• Сияние фонаря среди цветов персика
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Дух лиcы дpoжал с такой силой, что мог в любой момeнт проститься с внутренним ядром(1). Сам Сяо Ху не чувствовал подобной опасности. Eго разум опустел. Oн даже не чувствовал прикосновения руки демонического лорда к собственной макушке.

    - Достаточно, - прервал представление Чу Хэ. Его, наполненный особой силой, голос, казалось, разогнал тьму. Дрожь лисьего духа начала сходить на нет. A прохладный, наполнивший легкие, воздух пробудил угасающий разум.

    - Tы можешь уйти. Оберегай второго молодого мастера, - вновь заговорил Чу Хэ, заставив руку лорда зависнуть в воздухе.

    Hе осмеливаясь поднять головы, Сяо Ху поспешил покинуть комнату. Его движения стали неловкими, так что на выходе он врезался в дверь. Но совершенно не почувствовав боли, пошатываясь, скрылся с горизонта.

    - Твои связи становятся неразборчивыми. Ты совсем непривередлив, - появившийся из мрака мужчина выразил некоторое недовольство.

    Застегивая пуговицы белоснежной рубашки, Чу Хэ добродушно рассмеялся. Его по обыкновению бледное, безэмоциональное лицо вмиг преобразилось. От очаровательной улыбки молодого мастера вряд ли кто мог отвести взгляд.

    - Мне даже ты подходишь, - переливы смеха все еще не стихли. – Так что да, я не привередлив.

    Демонический лорд двинулся в сторону Чу Хе. Подол его золотого халата причудливо зашуршал. С первого взгляда его было сложно отличить от человека. Демон не имел шести рук или трех глаз, которые ему любили приписывать в легендах. Обычно скрывая темную энергию, сочащуюся из тела, он мог спокойно разгуливать среди людей, поражая оных своей привлекательной внешностью.

    - Есть лишь одна вещь, не дающая мне покоя, - в голосе демонического лорда звучала не то ирония, не то неподдельный интерес. – Ты до сих пор вспоминаешь того девятихвостого лиса, потому что он был настолько болтлив или потому что веришь в их роман с Чжоу Хуэйем?

    - Фаньло, как ты думаешь, - вторил его тону Чу Хэ. – Чжоу Хуэй заставил шесть отрядов окружить адское царство, потому что ты был слишком болтлив или подозревал о нашем с тобой романе?

    - Не могу быть уверен, - мужчина на пару мгновений задумался, а после на его лице расцвела хитрая улыбка. – Возможно, и то и другое. Но если бы моя жена сбежала к врагу, мне было бы сложно сдержать гнев.

    Чу Хэ поднялся с кресла и взяв, принесенную лисом воду, вылил ее в раковину, смежной с кабинетом ванной комнаты.

    - Нас связывало не то, о чем ты подумал.

    Осанка молодого мастера была прямой, а шаги уверенными. Демонический лорд в который раз залюбовался изящной фигурой Чу Хэ. Подперев дверной косяк плечом, мужчина скрестил на груди руки. Выражение его лица скрывали мерцающие тени.

    - Kстати, скажи своим подчиненным не разгуливать по главной резиденции, - парень будто не замечал хищного взгляда за своей спиной. – Прошлой ночью они бродили возле спальни Чжан Шуня. До этого их видела тетушка. Мне пришлось провести у ее постели в среднем семь или восемь часов, дабы удержать душу.

    Не успел Чу Хэ обернуться, как обнаружил Фаньло за своей спиной. Демон обхватил пальцами непрекрытую шею собеседника.

    - Продолжай.

    - Из-за этого мне сегодня пришлось оклеветать Чжан Шуня. Скажи своим слугам, чтобы не доставляли ему проблем. У меня только один младший брат.

    Губы Фаньло обожгли шею Чу Хэ. Его смех звучал приглушенно.

    - Я помню, как впервые тебя увидел.

    - Тогда ты должен помнить о том, что я тогда сказал.

    - Я помню, - демон говорил нарочито медленно, будто ситуация его забавляла. – Просто размышляю. Скажи, если бы Чжоу Хуэй разузнал о твоей нынешней ситуации, что бы он предпринял? Попытался бы убить демона или будду?

    На лице Чу Хэ появилось странное выражение. Не успел он подобрать ответа, как в дверь кабинета постучались.

    - Брат, ты здесь?

    Ему снова не дали ответить. Фаньло впился в чужую шею зубами. Кровь тонкими струйками полилась по спине и ключицам. Чу Хэ схватился за край раковины. С его губ сорвалась усмешка.

