить мне закончить, ах! Что-то большое произошло в Вэйбо!  Что-то большое, ах!»

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

    Глава 18 (Часть 1).

     

    Прибытие Цинь Чэна застало врасплох всю команду «Западни».

    — Если они не будут инвестировать, это сделает ХуаСя Энтертейнмент.

    Это предложение заставило Ханя Янхао застыть на месте. Его глаза расширились, став круглыми, как блюдца. Он тупо уставился на Цинь Чэна в оцепенении, не веря в услышанное. В этот момент Цинь Чэн бросил на него беглый взгляд, от которого всё его тело бесконтрольно затряслось. Хань Янхао неосознанно сделал шаг назад и врезался в Чжуна И.

    Но в этот момент только один человек из всех присутствующих заливался холодным потом.

    Почему никто не давал ему сказать хоть слово?!

    Этим человеком был помощник режиссёра Ван.

    Только что, когда режиссёр Чжэн сердито решил отказаться от продолжения съемок и планировал всерьёз закрыть проект «Западня», он включил телефон, чтобы написать пост об этом и неожиданно увидел новость…

    Команда «Западни»: Мы выпускаем свой трейлер досрочно! Тсс, мы в западне → [Открыть Видео]

    Этот пост был сделан час назад! Он был опубликован всего час назад, но уже набрал более 10.000 репостов и комментариев и более 50.000 лайков!

    Как это случилось?!

    Стоит сказать, что кроме Ханя Янхао, который был несколько знаменит в отрасли, все остальные участники съемочной группы, от актёров до простых сотрудников, были обычными новичками. Хотя на их официальный Вэйбо и было подписано более 100.000 человек, помощник режиссёра Ван прекрасно знал, что больше половины из этих 100.000 учетных записей были проплаченными фейками. Лишь  около 50.000 подписчиков их аккаунта были настоящими фанатами.

    Их сериал изначально не был известным; так как же он мог вдруг стать НАСТОЛЬКО популярным?

    Помощник режиссёра Ван не мог поверить в это и обновил страницу ещё несколько раз. После того, как он неоднократно убедился, что пост действительно был сделан час назад и уже набрал более 10.000 комментариев, он с энтузиазмом захотел поделиться этой новостью с режиссёром Чжэном. Именно тогда он и увидел самый залайканный комментарий в топе комментариев.

    Старик Ли Чжэнжун: «Западня» не имеет достаточно средств, и в настоящее время это является большой проблемой для команды. Мы рассматриваем возможность краудфандинга.

    Верно, причина, по которой помощник директора Ли и Ло Чжэньтао исчезли на весь день, заключалась именно в этом.

    Он тайком опубликовал трейлер, выход которого был запланирован на послезавтра, и использовал свой личный аккаунт, чтобы рассказать о проблеме нехватки средств на съёмки. Так он поделился с пользователями сети насущной проблемой, и в то же время предложил оптимальное решение.

    Краудфандинг!

    В этом мире краудфандинг был одной из самых распространённых форм инвестиций. Ежегодно снималось по несколько сотен низкобюджетных фильмов. Тысячи и тысячи инвесторов объединялись, чтобы инвестировать в съёмки.

    Общий объём инвестиций в «Западню» составлял более десяти миллионов. Если бы 10.000 человек были готовы принять участие в краудфандинге, им нужно было бы потратить по тысяче долларов каждому, но зато они получили бы свою долю прибыли после выхода сериала в свет.

    Внезапное появление Цинь Чэна просто не позволило помощнику режиссёра Ван сообщить об этой новости, и он, естественно, не знал, что в тот самый момент в интернете бушевала буря.

    «Боже! Разве он не слишком красив! Эстетика этого сериала на высшем уровне!!!»

    «Такой красивый, ах! Хань Янхао так красив, но и второй актёр тоже прекрасен…! Тот, что в военной форме… господи, он просто нечеловечески красив! Я думала, что упаду в обморок, когда он достал свой пистолет! Этот человек кажется мне знакомым… ах, кто же он? Есть тут кто-нибудь, кто узнал его?! Его имя тоже кажется очень знакомым…»

    «Ах-ах-ах-ах ах, Жунжун моей семьи! Это на самом деле мой Жунжун!»

    «Посмотрите, что я нашла! Новый сериал с моим Жунжуном! @ГлобальныйФанКлубЖунСюя @АссоциацияЖёнЖунСюя @ЖизньЖунСюя».

    В течение этого часа поклонники Ханя Янхао активно пересылали своим знакомым свежий трейлер. Хань Янхао давно был известным молодым артистом первого уровня, поэтому у него было довольно много поклонников. Но никто и не ожидал, что большее число репостов может исходить не от фанатов Ханя Янхао, а от фанатов Жун Сюя!

    @ГлобальныйФанКлубЖунСюя: «Новая работа Жун Сюя, сериал «Западня»! Роль Хо Си! Как он прекрасен, боже!» [Репост видео]

    @ЖизньЖунСюя: «Ao-Ao-Aо! У Мастера ВаньЦи только что вышел новый трейлер! Теперь он Маршал Хо!» [Репост видео]

    @АссоциацияЖёнЖунСюя: как же прекрасен наш муженёк! Военная форма, длинные ноги, глаза, ах!!!» [Репост видео]

    Сила фанатов была ужасающей. Там почти не было фанатов Чжан Тунтун и И Лань; весь официальный Вэйбо в основном переполняли поклонники Ханя Янхао и Жун Сюя. Все не могли поверить в то, что у этого новичка, у которого даже ещё не вышло ни одной работы, на самом деле имелся свой собственный официальный фан-клуб, да ещё и так хорошо организованный!

    Комментарий помощника режиссёра Ли уже давно закрепился в топе. Независимо от того, были ли это фанаты Ханя Янхао или Жун Сюя, все они лихорадочно печатали комментарии, пытаясь выяснить, что же произошло. Только на этот комментарий пришло больше тысячи ответов, и более шестисот из них выражали свою готовность поддержать краудфандинг.

    Количество комментариев не переставало расти, а вместе с ними и популярность трейлера сериала на Вэйбо.

    В конце концов, когда более тысячи человек выразили готовность помочь, помощник режиссёра Ли зашёл в официальный Вэйбо «Западни» и провёл опрос среди фанатов. На выбор предоставлялось пять вариантов: «1-100 юаней», «101-1000 юаней», «1001-10000 юаней», «свыше 10001 юаней», и «не участвую в краудфандинге».

    Поначалу многие люди сомневались в том, что эта учетная запись «Старого Ли Чжэнжуна» была настоящей. Никто не мог сказать наверняка, не пытались ли их развести на деньги. Но теперь, когда даже официальный Вэйбо «Западни» устроил опрос, они поверили в его слова.

    Это доказывало, что в команде сериала действительно что-то случилось!

    «Этот трейлер слишком прекрасен… хотя он и длится всего 20 секунд, всем ясно, какова каждая роль. Главный герой, должен быть, из подполья, и кажется довольно умным. Главная героиня, похоже, воспитанная молодая леди из благородного дома. Уверена, нас ждёт эмоциональная драма. Вторая героиня, должно быть, тоже состоит в подпольном сообществе, и весьма эффектна. А второй мужской герой просто поразительно красив! Он, абсолютно точно, главная визуальная составляющая этого сериала! Я глубоко впечатлена и восхищена его игрой!»

    «Да… моё сердце чуть не остановилось, когда он выстрелил из пистолета!»

    «Хо Си слишком красив… Вы, конечно, можете называть его Маршалом, но для меня он настоящий властный президент. Он идеален! А-а-а-а-ах!»

    «Я хочу присоединиться к краудфандингу, если качество сериала будет хоть немного совпадать с трейлером!»

    «Я тоже! Жунжун моей семьи действительно неимоверно красив!»

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

    Глава 18 (Часть 2).

     

    Всего за полчаса число проголосовавших достигло пяти тысяч! И цифры только продолжали расти!

    Исходя из результатов, наиболее популярным был вариант выбора «101-1000 юаней» (40%); второе место делили ответы «1-100 юаней» и «1001-10000 юаней» (по 10%). Вариант «Свыше 10001 юаней» выбрало крайне мало людей (если быть точным, их было всего десять человек).

    Но, в любом случае, результаты голосования были просто шокирующими!

    Когда Цинь Чэн услышал эту новость от беспомощно выглядящего помощника режиссёра Вана, он тупо уставился на него, а затем перевёл взгляд на режиссёра Чжэна и слегка сжал свои тонкие губы. Затем он снова посмотрел на Жун Сюя, и его взгляд заметно смягчился, когда он мягко спросил:

    — Поскольку команда уже нашла решение, скажи, вам ещё нужны инвестиции нашей компании?

    Хотя Цинь Чэн уже убрал свою руку, Жун Сюй всё ещё чувствовал тепло у своих глаз и небольшую неловкость.

    Услышав слова Цинь Чэна, Жун Сюй догадался, что тот неправильно всё понял, и решил, что в дело вмешался режиссёр Чжэн.

    В соответствии с тем, что происходило сейчас на площадке, такая мысль была вполне логична: Хань Янхао совсем перестал считаться с  мнением режиссёра Чжэна, поэтому ему, естественно, пришлось искать выход. Не говоря уже о том, что единственными, кто мог писать посты в официальном Вэйбо команды, были самые главные члены команды. Несмотря на то, что Жун Сюй был вторым актёром мужского пола, он не имел такой привилегии.

    Жун Сюй немного подумал, после чего улыбнулся и ответил:

    — Я всего лишь актёр.

