• Тысяча Лиц Демонической Наложницы
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Глава 29.2 - Четыре когтя дракона

    -Кто ты такая?
    -Старшая дочь левого премьер-министра, Лу Цинву.
    -Лу Цинву?
    Император повторил это имя, глядя на деликатную, нежную и слабую девушку, которая выглядела как маленький белый кролик. Он нехотя махнул руками:
    -Что ты хочешь сказать? Говори!
    Для Лу Цуфена было полнейшей неожиданностью то, что Лу Цинву осмелилась заявить о себе в это опасное время, и он начал волноваться, что она захочет сказать что-то неуместное, что окончательно уничтожит его.
    Но в сердце он уже знал, что как бы ни ухудшилась ситуация, она не будет хуже, чем обвинение его в измене и мечтах стать императором. Поэтому он продолжал лежать ничком на полу, трясясь от страха за свою жизнь.
    Что он мог еще сделать сейчас, чтобы заставить императора меньше злится?
    Ровный голос Лу Цинву пришел со стороны, как дуновение холодного ветра. Этот голос был успокаивающий, легкий и нежный, и никто не смог его остановить.
    -Император, этой девушке есть, что сказать по поводу происшедшего. Одна моя мысль заключается в том, что, если бы мой отец не был верен императору, он никогда не позволил бы поднести такую вещь в качестве подарка на день рождения. Вместо этого он бы тайно ждал подходящего момента. На этот раз младшая сестра совершила глупую ошибку. Пожалуйста, прикажите разобраться. А еще я хочу сказать о том, что случайно услышала сегодня: мой отец, зная, обеспокоенность императора малочисленностью и нуждами армии, расположенной вблизи границы, чтобы облегчить бремя ваших забот, планирует пожертвовать 100 000 золотых слитков, в качестве подарка ко дню рождения императора, для укрепления военных сил. После сказанного сейчас, вам не кажется, что мой отец не мог иметь предательские намерения? Государь, пожалуйста, подумайте об этом три раза и дайте моему отцу и младшей сестре шанс заслужить ваши прощение и благосклонность.
    После того, как она закончила говорить, все в этом зале снова впали в гробовое молчание.
    Сто тысяч золотых слитков, это ... разве это не один миллион серебряных слитков? Сумма была фантастической. Левый премьер-министр сошел с ума? Столько денег!
    Но все понимали, что Старшая дочь семьи Лу сказала так, чтобы спасти жизни ее отца и Младшей сестры.
    В конце концов, если император укрепится в своих подозрениях, это, безусловно, станет катастрофой для его поданного. Пришло время ради спасения своей жизни совершить акт лояльности, отдав свое состояние. Сто тысяч золотых слитков были настоящим богатством.
    Император поджал губы и пристально посмотрел на Лу Цинву. Она стояла с совершенно невинным видом, как будто речь шла о танцах или живописи, впрочем, проявляя положенную почтительность. Он отвел взгляд от этих людей из семьи Лу, но по-прежнему не произнес ни слова.
    Несмотря на гнев, слова Лу Цинву заставили его задуматься. Ему приходилось принимать решения взвешенно, думая еще и о потребностях своей великой империи. Тут не следует действовать сгоряча.
    Но если он согласится и даст возможность выпутаться из неприятностей Лу Цуфену, не рискует ли он уронить себя в глазах поданных, которые слышали его обвинения?
    И все же сотня тысяч золотых слитков – хорошая плата за глупость! От такой поддержки сейчас будет трудно отказаться. Из пограничных районов приходили тревожные донесения с просьбами о доставке армейских пайков, и он был обеспокоен в течение нескольких дней подряд.
    Если в это время в казне появятся сто тысяч золотых слитков, можно сказать из ниоткуда, то много задач удастся решить.
    Увидев, что перед императором возникла дилемма, императрица быстро пришла на помощь, желая хорошо разрешить создавшуюся ситуацию:
    -Государь, с точки зрения императрицы, сегодня, в день рождения Великого императора, не следует проливать кровь поданных из-за одной глупой оплошности. Государь, ваши поданные считают вас добродетельным и справедливым правителем, и, помня о прежних заслугах левого премьер-министра и его преданности, может быть, следует простить его, так как в этот раз даже не он сам, а его неразумная дочь совершила ошибку. Левый премьер-министр виноват лишь в плохом воспитании. Разве других родителей нельзя не упрекнуть в том, что они излишне балуют своих детей и потакают им, забывая вбивать в их головы азы знаний и законы, существующие в этом мире?
    Эти светлые слова убедили императора, что здесь и не пахло заговором, а произошло недоразумение из-за родительского недосмотра, и у него появилась возможность, не теряя достоинства и с выгодой для себя, разрешить эту ситуацию. Но внешне он продолжал демонстрировать свою злость.
    Он угрожающе сдвинул глаза на Лу Ляньсинь, которую до сих пор било мелкой дрожью, и властным и суровым голосом произнес:
    -Прислушавшись к императрице, я решил проявить снисхождение. Премьер-министр Лу всегда был готов пожертвовать всем ради страны, и император дает ему шанс исправить ошибку и доказать свою преданность. Решив откусить больше, чем могла прожевать, его младшая дочь навлекла неприятности не только на себя, но и на всю семью! Той, кто не умеет шить, думая головой о том, что она делает, не следует вообще брать в руки иголку! Кроме того, этот император никогда не хочет больше видеть ее!
    *
    Примечание
    Император говорит, что он никогда не хочет видеть Лу Ляньсинь, и это значит, что она не сможет ступить в брак с лицами из императорской семьи, но, конечно, она может подождать, когда император умрет и все равно «заползти на кровать» Сяхоу Цинского Китая.

  • Тысяча Лиц Демонической Наложницы
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Отсутствуют комментарии