    - Брат? – не унимался Чжан Шунь.

    Клыки Фаньло вошли в артерию. Белоснежная рубашка быстро пропиталась влагой, окрашиваясь в красный. Чу Хэ хватал ртом воздух. Запрокинув голову, он силился что-то ответить, но слова не хотели покидать горла.

    - Ответь ему, - приказал демон, вылизывая свежую рану.

    - Да, я здесь, что ты хотел? – парню пришлось повысить тон голоса.

    - Что-то случилось? Сяо Ху ушел первым. Сказал, что случайно тебя побеспокоил и просил за него извиниться, - в голосе Чжан Шуня проскальзывали нотки озадаченности. – Что ты там делаешь?

    - Я тебя понял.

    - Брат, что-то случилось? Открой дверь!

    Смех развлекающегося Фаньло достигал уха лишь одного человека. Терпение Чу Хэ подходило к концу. Обернувшись, он закричал громче.

    - Я сказал, что понял!

    - У тебя точно все в порядке? Открой, пожалуйста, дверь.

    - Убирайся! Иди спать!

    Ошеломленный Чжан Шунь отступил от двери. Недоумевающе изучая взглядом дверь, он озвучил первые, пришедшие в голову мысли.

    - С чего это он так быстро разозлился? Обезумел?

    Пусть бормотание едва достигало носа говорившего, но шепот не ускользнул от слуха застрявших в ванной. Повелитель демонов от души рассмеялся, практически наваливаясь на спину Чу Хэ. Эмоции были настолько яркими, что мужчина начал хлопать в ладоши, аплодируя человеческой непосредственности.

    - Твой брат очень интересный человек. Неважно нравится ли он Чжоу Хуэю, главное, что я в восторге, - слова прервались новой порцией смеха.

    Чу Хэ поправил перепачканный кровью ворот рубашки. Рана на шее уже затянулась, оставляя на своем месте лишь покраснение, напоминающее засос. Яркие, алые прожилки напоминали множество маленьких паучков.

    Он был истощен процессом раскрытия внутреннего ядра перед этим мужчиной. Тот, не стесняясь, почерпнул необходимые ему силы. Прошло немало времени, прежде чем Чу Хэ смог поднять и положить ладонь на руку прижимающего его к себе мужчины.

    - Отпусти, - его пальцы не уступали льду.

    Фаньло проигнорировал просьбу, продолжая возвышаться над молодым мастером. Чу Хэ повернул голову. Их взгляды встретились. Мужчины на некоторое время замерли.

    - Я все еще скучаю по твоему истинному облику, - искренне шептал демон.

    - Отпусти, - отводя взгляд, повторил парень.

    Ему больше негде прятаться. Практически любой, что на небе, что в аду не подаст ему руки. Падших редко принимают в команду. Силы Чу Хэ были истощены. Он более не мог вернуть себе истинной формы. Однако знающие глаза различат едва уловимые детали: уверенную природу его сердца и души.

    Повелитель демонов еще какое-то время не двигался. Наконец-то его руки пришли в движение, выпуская тонкую талию парня.

    - Хорошо, - демон одарил его приятной улыбкой. – Как пожелаешь.

    ***

    Поднявшись в спальню, Чжан Шунь все еще с содроганием представлял разгневанное лицо брата. Его воображение даже нарисовало, как тот швыряет вещи.

    В его глазах Чу Хэ был дисциплинированным и до апатии спокойным. Никогда не проявлял удивления или волнения. Он никогда не видел его радости или ярости. Не видел его перепадов настроения.

    Если ему не изменяет память, Чу Хэ никогда не связывался с противоположным полом и всегда отказывался от близости со своим. Брат походил на кубик льда, упакованный в черный костюм. Такому не страшна и летняя жара.

    Родись Чу Хэ в древние времена, то вполне мог сойти за аскета. В средневековье за пуританина. Однажды Чжан Шунь заподозрил неладное. Предположил, что родственник серьезно болен. Но его опасения развеялись после совместной поездки на горячие источники. Воспользовавшись моментом он, как следует изучил тело брата, не найдя у того отклонений.

    Второму господину было сложно в этом признаваться, но он боялся собственного брата. Также он знал, что и ныне покойный отец побаивался пасынка с другой фамилией.

    Чу Хэ стал частью их семьи после второго брака отца. По крайней мере, ему так сказали, потому что номинальной мачехи он не видел даже на фотографиях.

    Когда ему было пять или шесть, отец отправил Шуня к родне за границей. Когда он вернулся, то узнал, что так называемая мачеха успела погибнуть в результате несчастного случая.