    Цинь Чэн был слегка разочарован, и медленно опустил взгляд. Он тихо что-то промычал, но больше ничего не сказал.

    Режиссёр Чжэн же был напуган этой новостью и неоднократно попросил помощника Вана подтвердить, что это правда.

    Старый Ли на самом деле подумывал о краудфандинге?

    И он даже сообщил об этом за его спиной?!

    — Получается, что Вы уже позволили Старому Ли сделать это, Старый Чжэн... Почему Вы не сказали об этом раньше, и заставили нас всех нервничать? — с сожалением спросил руководитель группы реквизита.

    — Вот именно. Ах, результаты голосования настолько хороши, да и трейлер был выпущен досрочно. По крайней мере, можно было подумать о том, чтобы заранее подготовить инвесторов. Таким образом, мы могли бы получить больше инвестиций… Как Вы могли утаить от нас это?

    — Серьёзно? Я тоже очень нервничал по этому поводу. Как Вы могли скрыть это от нас, да ещё и притворяться, что мы теперь без денег?

    Многие из главных членов команды озвучили своё мнение и вздохнули с облегчением. Даже если они все согласились свернуть съёмки, для всех, естественно, было лучше продолжить их.

    У режиссёра Чжэна не было иного выбора, кроме как на пару минут зависнуть, чтобы всё обдумать. Сухо рассмеявшись, он, наконец, заговорил:

    — Это моя вина, моя…

    В это время в его голове: «Старый Ли, вот ублюдок! Как можно делать подобные вещи самостоятельно, никому ни слова не сказав?! Ух, накажу я тебя, когда ты вернёшься!»

    Теперь, поскольку решение об использовании краудфандинга уже было принято, всё, что ему осталось, - возложить эти вопросы на людей, отвечающих за финансы.

    — Если мы хотим заняться краудфандингом, нам нужно чётко указать режиссёра, сценариста, актёров, визажистов и остальных… Мне нужен подробный список этих людей. Режиссёр Чжэн, не могли бы вы передать мне список? — сказав это, глава финансовый отдел косо посмотрел на Ханя Янхао, который стоял неподалёку.

    Хань Янхао в этот момент был крайне мрачен; он стиснул зубы, сверля взглядом Жун Сюя и режиссёра Чжэна.

    Режиссёр Чжэн холодно усмехнулся:

    — На самом деле, мне действительно нужно дать вам новый список, потому что предыдущий устарел. Я знаю несколько хороших молодых актёров первого уровня. Хотя они могут быть не так популярны, как НЕКОТОРЫЕ, у них хоть характер хороший. Да и отношения у меня с ними неплохие; я уверен, найдётся кто-то, кто согласится нам помочь.

    Подразумевалось, что он увольняет Ханя Янхао!

    Хань Янхао:

    — Вы…!

    — Режиссёр Чжэн, — раздался низкий, приятный слуху мужской голос,  на который тут же обернулись все присутствующие. Жун Сюй спокойно улыбнулся и тихо продолжил, — Мы уже отсняли три эпизода. Постеры персонажей, трейлер и церемония открытия уже опубликованы в СМИ. Мне кажется, сейчас уже немного неуместно менять актёров.

    Все члены команды были шокированы, и даже Цинь Чэн с Сюй Цзинем удивленно вытаращились на юношу.

    Этого короткого периода было достаточно, чтобы Сюй Цзинь понял, что произошло между членами экипажа, и доложил о ситуации Цинь Чэну. Как только он услышал фразу «Хань Янхао хотел выгнать Жун Сюя», Цинь Чэн сузил глаза и выпустил мощную темную давящую ауру, от которой Сюй Цзинь застыл и начал бесконтрольно дрожать всем телом.

    Цинь Чэн тихо сказал Сюй Цзиню:

    — Кажется, я где-то видел этого Ханя Янхао раньше… Иди, уничтожь его.

    Сюй Цзинь беспомощно развёл руками:

    — Конечно, видели. Это же он был приглашённым актёром в вашем «МуШэне» пять лет назад? Я помню, что он играл официанта в баре, с которым Вы разговаривали в конце фильма. Хотя у него и было там секунд тридцать экранного времени, благодаря этому и началась его карьера.

    Цинь Чэн поднял бровь:

    — Не помню.

    Сюй Цзинь уже давно догадался, что он так ему и ответит, поэтому рассмеялся:

    — Неважно, что Вы не помните его; но мне ни к чему его уничтожать. Он уже не выживет в этом коллективе. Без инвестиций он ничто.

    Однако Сюй Цзинь не ожидал, что Жун Сюй выскажется за то, чтобы Хань Янхао остался!

    Сюй Цзинь с удивлением вытаращился на Жун Сюя. Его глаза странно сверкнули, когда он внимательно смотрел на этого незнакомого юного новичка.

    «Как он может сохранять самообладание в такой ситуации?! Удивительно…»

    При виде того, как Жун Сюй спокойно и неторопливо смотрит на Ханя Янхао, все наблюдатели невольно удивились (включая Ханя Янхао).

    Его улыбка стала чуть ослепительнее, и он неторопливо и спокойно сказал:

    — Режиссёр Чжэн, раз уж проблема с инвестициями решена, нам больше не нужно менять нынешний состав команды. На съёмки осталось чуть больше месяца. Я думаю, Хань Гэ будет очень рад возможности продолжить работать с прекрасной командой…

     

    Какие команды в кругу развлечений наиболее распространены?

    В самых распространенных командах инвесторы были «в небе», а режиссёры –  «на земле». Если небо рухнет, люди смогут выстоять, но если рухнет земля, никто уже не будет в безопасности.

    Ещё полчаса назад Хань Янхао был откровенно высокомерным и надменным. Он игнорировал режиссёра и вёл себя на площадке, как ему вздумается. Но теперь он мигом стал обычным актёром. Если команда захочет использовать его известность, чтобы выйти на рынок, они сделают это. Его имя будет для них лишь инструментом. Они будут использовать его так, как захотят!

    Более того, режиссер нередко мучил актеров и неоднократно заставлял их переснимать свои сцены! Ты обычный актёр; на каких основаниях к тебе должно быть особое отношение?! Ты хочешь большую кастрюлю риса на обед! И не тебе решать, какую еду доставит актёрам полевая служба. Ты актёр. Ты пришёл на работу работать, а не отдыхать на шезлонге с коктейльчиком в руке!

    Если сравнивать: позорно уволить самовлюбленного ублюдка, или позволить ему остаться, чтобы изводить его день и ночь, как вы думаете, что выберет режиссёр?

    Режиссёр Чжэн быстро обдумал эти варианты и поспешно кивнул:

    — Хм, это правда. Нет необходимости менять актёров; давайте оставим всё как есть.

     

     

    *В последних главах появился какой-то Старый Ли - Ли ЧжэнЖун; сначала я думала, что это богатая пассия Ханя Янхао, ибо там мелькало местоимение женского рода. Потом, что он – это и есть режиссёр Чжэн, ибо в имени есть слово «Чжэн». Сейчас я вообще запуталась, так как это, оказывается, вообще кто-то третий. Пока мне ничего не понятно, простите. Возможно, позже придётся исправить что-то в предыдущих главах.

     

    Глава 18 (Часть 3).

     

    — Хм, это правда. Нет необходимости менять актёров; давайте оставим всё как есть.

    Хань Янхао тут же взревел:

    — Я не буду играть! Я не буду играть в этом третьесортном сериале… — он внезапно остановился. Хань Янхао захрипел и почувствовал, что больше не может сказать ни слова.

    Красивый юноша перед ним наблюдал за ним с улыбкой, но не на губах, а в глазах; а апатичный мужчина постарше смотрел на него с холодным равнодушием, сузив глаза. Эти два мужчины стояли в таком положении, что могли видеть кого угодно, но смотрели они именно на Ханя Янхао.

    Под их взглядами он чувствовал, что земля уходит у него из-под ног.

    Режиссер Чжэн рассмеялся:

    — Хань Янхао, если ты не будешь играть, тебе придётся заплатить штраф за нарушение договора. А нам придётся разъяснить аудитории, почему ты больше не играешь в нашем сериале. Мы ведь не можем допустить, чтобы все говорили, будто наша команда издевалась над тобой, правда?

    Хань Янхао был ошеломлён.

    Однако режиссёр ещё не закончил:

    — Или, может быть, будет даже лучше, если мы просто скажем им правду. Хань Янхао попал в команду благодаря инвестору. Он хотел уволить Жун Сюя, но команда не согласилась на это, поэтому он стал угрожать ей тем, что отзовёт все инвестиции. В конце концов, команде не оставалось ничего, кроме как пойти на краудфандинг. Когда с краудфандингом всё получилось. Хань Янхао захотел уйти. Команда не смогла убедить его остаться, в связи с чем мы выражаем своё глубокое сожаление?

    Как только эти слова прозвучали, все присутствующие в студии прыснули от смеха, глядя на Ханя Янхао, который стоял в самом центре, как клоун.

    Жун Сюй тоже улыбнулся, глядя на режиссёра Чжэна: он не ожидал, что тот тоже обладает талантом приводить людей в бешенство.

    Как только эта новость увидит свет, ​​репутация Ханя Янхао будет разгромлена! Но таков выбор: убить десять тысяч врагов и потерять три тысячи солдат. Если это произойдёт, это будет неблагоприятно не только для Жун Сюя, но и для команды «Западни».

    В целом, пока развитие сюжета не особо расходилось с тем, чего ожидал Жун Сюй. У Ханя Янхао не осталось иного выбора, кроме как держать рот на замке и молча продолжать сниматься. У него осталось всего несколько сцен. Никто не знает, было ли его лидерство в сериале таким на самом деле, или это просто пустой титул.

