• Улыбка злодея
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Любoй пеpеселенец должен облaдaть стальными неpвами и каменным сердцем. B противном случае, вас будут ждать веревка и мыло. 

    Именно к такому выводу пришел Цинь Kайи, после тяжелой ночи раздумий. Взвешивая все за и против, обдумывая свое положение, он, все-таки, принял суровую реальность. Tеперь, всецело посвятив внимание насущным проблемам.

    Да, он переселился в злодея. Да, теперь ему приходится следовать, написанному им же, сюжету. Oднако роль пушечного мяса его не устраивала. Из-за предупреждений Системы, Цинь Kайи опасался, что не сможет повернуть историю и обыграть ситуацию в свою сторону. Юноша знал: какой бы умной и всевидящей не была Система, у нее должны быть недостатки. И как только он их обнаружит, то обязательно воспользуется. 

    И все же это были долгосрочные планы. Сейчас его куда больше беспокоили проблемы насущные. 

    Цинь Ши, чье место он занял, все еще был ребенком, значит, сюжет еще не вступил в фазу завязки. Однако он не припоминал, чтобы отправлял героев в запретные земли, поэтому немного запутался, и не мог предположить, в какую часть романа его забросило. 

    Юноша ругал сам себя и свою привычку растягивать истории на добрый миллион слов. Конечно же, он не мог вспомнить начало этой масштабной работы. Цинь Кайи нервничал. Hе мог сидеть или лежать. Юноша не знал, приняли ли уже Шень Фэйсяо в секту «Духовной горы». 

    Когда Цинь Кайи окончательно запутался в собственных мыслях, за дверью послышался радостный голос шимей, что непременно отвернется от него в будущем. 

    - Шисюн, тебе лучше? Eсли да, то идем со мной, посмотрим на детей, прошедших первое испытание. Шизун сказал, что в этом году я могу сама выбрать себе ученика! 

    Новости шокировали юношу. Память подсунула нужный фрагмент романа. По сюжету, они с Шень Фэйсяо начали враждовать именно в этой части истории. 

    Пусть секту «Духовной горы» нельзя было назвать лучшей, слабой или непопулярной она не являлась. Основали и защищали оную двое талантливых заклинателей. Сейчас же функцию защиты взяли на себя ведущие, лучшие ученики, которых было не так уж и мало, а именно – 10 000 человек. С теми же, кого не принимали в основной круг, это число вырастало втрое. Для какого-нибудь города или поселения эта цифра небольшая, но в мире заклинателей ситуация была обратна. 

    Являясь старшим учеником одного из основателей секты, Цинь Ши был обязан все это знать. 

    Изначально вражда между Цинь Ши и Шень Фэйсяо зародилась лишь из-за разницы в статусе. 

    Aвтор описал главного героя как человека замкнутого, трудолюбивого, немногословного. И если бы тот решил податься в какую-либо другую сферу, то непременно столкнулся бы с определенными трудностями. Однако для пути совершенствования это были наиболее подходящие качества. 

    Причина этого факта проста. Люди, избравшие подобный путь, должны концентрироваться на развитии ума. Чем человек усидчивее и спокойнее, тем выше вероятность его становления бессмертным. 

    Именно поэтому Лю Лин заинтересовал Шень Фэйсяо. Именно поэтому она хотела взять его под свое крыло, так как с подобным юношей было бы меньше мороки. Однако оригинальный Цинь Ши не подозревал о мыслях девушки и расценивал ее поступки в ином свете, ревнуя. 

    Первоначально Лю Лин принадлежала лишь ему, и никто не решался соперничать с главным учеником основателя. Но появившийся из ниоткуда Шень Фэйсяо начал оспаривать его авторитет. 

    Недопонимание заставляло оригинального Цинь Ши предпринимать попытки не только унизить, но и избавиться от надоедливого мальчишки. Несколько раз тот чуть не лишился жизни. Tем самым, оригинальный злодей похоронил надежду на мирное сосуществование молодых людей. 

    - Они уже поднялись? – как бы невзначай спросил Цинь Кайи. 

    - Они уже пришли! Шисюн, поторопись. Eсли мы опоздаем, то всех талантливых разберут, - Лю Лин вела себя словно капризный ребенок. 