    Овдовев во второй раз, старый председатель Чжан более не помышлял о браке. Он оставил при себе Чу Хэ, вызвавшись воспитывать мальчика как родного.

    Через какое-то время юный Чжан Шунь поддался дурному влиянию окружающих, всерьез опасаясь за свой статус первого наследника и любимого сына. Детям невдомёк, что такое право наследования и как оно может повлиять на будущее, но инстинкты подсказывали мальчику ревностно защищать родные территории. Как бы там ни было, а какое-то время, Чжан Шунь устраивал брату множество неловких, изредка опасных ситуаций.

    Узнав о некоторых из них, отец пришел в ярость и сменил весь штат личных слуг. Также он донимал сына нотациями.

    «Чу Хэ твой брат! Хочешь ты того или нет, я уже назвал его твоим братом, значит, вам придется жить как кровным родственникам!»

    Чжан Шунь тогда только вступил в фазу бунтарства и не стеснялся в выражениях чувств.

    «Эта дешевка не может быть моим братом! Он не мой брат! Если он так тебе дорог сделай его своим братом!»

    Придерживающийся строгой дисциплины председатель, избил сына до потери сознания. Тот пролежал в постели около полугода, но это далеко не все. С тех пор отец каждый раз напоминал Чжан Шуню о том моменте, делая маленького Чу Хэ все более непривлекательным в глазах младшего брата. Хотя урок надолго отложился в памяти юноши, более он никогда не пытался устраивать ловушки и неудобные для Чу Хэ моменты.

    За спиной их неполного семейства бродило множество слухов, например, о том, что председатель любит пасынка больше собственного сына. И только Чжан Шунь знал, что это не так.

    Его память запечатлела один странный момент. В ночь после сильного избиения он проснулся от сдавливающей виски боли и дикой жажды. Во мраке ночи до его слуха донесся шепот разговора родственников. Не подав вида пробуждения, мальчик лишь слегка приоткрыл глаза, различая силуэты отца и брата.

    Будучи подростком, Чу Хэ вальяжно сидел в кресле, а отец стоял перед ним с виновато опущенной головой. Выражение его лица говорило о скорбном смирении.

    Чжан Шунь не подозревал о том, что отец может перед кем-то склониться.

    - А-Шунь еще очень молод, вред от его поступков нельзя назвать значительным. Если ты будешь его избивать, это выставит меня в дурном свете.

    - Да-да, я понял. Обещаю, в следующий раз…

    - Следующего раза не будет!

    В спальне воцарилась тишина. Чжан Шунь боялся себя выдать, поэтому немедля закрыл глаза, концентрируясь на ровности собственного дыхания.

    Чу Хэ поднялся с кресла и направился к двери.

    - Думаешь, можно бить рожденного с костью Будды?

    Оставшийся за его спиной председатель обливался холодным потом. В тот момент промокло даже его нижнее белье.

    Подросток кивком указал на притворяющегося спящим Чжан Шуня.

    - Он хочет пить, дай ему немного воды.

     

    Подобные воспоминания детства были настолько ярки, что казались фальшивкой. Даже сейчас, много лет спустя, он не может с уверенностью сказать, было ли это на самом деле. Быть может, тот разговор был галлюцинацией спровоцированной высокой температурой.

    Но кое-что все-таки изменилось. Отец более не смел к нему прикасаться, а Чу Хэ оставался подчеркнуто вежливым по отношению к старшему в присутствии брата. Однако Чжан Шуня преследовало смутное ощущение напряженности. Будто отец на самом деле боялся своего пасынка.

    Однако эту тревогу нельзя было описать словами или подтвердить на деле. Даже беседуя с собой в ванной, Чжан Шунь находил это крайне нелепым. Однако ощущение укоренилось в его сердце и не подвергалось сомнениям спустя многое количество лет.

     

    Из-за неожиданного ухода Сяо Ху парню пришлось коротать ночь в одиночестве. Возможно, это спровоцировало череду необычных снов. Один из них был о его ранней юности. О том, когда он только познакомился и крайне недолюбливал Чу Хэ.

    Под ложным предлогом он заманил и запер старшего брата на складе. Выключил электричество и оставил там на всю ночь. А сам вернулся к себе и беззаботно уснул. Слуги отыскали запертого лишь на следующее утро.

    Однако во сне, он будто бы покинул собственное тело и вернулся на склад, молча наблюдая за своим братом из темноты.