     

    Этот день можно было считать прожитым впустую, поэтому съёмочная группа решила возобновить съёмки завтра. Они начали собирать вещи и готовить реквизит.

    Помощник директора Ли и Ло Чжэньтао прибыли чуть позже. Увидев помощника директора Ли, режиссёр Чжэн тут же отвёл его в сторону. К удивлению, они шутили и смеялись. Помощник директора Ли подмигнул Жун Сюю, когда тот проходил мимо.

    Жун Сюй слегка улыбнулся и кивнул ему в ответ: похоже, тот не выдал его.

    Да, «публикацию трейлера раньше времени» и «идею с краудфандингом», естественно, придумал Жун Сюй.

    Если бы это было в его прошлой жизни, Жун Сюю не нужно было делать всё это. Не говоря уже о том, что его собственных финансов было вполне достаточно, чтобы самому инвестировать в малобюджетные сериалы. К тому же, как только его имя появлялось в одном из сериалов, многочисленные инвесторы тут же слетались, как мухи, чтобы побороться за право вложить в эту работу свои деньги.  

    Однако в этой жизни он всё ещё оставался юным новичком. Он поссорился с семьей Жун, и ему было тяжело платить даже за  аренду.

    Поэтому ему не оставалось ничего, кроме как обратиться к краудфандингу.

    Тем самым он лишил Ханя Янхао его власти и вернул управление командой обратно в руки режиссёра.

    Чтобы сделать это, он сначала должен был заинтересовать пользователей сети сериалом «Западня»; зрители должны были задуматься над тем,  что им стоит инвестировать в это. Так и был опубликован  трейлер. Далее, нужно было воспользоваться подходящей возможностью, чтобы Хань Янхао оставалось лишь послушно принять реальность – поэтому он воспользовался слабостью Ханя Янхао.

    Ханя Янхао уличили в нечестности и наглости перед всей командой и даже перед двумя посторонними (Цинь Чэном и Сюй Цзинем). Если бы он продолжил вести себя так отвратительно, этот скандал быстро вышел бы за пределы студии. И тогда, когда придёт время, он даже не сможет узнать, кто это сделал, поскольку число людей, знающих об этом, будет несоразмерно большим.

    Уже в первый день совместных съёмок с Ханем Янхао Жун Сюй подумывал о «худшем сценарии».

    Возможность на этот раз превзошла все его ожидания и, можно сказать, появилась просто в идеальное время. Всё шло чрезвычайно гладко, если не считать неожиданный сюрприз Цинь Чэна… О, ну и Чжуна И тоже.

    Теперь, когда все вопросы были улажены, члены команды снова стали оживлёнными и суетливыми, будто всей этой холодной войны никогда и не было.

    Хань Янхао уже давно сердито вернулся в отель. Никто не сомневался, что он побежал жаловаться на них своему Президенту Ли. А Чжун И, как ни странно, не торопился уходить; он стоял в углу, тайком поглядывая на Жун Сюя.

    Команда вела себя так, будто его не было. Он был далеко не таким знаменитым, как Хань Янхао, да ещё и оказался достаточно бесстыдным, чтобы «украсть роль у своего друга», и, возможно, даже «подходил под негласные правила». Кто захотел бы общаться с таким человеком? То, что они смотрели на него без презрения, уже можно было считать большим великодушием.

    Однако в мире были такие люди, которые были просто невероятно «толстокожими».

    Чжун И медленно приближался к Жун Сюю, осторожно поглядывая на Цинь Чэна. Все его движения прекрасно видел Жун Сюй, который спокойно и равнодушно наблюдал за происходящим.

    Этот молодой человек действительно выглядел очень милым. Но, как говорится, внешность обманчива. Поэтому, хотя первоначальный владелец и слышал от своих друзей какие-то плохие вещи о Чжуне И, он делал вид, что ничего не знает и не верит в эти слухи. Он любил его и верил в то, что он сказал ему однажды: «Юный господин Жун, я считаю, что Вы очень хороши».

    Жун Сюй понятия не имел о том, хороши ли актёрские навыки Чжуна И, или нет. Но его умение обманывать людей было первоклассным.

    Он действительно знал, что сделать или сказать в определённой ситуации, и всегда вёл себя как маленький белый лотос, находясь наедине с первоначальным владельцем тела Жун Сюя, который всегда отличался своим безрассудством. Такой мягкий, слабый, чистый и невинный цветок. Он говорил ему: «Я не хочу беспокоить Вас; Вам ни к чему подыскивать для меня роль», а когда узнал о том, что первоначальный владелец тела выбил для него роль в «Борьбе за превосходство», чуть не запрыгал до потолка от восторга.

    Так же было и сейчас. Он подошёл к Жун Сюю и виновато посмотрел на него, тихо прошептав:

    — Юный Господин Жун, я правда не знал, что Хань Янхао на самом деле такой… Он сказал мне, что Вы не хотите играть эту роль, и что съёмочная группа даже собирается прекратить из-за этого съёмки. Только поэтому я решил взяться за эту роль… Я правда не знал… Вы должны мне поверить.

     

    В общем, его пассия всё-таки тоже Ли. Ох уж эти китайцы J Значит, она Президент Ли, а на площадке есть ещё какой-то Директор Ли. Пока так.

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

    Глава 18 (Часть 4).

     

    Жун Сюй ничего не ответил, а лишь поднял бровь, глядя на него.

    Чем больше Чжун И говорил, тем обиженнее он себя чувствовал. Пока он безостановочно говорил о том, как его обманули, его тон даже на самом деле стал немного искренним. Возможно, это было потому, что он просто сам убедил себя в том, что всё, что он говорит – правда:

    — Когда я впервые вошёл в комнату отдыха, я действительно собирался умолять тебя Ханя Янхао оставить Вас, но он накричал на меня. Даже когда он кричал, я пытался замолвить за Вас словечко. Но он сказал, что Вы сами отказались играть, потому что эта роль для Вас слишком грубая. Поначалу я не поверил ему, но он продолжал говорить…

    Тихо вздохнув, Жун Сюй беспомощно сказал:

    — Если твои слова дойдут до Ханя Янхао, как ты думаешь, что произойдёт?

    Все тело Чжуна И резко напряглось.

    Этот маленький белый лотос, вероятно, никогда не задумывался о том, что произойдет, если его ложь будет разоблачена.

    Но он всё ещё не хотел признавать это:

    — Я… я говорю правду.

    Жун Сюй не ответил, но его взгляд стал значительно холоднее.

    Холодное выражение лица Жун Сюй заметил Цинь Чэн. Он многозначительно посмотрел на Сюй Цзиня. Последний понял его без слов и двинулся вперёд, чтобы вмешаться.

    Но не успел Сюй Цзинь встать, как его уже опередили:

    — Мистер, вам не кажется, что Вы слишком задержались на нашей площадке? Вы не состоите в нашей команде. Будет катастрофа, если Вы разгласите то, что здесь только что произошло, или опубликуете тайно сделанные фотографии. Могу я попросить Вас уйти? Сейчас же. Пожалуйста, — вмешался только что подошедший помощник режиссёра Ван.

    Чжун И был ошеломлён и неосознанно возразил:

    — Я друг Юного Господина Жуна, и я тоже звезда. Как я могу сделать что-то подобное?

    Помощник режиссёра Ван притворился, что удивлён, и усмехнулся:

    — Как ты не можешь быть способен на что-то подобное? И как ты можешь быть другом Жун Сюя? Если бы ты был его другом и пришёл бы сюда просто навестить его, стал бы ты красть у него роль? Малыш, ты ещё молод; не ври. Если ты не уйдёшь сейчас же, я буду вынужден вызвать охрану.

    Чжун И мгновенно побледнел.

    Окружающие члены команды начали смеяться:

    — Точно! Если он был другом Жун Сюя, разве украл бы он его роль?

    Кто-то из присутствующих узнал Чжуна И, но сделал вид, что не знает его:

    — Не знаю, откуда этот человек, но он, вероятно, сумасшедший, раз вообразил себя звездой.

    — Это верно, ах! Его кожа выглядит такой мягкой и нежной… боюсь, он не выдержит этих страданий.

    — О да, Старый Чжао, Вы не знаете, где в Городе  В находится Клуб Хао Шэн? Я хочу осмотреться там, когда в следующий раз поеду в Город В. Мне очень интересно, что это за место, ах-ха-ха!

     

    Лицо Чжуна И стало сначала бледным, а затем посинело от гнева. После этого инцидента команда очень сблизилась, так что их трудно было оторвать друг от друга. Его унижала толпа людей, а он не мог произнести ни слова. Эти люди безжалостно разоблачили его лицемерную маску. При последнем комментарии Чжун И яростно посмотрел на Жун Сюя, когда вдруг увидел Цин Чэна и Сюй Цзиня, стоящих в стороне.

    Поначалу у него была идея «сблизиться с Цинь Чэном через Жун Сюя», но теперь Чжун И  разозлился настолько, что ему было уже всё равно. Он закричал:

    — Я не являюсь частью команды, но они, вообще-то, тоже! Почему я должен уходить, а они нет?!

    Жун Сюй с удивлением посмотрел на Чжуна И. Похоже, он никогда не думал, что этот парень окажется НАСТОЛЬКО глуп, чтобы обидеть Цинь Чэна и Сюй Цзиня.

    Как только эти слова прозвучали, вся команда просто согнулась от смеха.