    - Xорошо, - поднявшись с кровати и надев верхние одежды, Цинь Кайи покинул комнату, последовав за взбудораженной происходящим Лю Лин. 

    Ежегодно, в дни набора новых адептов, секта оживала. Будущие адепты, выбранные из царства обычных смертных, собирались у подножья горы, проходя различные испытания. Те, кому не везло – отправлялись домой. Те, кто выдерживал испытания, не могли автоматически попасть в ряды подмастерьев. Людей было слишком много.

    Среди прошедших также велся отбор, на этот раз не требующий от будущих адептов усилий. Человека мог выбрать как заслуженный, бессмертный учитель, так и более незначительный, но уже зачисленный адепт. Первые всерьез занимались образованием своих подопечных. Вторые могли лишь направлять и подсказывать. 

    Шень Фэйсяо нельзя было назвать талантливым, поэтому никто не стремился взять его в ученики. 

    A что если причина не только в этом? Что если кто-то сумел разглядеть в нем задатки будущего героя и просто не смог смириться с тем, что мальчик вырастет лучшим заклинателем? 

    Сюжет было не изменить, поэтому Лю Лин, пробежавшись по толпе легким взглядом, остановила оный на Шень Фэйсяо. 

    - Шисюн, мне приглянулся этот. Как думаешь, он подойдет? – со счастливой улыбкой на устах, девушка протянула изящный пальчик, указывая на Шень Фэйсяо. 

    Цинь Кайи проследил взглядом в указанном направлении и увидел бледного, даже слишком худого юношу. Из-за плачевного состояния, никто бы не решился дать ему больше семи или восьми лет. 

    Сердце Цинь Кайи сжалось. 

    Он не должен был придумывать для мальчика столь печальную историю рождения. Пусть он ничего не чувствовал, когда описывал подобное, но увидев труды своих мыслей воочию, понял, что испытывает вину. Именно он был тем, из-за кого страдал этот мальчишка. 

    И, тем не менее, разве это была его вина? Pазве герой, по закону жанра, не должен изначально пройти огонь, лед и медные трубы? Что он мог поделать, если герой считался героем, только из-за своей изначально плачевной судьбы. 

    - Шисюн, о чем ты задумался? – Лю Лин не понравился рассеянный взгляд Цинь Кайи. – Шисюн, я задала тебе вопрос. 

    - Поступай так, как считаешь нужным, - нерешительно отозвался юноша. Оригинальный злодей не желал, чтобы Лю Лин принимала участие в развитии будущего главного героя, но они все равно оказались вместе. Поэтому сейчас, Цинь Кайи не стремился вставлять палки в колеса. Больше всего, его заботило одобрение подобных действий Системой. 

    Pасценив это как положительный ответ, Лю Лин не стала тянуть кота за хвост. 

    - Эй, ты. Да, я с тобой говорю, подойди. 

    Шень Фэйсяо несколько равнодушно отреагировал на обращение, и послушно подошел к парочке. 

    - Как тебя зовут? Готов ли ты стать моим шиди?

    - Шень Фэйсяо, - вымолвил мальчишка. На худом лице которого красовалась пара черных, пронзительных глаз, способных напугать особо впечатлительных людей. – Ты будешь давать мне еду? 

    - Конечно, каждый день ты будешь есть досыта, - Лю Лин явно не ожидала такого вопроса и была немного сконфужена. – Тебя беспокоит лишь еда? 

    Фэйсяо не ответил. 

    Конечно же, Цинь Кайи знал, почему мальчишка задал такой вопрос. По сюжету его мать была проституткой, а отец государственным чиновником. Для большей драмы, автор использовал очередное клише и умертвил маму мальчика довольно рано, тем самым обрекая оного на жестокое обращение мачехи. Если бы Шень Фэйсяо не задумался о пути самосовершенствования, то, вероятно, не смог бы дожить и до совершеннолетия. 

    - Если ты обещаешь меня кормить, я последую за тобой, - Шень Фэйсяо решил напомнить о себе растерянной Лю Лин. 

    - И как такой человек смог пройти испытания? – бормотания Лю Лин имели раздосадованный, можно сказать, возмущенный оттенок. 

    Осознав, что Лю Лин может отказаться от своего выбора, Цинь Кайи решил взять ситуацию в свои руки.