    Чжан Шунь застал его сидящим в позе лотоса, окруженного мягким свечением оттенка светлого нефрита. Лицо Чу Хэ выглядело расслабленно и даже безмятежно. Пространство вокруг него заполнили полупрозрачные фигуры с размытыми очертаниями. По их позам было понятно – призраки стояли на коленях. Восхваляя Чу Хэ, они с плачем поднимались в глубокое, бескрайнее ночное небо.

    Чжан Шунь застыл в оцепенении. Когда фигур перед Чу Хэ не осталось, он раскрыл глаза и посмотрел прямо на младшего брата.

    - Спишь?

    Чжан Шунь не знал, как на это можно ответить и просто кивнул.

    - По вине семьи Чжан когда-то погибло немало людей, - шепот мальчика был едва различим. – Ты запер меня здесь, так что у меня появилось время освободить эти души от страданий.

    Зрачки Чжан Шуня расширились, когда Чу Хэ коснулся его лба и приказал мирно спать.

    Следующий сон оказался менее фантастичным.

    Вот он в отделанной белым пластиком больничной палате. А перед ним на кровати изможденный до неузнаваемости отец. Его тело будто деформировалось и даже дыхание давалось с трудом.

    - А-Шунь, - схватил он за руку единственного сына. – Я уже переписал имущество семьи на твоего брата. Теперь он будет о тебе заботиться. Не нужно считать его своим настоящим родственником.

    Каждое слово сопровождалось тяжелым придыханием, будто в горло мужчине насыпали влажного песка. Глаза мужчины становились все более тусклыми. Жизнь медленно покидала это, изъеденное временем, тело.

    - Ты должен его слушаться. Беспрекословно подчиняться и тогда все будет хорошо. Пусть остаток твоей жизни будет безопасным и спокойным…

    Рука отца ослабла и упала на кровать. Глаза закрылись.

    Плечи Чжан Шуня начали подрагивать. Он хотел разрыдаться, но упрямые слезы так и не показались свету. Горло будто сдавило горячими тисками.

    - Не бойся, - Чу Хэ мягко коснулся отцовского плеча. Когда он успел появиться за его спиной? – Его ждет перерождение.

    - Как? Откуда ты знаешь? - задыхаясь от горя, пробормотал Чжан Шунь.

    - Просто знаю, - тихо вздохнул Чу Хэ.

    Уголки глаз парня налились кровью, а в горле образовался ком. Он направился прочь из палаты, но почувствовав острую височную боль, обернулся, дабы в последний раз взглянуть на отца. То, что предстало его взору, сковало душу леденящим ужасом.

    Глаза покойника вновь раскрылись, а склера уже переполнилась кровью. Тонкие струйки не спеша расчерчивали морщинистое лицо.

    Еще секунда и мужчина вновь заговорил.

    - Чжан Шунь это ты? Иди к папе. Пожалуйста, иди сюда… Ну же, сынок…

     

    - Папа!

    Чжан Шунь подскочил на кровати. Ему приснился кошмар. В спальне было темно и тихо. Часы отсчитали второй час ночи.

    В попытке успокоить сердцебиение, парень глубоко вздохнул. Заставляя себя игнорировать вспыхнувшую в памяти боль от утраты отца, он потянулся к графину на прикроватной тумбочке. Парня мучила жажда.

    Но стоило его взгляду переместиться, как рука застыла в воздухе.

    В лучах серебристого лунного света перед его кроватью стояло нечто. Это нельзя было назвать человеком, хотя их фигуры были схожи в некоторых моментах. Высокое, пепельно-серое, с лицом, скрытым длинными волосами. Две напоминающее мертвые ветки руки висели вдоль тела. Отросшие в несколько дюймов ногти свернулись в острые штопоры. С них капало что-то темное.

    Будто пораженный током, парень не мог толком пошевелиться.

    - Кто… Кто ты?!

    Существо подняло голову. Из его полностью разложившейся челюсти выпал длинный гнилой язык.

    В особняке раздался леденящий душу крик.

    Чу Хэ подпрыгнул на кровати. Быстро распознав источник шума, он выбежал из спальни и, схватившись за перила, спрыгнул вниз.

    Дворецкий, также услышавший шум, лишь успел натянуть пиджак и вышел в коридор. Его взору предстала фигура быстро спускающегося старшего господина. Последний, приземлившись с глухим звуком, незамедлительно раскрыл дверь спальни младшего брата.

    Схватившийся за голову Чжан Шунь продолжал истошно кричать.

    - Почему ты кричишь посреди ночи? – Чу Хэ щелкнул выключателем и комнату залило светом.

    - Брат! Там призрак! Брат! Дух! Здесь был дух!

    Видение растаяло словно снеговик в жаркий полдень.