    — Ха-ха-ха! Мне ведь не послышалось, правда?! Кто-то и в самом деле хочет заставить Цинь Шэна уйти!?

    — Тебе не послышалось! На самом деле кто-то сказал, что Цинь Шэнь может разгласить информацию о случившемся на площадке..

    — Теперь я, наконец, понял, почему некоторые люди становятся известными артистами, а остальные так и остаются мелкими третьесортными звёздами.

    Помощник режиссёра Ван тоже смеялся, пока не начал кашлять. Но на этот раз он не стал продолжал спорить с Чжуном И, а вместо этого сразу махнул рукой, чтобы подозвать нескольких охранников. Когда высокий и крепкий мужчина остановился перед Чжуном И, он, хотя и был на грани срыва, мог лишь послушно встать и уйти.

    Когда он уже подходил к двери, к нему неожиданно подбежала какая-то молодая девушка и сунула ему в руки коробку.

    Эта была та самая девушка, которая помогла ему найти Жун Сюя, когда он только пришёл на съёмочную площадку. Только теперь на её лице девушки не было ни капли прежнего обожания; она с отвращением произнесла:

    — Не забудьте забрать свой торт. Никто здесь не может позволить себе прикоснуться к этому.

    Чжун И так крепко сжал коробку с тортом, что она деформировалась. Он собирался бросить его на пол, как вдруг снова услышал голос девушки:

    — Не смейте сорить здесь! Тут наш подготовленный реквизит. Если Вы что-нибудь сломаете, Вы должны будете всё компенсировать. Даже если не сломаете, это всё равно Вам не поможет, потому что Вы испачкаете нам пол.

    Чжун И:

    — !!!

    Жун Сюй, сузив глаза, холодно наблюдал за тем, как Чжун И уходит. По сравнению с высокомерным и деспотичным Ханем Янхао, Чжун И, этот белый лотос-приспособленец, нравился ему куда меньше. Особенно если вспомнить, как он обходился с первоначальным владельцем его тела… В общем, он не хотел, чтобы жизнь казалась Чжуну И сахаром.

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

    Глава 18 (Часть 5).

     

    После того, как все улеглось, команда, наконец, обрела некоторое спокойствие.

    Хань Янхао был вынужден остаться на роли главного героя, а также принять новый сценарий, который должен был изменить сценарист. Чжуна И же трясло от гнева где-то на улице. Когда он бежал, поджав хвост, он даже не смел спорить с обычными работниками на площадке, очевидно, боясь, что у них есть доказательства против него.

    В этом кругу всегда была важна репутация. Пока то, что вы делали, не переходило границы, никто не стал бы упоминать об этом и без проблем ладил бы с вами. Потому что всем свойственно ошибаться. Потому что если человек «ошибся», а у вас есть на него компромат, но вы его не используете, то после, когда с вами тоже что-то случится, он будет перед вами в долгу, и не посмеет бросать в вас камни, когда вы упадёте.

    Если эта «ошибка» не было достаточно серьёзной, чтобы вытеснить человека из отрасли и вынуждать окружающих избегать его, никто не стал бы действовать опрометчиво.

    Итак, после всего, что произошло в этот день, съёмки, естественно, так и не начались, поэтому Жун Сюй решил вернуться в отель.

    ***

    Жун Сюй, переодевшийся в свою повседневную одежду, шагал по безлюдному тротуару. Простой светлый пуловер придавал ему юношескую привлекательность. Вечерний ветерок был немного прохладным, поэтому он надел шляпу, под которой было видно только маленькое изящное лицо, что делало его очень милым и очаровательным.

    Ло Чжэньтао уже давно уволок тактичный Сюй Цзинь, смутно бормоча что-то об «озабоченности средствами к существованию менеджеров ХуаСя Энтертейнмент».

    Сюй Цзинь был одним из топ-менеджеров «ХуаСя», и на этой должности в компании было только три человека. Его можно было считать начальником начальника Ло Чжэньтао. Если он хотел поговорить, Ло Чжэньтао не мог отказать ему, поэтому ему не оставалось ничего иного, кроме как  послушно пойти с ним, позволив Жун Сюю и Цинь Чэну вернуться в отель вместе.

    В любом случае, у Цинь Чэна не должно быть никаких плохих мыслей относительно Сяо Сюя, и он точно не мог сделать ничего, что причинит ему боль… ведь так?

    [На этот раз он ошибся].

    Цинь Чэн смотрел прямо перед собой, и его лицо выглядело спокойным, однако даже Жун Сюй не осознавал, что его взгляд в этот момент направлен именно на него. Каждый раз, когда Жун Сюй оборачивался, он поспешно отводил взгляд куда-то в другое место с небрежным видом, что ему действительно наплевать на Жун Сюя.

    Жун Сюй задумался и задал вопрос, на который хотел получить ответ:

    — Я не ожидал, что мистер Цинь приедет сюда. Вы приехали специально ко мне в гости?

    Цинь Чэн спокойно ответил ему (тем более, что ответ он уже давно приготовил):

    — Мама попросила меня посмотреть, чем ты занимаешься. Она просила об этом в течение последних нескольких дней, поэтому я решил навестить тебя, — сделав паузу, он почувствовал, что с его формулировкой что-то не так, и добавил, — На самом деле… она сказала, что ничего страшного не произойдёт, если я никуда не поеду, но я чувствовал, что будет лучше всё же навестить тебя.

    [То есть, выходит, что, хотя он приехал и не по собственной инициативе, он был вовсе не против этого!]

    Это не должно быть ошибкой!

    Как Жун Сюй мог обратить внимание на такую маленькую деталь? Он беспомощно улыбнулся:

    — Я позвоню тёте Цинь вечером. Я правда прекрасно могу позаботиться о себе сам, поэтому ей не о чем беспокоиться. Также нехорошо, что она постоянно беспокоит Вас по пустякам. Если тётя Цинь попросит Вас помочь мне снова, Вам не нужно приезжать. Просто позвоните мне – этого будет достаточно.

    Цинь Чэн:

    — !!!

    «Как я могу не приехать к тебе!? Я определенно должен приехать!»

    — Это не проблема… я просто ничем сейчас не занят.

    Жун Сюй покачал головой:

    — В нашей команде работает визажист Меймей, которая работала в вашем недавнем фильме «Точка, где пересекаются лестницы». Я слышал от неё, что на съёмки этого фильма у вас ушло целых шесть месяцев, и закончились они только в прошлом месяце. В ближайшие несколько месяцев у вас должен быть промоушен. Вы должны хорошо отдохнуть; не нужно беспокоиться обо мне. Приезжать издалека, чтобы просто навестить меня... это слишком хлопотно.

    Цинь Чэн:

    — …

    «Ноги немного болят, как будто по ним ударили камнем».

    Жун Сюй посмотрел на мужчину, и в паре его прекрасных глаз отразилось великолепное послесвечение заката. Он слабо улыбнулся; такой нежный, простой и элегантный юноша.

    Видя это, Цинь Чэн впал в лёгкое оцепенение, как вдруг услышал, как юноша заключил:

    — В любом случае, спасибо за заботу. Цинь Чэн, спасибо за то, что сегодня Вы стояли рядом со мной. Я очень счастлив.

    «Я очень счастлив...»

    «Счастлив…»

    «…лив...»

    Его глаза расширились, и ему пришлось, полагаясь лишь на свои абсолютные актёрские способности, с трудом подавлять переполняющую его радость. Цинь Чэн сдержал эмоции, рвущиеся отразиться на его лице. Его невыносимо нервное настроение выдавало только лёгкое постукивание пальца в кармане.

    Следующие слова Жун Сюя заставили Цинь Чэна застыть на месте, а кончики его ушей покраснеть:

    — Уже довольно поздно, и рейсов в Город В на сегодня не запланировано. Как насчёт того, чтобы Вы переночевали в моём номере и вернулись домой завтра? Отели рядом с Городом Кино и Телевидения сейчас переполнены, поэтому Вы не сможете забронировать номер. Если Вы не возражаете, то можете просто переночевать со мной. Что касается мистера Сюй Цзиня, он может остаться на ночь с Ло Чжэньтао.

    Он был обречён на бессонную ночь.

    ***

    Глава 18 (Часть 6).

    ***

    Когда они ещё были в команде «Западни», Цинь Чэн подписался на каждого члена команды, включая режиссёра Чжэна. В общем команда насчитывала около сотни человек, но неожиданно среди них не нашлось ни одного человека, который не был бы его поклонником. Многие молодые девушки и женщины боялись даже посмотреть ему в глаза и едва осмелились попросить у него автограф, прежде чем убежать прочь.

    По пути из студии в отель им встречалось много прохожих, которые шокировано таращились на Цинь Чэна, а затем подбегали к нему за автографом. Затем, после того как они вернулись в отель, все (от охранника до портье и уборщиц) также взволнованно просили у него автограф. Даже сотрудники отеля, которые принесли раскладушку, со сверкающими глазами просили у него автограф.

    [Именно. Принесли раскладушку].

    Цинь Чэн безучастно смотрел, как два сотрудника отеля заносят раскладушку в комнату Жун Сюя и даже любезно помог им установить её. Когда Цинь Чэн только вошёл в отель, на ресепшене у него спросили, нужно ли организовать ему временный номер, однако Цинь Чэн спокойно отказался:

    — В конце концов, все номер уже заняты. Будет нехорошо, если мы побеспокоим всех остальных.

    Девушка была просто без ума от его ответа: «Ах, вы только посмотрите на Императора Кино Цинь! Он так любезен! И ничуть не высокомерен!»

    Затем они заботливо прислали ему раскладушку.