    - С такими мыслями и переменчивым настроением ты все еще надеешься взять под свое крыло шиди? Я думаю, тебе не нужно задерживать этого мальчика. 

    - Шисюн, зачем ты так говоришь? – настроение девушки изменилось. Еще никогда он не разговаривал с ней в таком тоне. Это оскорбило ничуть не похожую на Шень Фэйсяо Лю Лин. Девушка была единственной дочерью, и родители относились к ней как к сокровищу. Пусть шимей выросла избалованной и упрямой, никто не мог назвать ее мямлей или нерешительной. 

    Как только она поняла, что шисюн в ней сомневается – расстроилась. 

    - Если ты решила его выбрать, то выбирай. Если же нет, то мы уходим, - Цинь Кайи специально говорил с оттенком пренебрежения. - Вместо того, чтобы тратить время впустую, тебе бы не мешало заняться собственным развитием. В последнее время твои успехи ничтожны. 

    - Да, это так…

    Лю Лин знала, что шисюн говорит правду, поэтому не могла ее оспорить. Ее настроение совершенно испортилось. 

    Шень Фэйсяо поспешил добить лежачего. 

    - Xм, а я-то думал, что смогу встретить здесь выдающихся, уникальных людей. 

    - Пойдем, - провокации подействовали на Лю Лин. 

    Цинь Кайи не мог действовать иначе. Когда он увидел Фэйсяо, то силился справиться с накатившей волной жалости. До сих пор он не причислял себя к этому миру, теперь же реальность, представшая перед его взором, заставляла позабыть все оправдания.

    Они привели Шень Фэйсяо к комнатам. Лю Лин более не интересовалась мальчиком, так как успела в нем разочароваться. Однако приняв ответственность, она все же постаралась исполнить роль наставника. 

    - Теперь ты будешь жить здесь. Когда у меня будет время, я буду тебя учить. Когда же я буду занята, тебе придется тренироваться самостоятельно. Вот, прочти эту книгу. 

    - Хорошо, - мальчик протянул руку и принял талмуд. На самом деле его совершенно не беспокоило безразличное, холодное отношение Лю Лин. За свою короткую жизнь он еще не встречал людей, относящихся к нему иначе. Если бы девушка была с ним приветлива, это бы его испугало. 

    Да, это не заботило Фэйсяо, но зато заставило нахмуриться Цинь Кайи. Изначально, согласно сюжету, Шень и Лю Лин должны были поспорить, что пробудило бы в ней интерес к невзрачному мальчишке. Теперь, когда этого не случилось, девушка вообще позабудет о существовании шиди?

    Это еще не считается изменением сюжета?

    Цинь Кайи увидел лазейку в настройках Системы. В его голове пронеслось множество идей и мыслей. Он должен все хорошенько обдумать и понять, что именно изменило историю, и почему Система молчит. 

    Лю Лин не знала, о чем думает Цинь Кайи. Она уже изучила глуповатое выражение лица Шень Фэйсяо, окончательно теряя к нему интерес. 

    - Шисюн, разве несколько дней назад ты не поймал соболя? Покажи мне его. 

    - Соболя? – Цинь Кайи замолчал на пару секунд, от удивления чуть не произнеся вслух: «Разве соболь – это не питомец Фэйсяо?»

    Быстро разобравшись в происходящем, юноша понял, что животное, в будущем, раскрывшее дар Фэйсяо, на данным момент, является его питомцем.

    - Пойдем. - Цинь Кайи нахмурился. 

    Юноша более не смотрел на радостно подпрыгивающую Лю Лин. Покидая комнату, он обернулся для того, чтобы еще раз взглянуть на забитого мальчишку. Переселенец почувствовал новую волну вину. Будто бы он сам лично издевался над Фэйсяо все эти годы. 

    Цинь Кайи не мог не признать, пусть он и переселился в тело злодея, но никак не хотел рассматривать Шень Фэйсяо в качестве врага. Возможно потому, что являлся его создателем и все-таки писал работу с чувством. А, возможно, потому что трагическое окончание жизни оригинального Цинь Ши, было целиком и полностью оправдано. Принцип что посеешь, то и пожнешь, как никогда лучше подходил к ситуации. И если Цинь Кайи не будет беспокоить Шень Фэйсяо, возможно, ему удастся избежать страшного финала. 

  • Улыбка злодея
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Отсутствуют комментарии