    «Заботливо засуньте её себе в задницу, ублюдки!»

    Цинь Чэн холодно посмотрел на узкую раскладушку. Если бы его взгляд мог превратиться в пламя, эта «кровать» бы уже давно превратилась в пепел.

    Жун Сюй улыбнулся:

    — Вы можете спать на большой кровати, а я лягу здесь.

    Цинь Чэн был поражён, когда услышал его, и уставился на Жун Сюя, прежде чем твёрдо отказался:

    — Я буду спать здесь.

    Жун Сюй покачал головой:

    — Вы выше меня на 5 см. Я не позволю Вам спать на такой узкой раскладушке.

    Цинь Чэн сразу же уцепился за самое важное:

    — Ты просматривал информацию обо мне?

    Жун Сюй небрежно ответил:

    — Да.

    Глаза Цинь Чэна загорелись, но прежде чем он мог открыть рот, Жун Сюй, улыбаясь, продолжил:

    — Вы – Цинь Чэн. Поскольку я решил войти в эту отрасль, я сначала посмотрел информацию о Вас. Но когда я случайно просматривал информацию о Вэнь Сюань, оказалось, что вы вместе снимались в «МуШэне». Жаль, что я был слишком занят, и у меня не было времени посмотреть этот фильм.

    Низкий магнетический мужской голос тут же ответил:

    — У меня есть два подарочных DVD-диска: их подготовила для меня команда.

    Жун Сюй удивлённо обернулся, а Цинь Чэн спокойно улыбнулся и искренне сказал:

    — Я дам тебе один, когда ты вернёшься в Город В.

    Глаза Жун Сюя немного расширились и пробыли в таком положении довольно долго, прежде чем он улыбнулся и кивнул, не став отказываться:

    — Спасибо.

    Когда настала ночь, мужчины начали готовиться ко сну. Когда Цинь Чэн принимал ванную, Жун Сюй невозмутимо просматривал свой сценарий, а когда настала очередь Жун Сюя мыться, Цинь Чэн уселся на стул возле ванной комнаты и стал прислушиваться к шуму проточной воды. Его спина была максимально прямой, а глаза не мигали, когда он внимательно слушал.

    Но когда Жун Сюй вышел в своей пижаме, Цинь Чэн делал вид, что смотрит в свой телефон, как будто ничего такого не делал.

    Жун Сюй не особо задумывался об этом и отвернулся, чтобы высушить волосы. В ту секунду, когда он отвернулся, Цинь Чэн тут же сосредоточил на нём свой взгляд.

    Из-за капель воды, которые он вытер не до конца, тонкая ткань прилипла к телу юноши, а волосы слиплись. Одинокая капля воды стекла с его мягких волос и прокатилась вдоль тонкой шеи, прежде чем исчезнуть в месте, о котором ему лучше было не думать.

    Такая поза юноши позволила Цинь Чэну разглядеть его нежную красивую ключицу.

    «Почему у этой пижамы такой высокий воротник!»

    Цинь Чэн опустил голову и продолжил таращиться на свой телефон, но его пальцы в этот момент крепко сжимали чехол.

    Вскоре Жун Сюй закончил обтирать волосы полотенцем и включил фен. После того, как он высушил волосы, Цинь Чэн небрежно спросил:

    — У тебя есть Вейбо?

    Цинь Чэн даже не поднял голову, задавая этот вопрос, будто он действительно интересовался этим просто невзначай, поэтому Жун Сюй также небрежно ответил:

    — Да. Страницу можно найти по моему имени.

    Через некоторое время Цинь Чэн сказал:

    — Я подписался на тебя.

    Жун Сюй взял свой телефон и засмеялся:

    — Я тоже подпишусь на Вас.

    Губы мужчины изогнулись в едва заметной улыбке.

     

    В соседней комнате Сюй Цзинь улыбался, непринуждённо беседуя с Ло Чжэньтао, как вдруг внезапно его проняла холодная дрожь.

    Сюй Цзинь:

    — Почему сегодня так холодно?

    «Почему так холодно?»

    «Он подписался на тебя…? Конечно, он подписался, ах! Посмотри ещё раз, если не веришь!»

    Он, и правда, был первым в списке его подписчиков!

    Сюй Цзинь:

    — …

    ***

    Съёмки, в конце концов, были очень утомительным делом. По неоднократным просьбам Жун Сюя Цинь Чэну пришлось спать на большой кровати и позволить Жун Сюю моститься на раскладушке. Эта двуспальная была явно не маленькой; её ширина составляла 1,5 метра. Но все равно было бы немного неудобно, если бы двое мужчин ростом 185 см и 190 см спали на ней вместе.

    Цинь Чэну очень хотелось попросить Жун Сюя лечь спать на большую кровать, но из-за твёрдого характер Жун Сюя он просто не знал, с чего ему начать. И хотя в нём пылала страсть, внешне он держался холодно и отстранённо, поэтому молча лежал на большой кровати, задержав дыхание.

    Однако через некоторое время Цинь Чэн услышал ровное дыхание юноши.

    Это чувство было очень своеобразным. Цинь Чэн некоторое время тихо слушал его дыхание и смотрел на отражающийся на потолке уличный свет. Пролежав так сорок минут, он убедился, что юноша крепко спит, а затем тихо встал с постели и нежно перенёс юношу на кровать.

    Он не был тяжелым и даже, кажется, был легче своих сверстников, но Цинь Чэн всё же нёс его с несравненной осторожностью.

    Жун Сюй тихо посапывал в его руках, в результате чего Цинь Чэн тут же напрягся. Убедившись, юноша всё ещё спит, он на цыпочках подошёл к кровати, нежно положил на неё юношу и заботливо укрыл его одеялом. В эту тихую ночь нежный взгляд мужчины был полностью сосредоточен на лице молодого человека. Лунный свет освещал его изысканное лицо, из-за чего он выглядел ещё прекраснее.

     

    Рано утром следующего дня самолёт взлетел в тёмное небо, унеся с собой Цинь Чэна.

    Когда Жун Сюй проснулся, он обнаружил, что спит на большой кровати, а Цинь Чэна нигде нет. Он нашёл записку, оставленную Цинь Чэном на столе. Буквы были чёткими, и каждый штрих был написан с нажимом. Почерк был глубоким, как и сам мужчина.

    Тихо рассмеявшись, Жун Сюй начал собираться. Когда небо стало еще ярче, он отправился на площадку.

     

    Едва он прибыл, как его тут же окружили члены команды. Все взволнованно смотрели на него и задавали вопросы, которые не смогли задать вчера:

    — Жун Сюй, какие у Вас отношения с Цинь Шеном? Он действительно приехал к Вам в гости! Он никогда раньше не навещал никого на работе; это слишком невероятно!

    — Это правда! Это был Цинь Чэн, ах, он просто бог, моя мечта! Вчера я думала, что умру от волнения!

    — Брось! Какая мечта, какой бог? Твоё отношение к Императору Кино Цинь, очевидно, было очень небрежным!

    — Чепуха, я очень нервничала! Я не могла произвести плохое впечатление на своего бога!

    Слушая сплетни членов команды, Жун Сюй не смог сдержать улыбку.

    Затем кто-то снова спросил его:

    — Ну, в конце концов, какие же у вас отношения, а, Жун Сюй?

    Жун Сюй сделал паузу, задумавшись, а затем искренне ответил:

    — Мы друзья.

     

     

     

    * «Точка, где пересекаются лестницы»:  возможно, автор допустил здесь ошибку, поскольку единственный фильм, в котором Цинь Чэн снялся в прошлом месяце – это «Ученик».

    «Лестницы» - это старый фильм многолетней давности, как упоминал Дун Чжэн несколько глав назад.

     

     

     

     

     

     

     

     

    Глава 19 (Часть 1).

     

    Сегодня многие члены команды подходили к Жун Сюю и с любопытством спрашивали о его отношениях с Цинь Чэном. Жун Сюй мог выдать только ответ «мы друзья». Для друзей было вполне нормально ездить друг к другу в гости, хотя всем всё ещё казалось очень странным, что Жун Сюй на самом деле был знаком с Цинь Чэном. Но никто не решался задавать лишних вопросов.

    Съёмки «Западни»продвигались довольно быстрыми темпами.

    Поначалу Хань Янхао продолжал отказываться сотрудничать. Было ли это преднамеренно или нет, но ему постоянно приходилось переснимать свои сцены. Тем не менее, во второй половине дня помощник режиссёра Ли раздал актёрам новый сценарий.

    Жун Сюй просмотрел содержимое нового сценария и был слегка удивлён. В это время недалеко от него Хань Янхао уже кричал:

    — Что вы имеете в виду!? Не будет двух главных мужских героев?! Что?! Почему, чёрт возьми, вы изменили сценарий? Я уже говорил, что я – главный герой, когда подписывал чёртов контракт!

    Хань Янхао бросил сценарий на пол, но затем услышал смех режиссёра Чжэна:

    — Раз уж ты бросил его, то сам и поднимай.

    Хань Янхао сердито вперился в него взглядом:

    — Вы!

    Режиссёр Чжэн приподнял бровь и сказал:

    — Этот сценарий очень хорош. Хань Янхао, тебе что-то не нравится?

    Глядя на спокойное и невозмутимое лицо режиссёра Чжэна, Хань Янхао захотел ударить его. Он очень хотел ударить его, потому что на этот раз не он издевался над окружающими, а режиссёр издевался над ним, преднамеренно вырезав его сцены и добавив Жун Сюю более трёхсот сцен, и ещё по сто – нескольким другим актёрам!

    На что он рассчитывал?

    У второго мужского героя было теперь столько же сцен, сколько у главного. Кто, из них, чёрт возьми, играет главную роль?!

    Однако, глядя на режиссёра Чжэна, Хань Янхао мог только скрежетать зубами и крепко сжимать свой сценарий в руке. Он смял сценарий и сильно ударил им по столу, прежде чем развернуться, чтобы уйти, так и не сумев произнести ни слова.

    Режиссёр Чжэн крикнул ему вслед:

    — У тебя есть ещё одна сцена сегодня днём – не забудь вернуться!

    Как только он услышал эти слова, Хань Янхао замер на месте и заметно затрясся от гнева. Он предпочёл бы никогда сюда не возвращаться.

    Однако к полудню он всё же вернулся. Причём вовремя.

     

    Когда у кого-то есть рычаги воздействия на вас, вы должны терпеть его, независимо от того, насколько вы сильны и самодостаточны!

    Ну и что, если у вас есть деньги? Деньги не могут закрыть рот всем. Огромное количество людей в команде были по горло сыты характером Ханя Янхао. Если бы они действительно взялись за распространение информации о его выходках, развернулся бы грандиозный скандал с участием Ханя Янхао. Скандал мог быть достаточно большим, чтобы он навсегда потерял свою популярность и разрушил свою карьеру.

    С Ханем Янхао очень плохо обращались в команде. Его частная комната отдыха была переделана в комнату отдыха для всех. Полевая служба тоже неприкрыто презирала его, и его обед был самым обычным: три блюда и один суп в одноразовом контейнере. Ханя Янхао, который был очень разбалован в последние несколько лет, чувствовал, что скорее умрёт, чем притронется к этой гадкой еде.

    В моменты, когда его сцены приходилось переснимать, режиссёр Чжэн грубо и резко отчитывал и кричал на него, пока он не покраснеет от стыда и злости.

    После этого он стал делать всё возможное, чтобы укладываться в один дубль, однако требования режиссёра Чжэна к нему стали смехотворно высоки. Во всех сольных сценах Ханя Янхао, он заставлял его переснимать снова и снова, требуя, чтобы он работал ещё лучше.

    Так Хань Янхао возненавидел его каждой клеточкой своего тела. Кто знает, сколько раз он уже проклинал режиссёра Чжэна в своей голове. Однако когда Жун Сюй наблюдал за этой ситуацией, он не мог сдержать смех.

    Ло Чжэньтао с сожалением вздохнул:

    — Хань Янхао, должно быть, сердится на режиссёра Чжэна за то, что он так требователен и строг с ним.

    Услышав это, Жун Сюй мягко покачал головой и слабо улыбнулся:

    — Это хорошая возможность. Режиссёр требует от него переснимать снова и снова, пока его игра не станет идеально. Если Хань Янхао сможет сполна использовать эту возможность, возможно, его актёрское мастерство улучшится.

    Ло Чжэньтао был удивлён, а затем повернулся, чтобы посмотреть на побагровевшее лицо Ханя Янхао неподалёку.

    — Что-то мне подсказывает, что Хань Янхао не сможет воспользоваться этой возможностью. Он, вероятно, сейчас мысленно проклинает «бесчеловечность» режиссёра Чжэна.

    Жун Сюй улыбнулся, ничего не ответив. Он открыл свой Вэйбо и остановил свой взгляд на общем числе подписчиков.

    1,6 миллиона.

    За одну ночь он набрал 600.000 подписчиков!

    Если бы это удалось любому другому артисту, это считалось бы выдающимся достижением. Первой причиной внезапного роста подписчиков стал выпущенный вчера тизер-трейлер «Западни». Хотя этот сериал и занимал лишь 30-е место в топе поисковых запросов, все поклонники, которые кликали по нему, показали свои большие ожидания относительно этого высокоэстетичного еженедельного сериала. Также было много и тех, кто начал подписываться на Жун Сюя.

    Что касается второй причины, она была напрямую связана с одним определённым человеком.

    Когда Жун Сюй пришёл в этот мир, первым делом он «пришёл в себя», осмотрелся, и уже потом снова вошёл в развлекательный круг. Съёмки были нелегкой задачей. В «Западне» ему приходилось снимать по четырнадцать часов в день (и это минимум!). Помимо того, что ему ещё нужно было есть и отдыхать, спал он обычно не больше шести часов.

    Жун Сюй просматривал Вэйбо Цинь Чэна и раньше, но прошлой ночью он впервые подписался на него.

    Тот факт, то какая-то мелкая звезда третьего уровня подписалась за Цинь Чэна, абсолютно никого не волновал.

    Но вот новость о том, что Цинь Чэн подписался на какую-то мелкую звезду третьего уровня, была поистине шокирующа!

    «Что за…? Великий Бог моей семьи до сих пор был подписан всего на сотню (или даже меньше) людей. Сегодня он подписался на кого-то нового! Этот Жун Сюй… Он же тот самый ВаньЦи из «Борьбы за превосходство», верно?! Вопрос: Откуда Великий Бог и Жун Сюй знают друг друга?!»

    «Я сплю? Кто такой Жун Сюй? На него на самом деле подписался Великий Бог, ах! Великий Бог всегда подписывался только на актёров, с которыми он работал, и очень редко подписывался на второстепенных актёров. Великий Бог и правда подписался на этого Жун Сюя…  Этот мир слишком загадочен…»

    «2333333! Бог моей семьи и Новый Бог самом деле знают друг друга!!!»

    «Ao-ao-ao! Великий Бог подписался на него прошлой ночью… Интересно, он тоже увидел новый тизер? Действительно божественно красивый…. Ах! Хотя у Жунжуна моей семьи было в нём всего несколько секунд экранного времени, он слишком красив! Никогда бы не подумала, что Великий Бог тоже подпишется на него… я должна крепко держаться за Жунжуна моей семьи. Жунжун - только мой. Я не отдам его никому!  Даже Великому Богу! хD».

     

     

     

     

     

     

     

     

    Глава 19 (Часть 2).

     

    На Вэйбо Цинь Чэна было подписано более трёхсот миллионов человек.

    Примерно одна десятая часть этих трехсот миллионов человек должна была заметить новую подписку Цинь Чэна. И примерно одна десятая часть из них могла тоже подписаться на Жун Сюя, а это составляет без малого 3 миллиона человек! Хотя, очевидно, что на Жун Сюя подписалось не так много людей, анализ данных Вэйбо ясно показывал, что с домашней страницы Цинь Чэна на аккаунт Жун Сюя пришло не менее 200.000 подписчиков.

    Жун Сюй на мгновение задумался, глядя на возросшее количество своих подписчиков, и решил сделать пост.

    Жун Сюй: Мой сегодняшний обед. Капуста очень вкусная ~ [фотография]»

    После этого Жун Сюй отложил телефон и встал, чтобы приступить к съёмкам своих собственных сцен.

    Некоторые артисты в кругу развлечений передавали ведение своих аккаунтов в Вэйбо своим менеджерам или помощникам, оставляя эти дела на усмотрение пиар-команды. Таким образом, они могли придумать артисту его собственный образ, чтобы он не допускал ошибок. Это был очень разумный выбор. Но Жун Сюю это не нравилось.

    Ло Чжэньтао уже спрашивал Жун Сюя, хочет ли он, чтобы он помогал ему вести его Вэйбо. Однако Жун Сюй решительно отказался.

    В эту новую эру у артистов было много способов взаимодействовать со своими поклонниками. Вэйбо, форумы, прямые трансляции... – всё это были «мосты», позволяющие ему общаться со своими поклонниками. Он не хотел просто играть; ему хотелось больше общаться и взаимодействовать со своими поклонниками.

    Таким образом, после того, как он убрал телефон, Жун Сюй сосредоточился на съемках и быстро забыл о своём посте. И поэтому он, естественно, не знал, что на фотографию, прикреплённую к этой записи, попала одна из его рук! Изящные тонкие пальцы, белые, как нефрит, слегка выпирающие суставы. Рука выглядела не истощенной, а изящной; она была прекрасна до такой степени, что люди не могли дышать, при виде её.

    «Сколько капусты, ах... Эта рука прекрасна!»

    «Капуста выглядит аппетитно... Но эта рука… она очень хороша!»

    «Очень простой обед... А рука безупречна!»

    «Эй, ребята, что у вас в голове? Жунжун явно говорит о своём обед…, почему вы смотрите только на его... Ах-ах-ах-ах! Эта рука очень красивая! *Облизываю экран*. Как рука может быть ТАКОЙ красивой?!»

    «Его рука длиннее, стройнее, белее, изящнее и намного красивее моей! Я не хочу больше жить!»

    «Ха-ха, Жунжун намного красивее меня _(:3∠)

    Куча фанатов снова принялась «облизывать свои экраны»:

    «Какая капуста? На свете нет ничего, на что смотреть было бы приятнее, чем на руку нашего Жунжуна! Такая белая и нежная маленькая рука, если бы я  только могла прикоснуться к ней… Ao-ao-ao, кажется, у меня из носа сейчас пойдёт кровь!!!»

    ***

    Город В, Столичный Аэропорт.

    Яркий и очень красивый мужчина вместе со своим менеджером только что сошёл с самолёта и вошёл в VIP-фойе. Мужчина пролистывал свой Вэйбо, когда внезапно заметил одну интересную фотографию. Он внезапно остановился, а его глаза расширились. Он неосознанно сглотнул, в результате чего его адамово яблоко очень соблазнительно шевельнулось.

    Сюй Цзинь прошёл на три метра вперёд, прежде чем обнаружить, что рядом с ним никого нет. Он обернулся, но тут же потерял дар речи:

    — Что могло ТАК привлечь Ваше внимание?

    Сказав это, Сюй Цзинь подошёл к боссу, чтобы увидеть, на что тот так отреагировал.

    Однако, когда он уже собирался взглянуть на экран, Цинь Чэн поспешно свернул Вэйбо.

    Сюй Цзинь:

    — ...

    Цинь Чэн опустил голову и тупо уставился на него, прежде чем неторопливо ответить:

    — Не хочу показывать тебе.

    Сюй Цзинь:

    — !!!

    «Ты говоришь это так, будто мне сильно хочется это увидеть! Мне вообще плевать, понял?!»

    Затем они спокойно продолжили идти на улицу. Высокая и прямая фигура Цинь Чэна в чёрном плаще привлекала к себе внимание окружающих. Несмотря на то, что большие солнцезащитные очки закрывали большую часть его лица, от него веяло холодом и  серьёзностью, от которой всем казалось, что к такому человеку невозможно приблизиться и, уж тем более, тронуть его.

    Примерно это и говорила Ся Муйян: «Цинь Чэн… боюсь, этот человек никогда в жизни не сможет никого  полюбить».

    Сюй Цзинь пошёл за машиной, когда они вышли на стоянку. Едва машина завелась, как он вдруг вспомнил:

    — Вы с Жун Сюем знали друг друга? Я никогда не слышал, чтобы Вы упоминали о нем раньше. Мне уже показалось странным, когда Вы сказали мне подписать с ним контракт, а теперь Вы на самом деле поехали в другой город, чтобы навестить его. Какие у Вас с ним отношения?

    Как менеджер, Сюй Цзинь должен был заниматься, в том числе, и межличностными отношениями своего артиста.

    Цинь Чэн сел на заднее сиденье и уже снова пристально таращился в свой телефон. Сюй Цзинь не мог понять, на что он смотрит, и повторил свой вопрос. Цинь Чэн, казалось, услышал его только со второго раза, и на этот раз поднял голову и спокойно ответил:

    — Наши мамы были лучшими подругами. Она попросила меня присмотреть за Жун Сюем.

    Сюй Цзинь пошутил:

    — О, так вот оно что! А я то подумал, что у Вас есть к нему какие-то скрытые мотивы, о которых Вы не можете  рассказать людям, ха-ха!

    Цинь Чэн:

    — ...

    ***

    Вернёмся в далекий Город Кино и Телевидения Сяншань; в команду «Западни».

    Обеденный перерыв Жун Сюй только что закончился, когда он внезапно чихнул. Ло Чжэньтао удивленно посмотрел на него:

    — Кажется, на следующей неделе действительно похолодает, но на этой неделе будет ещё довольно тепло. Сяо Сюй, Вам помочь приготовить лекарство от простуды? Если Вы заболеете, график съёмок сильно замедлится.

    Жун Сюй покачал головой и осторожно потёр нос:

    — Все хорошо, я не простыл. Вероятно, кто-то говорит обо мне за моей спиной.

    Ло Чжэньтао весело рассмеялся:

    — Говорит о Вас? О, тогда это наверняка Хань Янхао!

    Жун Сюй улыбнулся.

    Скоро ему нужно было приступать к съёмкам последней на сегодня дневной сцены.

    ***

    Главная женская героиня Лян Линхуэй уже вышла замуж за Хо Си. Однако Хо Си не пришёл в их новый дом в тот вечер. Лян Линхуэй всю ночь нервничала и переживала, и только на следующий день узнала, что Маршал спал в своей спальне и вообще не заходил в её комнату.

    И даже после свадьбы они так и не сделали того, что должны были. Главнокомандующий хотел отругать Хо Си за это, но понимал, что он сам заставил Хо Си жениться на этой девушке. Поэтому он не мог приказывать своему и без того неуправляемому сыну.

    Хотя этот брак и существовал только на словах, Лян Линхуэй всё ещё оставалась «женой Маршала города Пин». Поначалу она хотела прояснить свои отношения с Баем Миндэ, но после неоднократных «совпадений» она не могла не быть тронутой этим нежным и умным человеком. Таким образом, в рамках этих неоднозначных отношений Лян Линхуэй помогала Баю Миндэ постепенно завоевывать доверие Хо Си.

    Доверяет ли Хо Си Баю Миндэ или нет – не знал даже сам Бай Миндэ. Но всё, что ему нужно было знать, это то, что Хо Си лично назначил его главным офицером армии семьи Хо.

    В этой сцене был показан момент, когда Лян Линхуэй, после очередной встречи с Баем Миндэ, вернулась домой. Поначалу она думала, что Хо Си нет дома, и не ожидала, что случайно столкнётся с ним в саду.

    Эта сцена снималась в сумерках. Закат сегодня был прекрасен; свет был глубоким, мягкие и тёплые тона могли тронуть даже самых холодных людей. Эта обстановка идеально подходила для… демонстрации чувств, которые Хо Си хранил глубоко в своём сердце.

     

    Глава 20:  «Эмоциональная мелодраматичная сцена» (Часть 1).

     

    Если в предыдущем сценарии был лишь слабый намёк на то, что Хо Си любил Лян Линхуэй с самого детства, то в новом сценарии эти чувства были показаны и гораздо лучше проработаны благодаря множеству добавленных сцен, что позволило бы зрителю понять, как сильно он подавляет свои чувства. Настолько сильно, что он отказывался признаться в них, даже когда был на грани смерти.

    Пять камер были установлены под разными углами, и съёмки начались.

    Чжан Тунтун, одетая в чонсам, прошла через гостиную. В это время Лян Линхуэй только что вернулась со встречи с Баем Миндэ. Даже она сама не могла чётко сказать, какие между ними были отношения; её принципы не позволяли ей заводить романы на стороне, будучи замужем, однако человеком, которого она любила, был не её муж, а этот мужчина, что отказался сбежать с ней.

    Итак, до настоящего времени Лян Линхуэй и Бай Миндэ поддерживали разумную дистанцию. Но никто не знал, не было ли это потому, что она чувствовала себя виноватой.

    Лян Линхуэй с облегчением вздохнула, когда обнаружила, что Хо Си нет дома. Правда, её радость продлилась недолго – до тех пор, пока она не пошла в сад. Там она увидела и длинную тень на земле.

    Глаза Лян Линхуэй расширились, и на ее лице промелькнуло взволнованное выражение. Она остановилась возле французских окон в гостиной, не выходя в сад, а наблюдая за Хо Си издалека.

    Актерское мастерство Чжан Тунтун было вполне сносным, да и сцены Лян Линхуэй не были особенно сложными. Хотя она пока не перешла границы, она всё же чувствовала вину перед своим мужем, так что ей, естественно, было неудобно шпионить за ним.

    Затем она услышала, как Хо Си зовёт её.

    Была весна; цветущие груши делали сад белоснежным. Когда ветерок ласково покачивал деревья, лепестки завихрялись в «снегопад», похожие на гусиные перья, покрывая землю мягким серебристо-белым шелковым покрывалом. Хо Си стоял под грушевым деревом, когда белые цветы осыпались на его волосы и форму, словно снег. Из-за этого его лицо казалось более мягким и нежным.

    На пяти экранах режиссёра Чжэна демонстрировалась эта завораживающая сцена.

    Милая и грациозная молодая жена медленно приблизилась к своему мужу, не сводя глаз с лепестков на его плечах. После некоторого размышления она всё же не смогла сдержаться и протянула руку. Только Лян Линхуэй не заметила, что тело Хо Си в этот момент слегка задрожало. Тем не менее, когда их взгляды встретились, он снова вернулся к своей обычной холодности и безразличию.

    — Ты поела?

    Лян Линхуэй долго держалась в страхе, и никак не ожидала, что первые слова Хо Си окажутся такими.

    Некоторое время помолчав, Лян Линхуэй ответила:

    — Я поел. Я случайно встретила Учителя Сюй в «Руж» и перекусила с ней, — подумав, она всё-таки решила дружелюбно задать встречный вопрос, — А Вы?

    Хо Си не ответил ей. Вместо этого он заявил:

    — Завтра я уезжаю в Бэйпин.

    Лян Линхуэй никак на это не отреагировала.

    Звук безразличного голоса Хо Си резонировал в тихом саду. Кроме его ровного, невнятного голоса, безмолвную тишину нарушал только лёгкий ветерок и шелест падающих лепестков:

    — Тебе нужно что-нибудь, чем я мог бы помочь?

    Лян Линхуэй немного помедлила, но затем сказала:

    — Я слышала, что издательство Бэйпин недавно опубликовало новую книгу Учителя Тайюэ, которая ещё не дошла до города Пин. Не могли бы вы привезти мне копию?

    Хо Си опустил голову, глядя на нее; Лян Линхуэй неловко отвела взгляд.

    Спустя долгое время она услышала тихий смех, но когда она снова подняла глаза, лицо её мужа всё ещё было холодным.

    — Только книгу? — спросил Хо Си.

    Лян Линхуэй кивнула:

    — Да, только книгу.

    В его глазах промелькнуло странное выражение, и только спустя долгое время Хо Си, наконец, кивнул:

    — Хорошо.

    Такой вежливый тон невозможно было встретить ни в одной другой супружеской паре, но для Хо Си и Лян Линхуэй это был лучший способ поладить. Лян Линхуэй чувствовала, что Хо Си ведёт себя сегодня довольно… необычно. Она не хотела оставаться под деревом, но Хо Си ещё не позволил ей уйти, поэтому она могла только продолжать неловко топтаться на месте.

    Некоторое время поразмышляв, Лян Линхуэй внезапно воскликнула:

    — Сегодня день памяти Вашего дедушки?!

    Хо Си задрожал всем телом, но ничего не ответил. Лян Линхуэй вздохнула:

    — Я помню, что в детстве дедушка Хо очень любил меня.

    Хо Си пробормотал:

    — Уйди.

    Лян Линхуэй безучастно посмотрела на Хо Си, который теперь мрачно смотрел на неё; всю его нежность как рукой сняло. Она чувствовала, что что-то не так, но не могла понять причину:

    — Хо Си, Вы...

    — Уйди!

    Его суровый тон поразил Лян Линхуэй, поэтому она развернулась и ушла, ни разу не оглянувшись.

    Под светом заходящего солнца красивая молодая женщина сердито ушла прочь. В саду остался её муж, у которого не было с ней настоящих отношений, и земля, усеянная опавшими лепестками. Хо Си наблюдал, как Лян Линхуэй уходит, постепенно успокаивавшись, но затем снова повернулся к дереву и простоял так всю ночь.

    На этом сцена закончилась.

    ***

    Из-за желания добиться идеального света и теней, режиссёр Чжэн попросил сделать несколько дополнительных дублей.

    Жун Сюй, казалось, провёл перед камерой несколько лет: никто не мог сказать, глядя на него, что он ещё не достиг совершеннолетия. С помощью геля для волос  его волосы были зачёсаны за его правое ухо, а слева оставалось всего несколько прядей.

    За все эти годы Хо Си успел поучаствовать во множестве войн. Он был очень уставшим, даже в своем собственном доме он «носил» мрачную холодность, из-за  которой к нему было очень трудно приблизиться, не говоря уже о его беспощадности и тирании.

    Всякий раз, когда Жун Сюй выходил в гриме, многие молодые девушки в команде таращились на него с покрасневшими лицами. Даже некоторые пожилые женщины не могли не сдержаться, жалуясь:

    — Ах! Если бы я только родилась двадцать лет назад…!

    Хотя вечерняя сцена казалась простой, на самом деле она была предзнаменовательной.

     

     

    Глава 20:  «Эмоциональная мелодраматичная сцена» (Часть 2).

    ***

    В тот год под «снегом» из грушевых цветов он встретил девочку. Она сидела на ветке дерева среди гроздьев грушевых лепестков; такая чистая девчушка на белом фоне. Она радостно хихикнула, внезапно спрыгнув с ветки прямо на него, со смехом повалив его на землю:

    — Меня зовут Лян Линхуэй! Моя мама зовет меня Хуэй. А тебя как зовут?

    Он мог только заикаясь представиться в ответ:

    — Меня зовут... Хо Си.

    Много лет спустя девушка уже не могла вспомнить их первую встречу; тогда им было всего по четыре года. Но он постоянно вспоминал эту девочку, свалившуюся на него с неба в тот год. Западные люди говорили о существовании прекрасной символической фигуры, называемой ангелом. Он чувствовал, что она была его ангелом, спустившимся с небес прямо на его голову.

    Он стал играть с этой девчушкой, и узнал, что она была даже смелее его самого.

    Они хранили тысячи секретов друг друга, вместе ловили грязных рыб, и в день, когда умер его самый любимый дедушка, девочка была рядом, держала его за руку и успокаивала:

    — Дедушки больше нет, но у тебя всё ещё есть я.

    Затем, когда ему исполнилось семь лет, его отец бросил его в армию, откуда он вышел только по достижению четырнадцати лет. Он пережил ужасные вещи на поле боя… он убивал...  убивал много людей. Он больше не был тем мальчиком, который лазил вместе с ней по деревьям и ловил грязную рыбу. Когда они встретились снова, ей было уже двенадцать лет, и она стала стройной и грациозной молодой девушкой. Не успел он выразить радость на своём холодном и равнодушном лице, как девушка вдруг застенчиво протянула ему руку и сказала:

    — Привет! Меня зовут Лян Линхуэй.

    Тот человек в его памяти никогда больше не вспомнит его.

    ***

    В этой истории определенно имелась некоторая доля мелодраматичности. В первоначальном сценарии это упоминалось лишь невзначай, без особых подробностей, но с новым сценарием добавилось и несколько новых сцен. Особенно в финале, когда их подпольная партия прорвалась в город Пин, уничтожив трёх других военачальников, пока на материковой части Китая не осталась только одна семья – семья Хо.

    Главнокомандующий Хо получил серьёзные ранения во время войны, и Хо Си стал командовать войском из тридцати тысяч солдат. После этого, при тайной поддержке Бая Миндэ и других подпольных группировок, война длилась ещё месяц. Город Пин был взят, а Хо Си схвачен. Главнокомандующий Хо был в ярости, отчего его психическое состояние только ухудшилось, и даже не дождавшись момента, когда армия войдёт в город, он умер от приступа.

    После захвата Хо Си армия официально вынесла ему приговор. Число людей, убитых Хо Си, было не маленьким; это были не только враги, но и подпольщики, а также люди, которые как-то угрожали семье Хо. Его руки были запятнаны кровью, а его средства были особенно жестокими. Он был приговорён к пожизненному заключению. Однако, сидя в своей камере, прислонившись к грязной стене, он принял яд, который давно приготовил, и покончил жизнь самоубийством.

    Что касается Лян Линхуэй, то Бай Миндэ уже убедил её присоединиться к подпольной организации. В тот день, когда они прорвались в город Пин, она стояла рядом с Баем Миндэ, издалека глядя на Хо Си и молча наблюдая, как её собственного мужа схватили враги.

    Даже жена Маршала была частью подпольной партии; так что было вопросом времени, когда город будет побеждён.

    Жун Сюй, листая новый сценарий и читая эти мелодраматичные моменты, мог лишь беспомощно покачать головой. Ло Чжэньтао с любопытством заглянул в сценарий и рассмеялся, когда увидел, что вызвало у Жун Сюя такую реакцию:

    — Этот сценарий понравится ещё большему количеству людей, ведь в него добавили чуть больше мелодраматичных моментов.

    Юноша приподнял бровь:

    — Ло гэ, значит, Вы тоже считаете, что «…обнял сзади, потеряв голову от алкоголя, и чуть не выдав свои истинные чувства…» это очень мелодраматично?

    Ло Чжэньтао весело рассмеялся:

    — В любом случае, Ваш персонаж очень интересный и продуман до мелочей.

    С этим утверждением нельзя было поспорить. Когда Жун Сюй впервые выбирал из предложенных ему сценариев, его тоже привлекли образы персонажей «Западни», быстро развивающийся сюжет, а также множество противоречий и конфликтов. Именно по этой причине он и выбрал именно этот сериал.

    Будь то сдержанный и дальновидный Бай Миндэ или волевая и умная Лян Линхуэй; будь то жестокий и безжалостный Хо Си или самоотверженный Чжао Фаншэн. У каждого из них был свой собственный образ, а с быстро развивающейся сюжетной линией каждый из них превращался в чрезвычайно яркого и живого человека.

    Было известно, что зрители любят сюжеты, где главный герой любит главную героиню, которая, в свою очередь, влюблена во второго мужского героя.

    Так же с уверенностью можно было заявить, что любой девочке-подростку просто не может не понравиться такой богатый, могущественный, красивый, сильный и молодой маршал.

    «Западня» была шпионско-военным романтическим сериалом, с использованием любовного, шпионского и военного аспектов.

    Хотя он и чувствовал, что ему не очень нравится вся эта добавленная в сценарий «плаксивость», Жун Сюй всё-таки сохранил свой профессионализм и продолжил отлично отыгрывать в своих сценах, в результате чего даже режиссёр Чжэн не мог одобрительно ему не поаплодировать.

    Особенный восторг вызвала у наблюдателей сцена «пьяной исповеди». Он обнял Чжан Тунтун сзади, двигаясь небрежно и вяло. Когда он сексуальным голосом произнёс «девочка Хуэй», у каждой женщины в студии замерло сердце, а сама Чжан Тунтун, как человек, вовлечённый в этот процесс, была сражена наповал, и её ноги стали ватными… А затем им пришлось переснимать.

    Взъерошенные чёрные волосы ниспадали на красивые ясные глаза молодого человека, а расстегнутая белая рубашка обнажала сильную, но не слишком мускулистую грудь. Бедной Чжан Тунтун пришлось переснимать эту сцену девять раз подряд. Ей даже приходилось прикрыть своё безостановочно краснеющее лицо руками.

    Ли Янь стояла рядом со съёмочной площадкой и жаловалась своему менеджеру:

    — Я очень хотела бы быть сейчас на месте Чжан Тунтун! Я так завидую ей...

    Неподалёку в это время Хань Янхао холодно фыркнул и, нехотя посмотрел на Жун Сюя.

    Когда дневные съёмки подошли к концу, съёмочная команда «Западни» отправила готовый трейлер на телевизионную станцию ​. Начиная с десяти часов вечера этого дня, трейлер этого еженедельного сериала должен бы выходить в эфир восемь раз в день, а через четыре дня должна была состояться официальная премьера первой серии.

    Этот первый трейлер демонстрировал любовный треугольник между Баем Миндэ, Лян Линхуэй и Хо Си. Режиссёр Чжан, не колеблясь, договорился добавить в него сцену «пьяного откровения», снятую  сегодня.

    Когда вечером трейлер впервые был показан по телевидению, он в одночасье вызвал крайне оживлённую дискуссию!

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

  • Устремления суперзвезды
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Отсутствуют комментарии