    Взорам, наконец-то добежавшим до спальни слуг, предстала все та же аккуратная спальня. Из утонченного интерьера выбивался лишь кричащий второй молодой господин. Он обхватил талию старшего брата, хватаясь за того словно за последнюю соломинку. На последнем не было даже тапок.

    Старый дворецкий облегченно выдохнул. Братья не были связаны кровью, и Чу Хэ всегда холодно и без интереса относился к посторонним людям. Другим он был разве что для младшего брата.

    Настроение старшего молодого мастера не располагало к игре в крепкие братские чувства. Он кивнул дворецкому, дабы тот увел любопытных слуг, а когда они остались один, взял стакан воды и влил влагу в глотку, наконец-то, замолчавшего брата.

    - Теперь спи.

    - Это был призрак! – заикался парень. Он изо всех сил цеплялся за руку старшего брата. – Призраки действительно существуют!

    - Это был всего лишь страшный сон. Ложись обратно.

    - Я не вру! Мне не привиделось! У него были очень длинные ногти… А еще язык…

    Терпение старшего господина подходило к концу. Он собирался вытянуть руку из захвата парня и простой уйти, но тот, паникуя, никак не позволял этого сделать. Во время этой незапланированной игры в перетягивание, глаза Чжан Шуня вновь расширились от ужаса.

    В углу его спальни стало сгущаться темное облако, из которого появился высокий человек в темном халате. Часть лица неизвестного покрывали кровавые узоры. Монстр смотрел прямо на Чжан Шуня, чем неимоверно его напугал.

    Чу Хэ даже услышал, как стучат его зубы.

    - Брат… Почему там… Кто этот человек?!

    Парень обернулся, тут же встречаясь взглядом с демоническим лордом. Выражение его лица на несколько секунд изменилось.

    - Там никого нет.

    Осипший от ужаса Чжан Шунь более не мог издать полноценного крика. Его лицо побледнело. Казалось, он мог лишиться чувств в любую секунду, но до сих пор демонстрировал недюжинную ментальную стойкость.

    - Но он там! Я его вижу!

    - Там никого нет, - повторял Чу Хэ словно мантру.

    Демонический лорд, наконец-то, отвел взгляд. Его губы изогнулись в своего рода злой усмешке. Громоздкая фигура растворилась в воздухе так же неожиданно, как и появилась.

    Чу Хэ повернулся к брату и приложил несколько пальцев ко лбу оного.

    - А теперь спи, к утру ты обо всем забудешь.

    Казалось, кончики его пальцев разносили по чужому организму тепло. Напряжение в теле ту же сошло на нет. Весь страх куда-то испарился. Это было просто невероятно!

    На своей памяти Чжан Шунь впервые находил близость брата настолько приятной. Не удержавшись, он принялся разглядывать его лицо, находя то необычайно очаровательным.

    - Мне все еще страшно. Могу я сегодня поспать с тобой? - В этот момент он вел себя как настоящий младший братишка, не выпуская Чу Хэ из захвата.

    Старший изменился в лице.

    - Брат, пожалуйста! – второй молодой господин чуть ли не плакал. – Или я сейчас же поеду в гостиницу. А что если та штука будет меня преследовать?!

    - Ты можешь подняться ко мне, - с тяжелым вздохом согласился Чу Хэ.

    Чжан Шунь более не собирался оставаться в этой спальне. Получив разрешение, он как можно скорее завернул подушку в одеяло и пошел за братом наверх.

    К его удивлению, чужая спальня оказалась не такой, какой он ее представлял. Убранство помещения не обладало предметами нескромной роскоши. Ее стиль отличался эдакой элегантной сдержанностью, если бы не одно «но».

    Все вещи Чу Хэ находились в страшном беспорядке, будто в комнате побывал персональный ураган. Несколько подушек скинуты на пол, одеяло лежало поперек матраца. Его кончики подметали полы. Костюмы, рубашки, все валялось на полу, причудливой вереницей доходя до ванной.

    В других обстоятельствах Чжан Шунь непременно бы его высмеял и сделал несколько резких замечаний. Но сейчас, ему не хотелось злить родственника. С его губ не сорвалось и звука.

    Поправив необходимые дня сна элементы, он успел забраться на кровать, со щенячьей преданностью умоляя брата.

    - Мы можем оставить свет включенным?

    Чу Хэ снова вздохнул и оставил ночник включенным. Мягкое, желтоватое освещение заполнило комнату. Старший молодой господин лег рядом с братом.

    - Брат, - Чжан Шунь решил поделиться с ним своими мыслями, поэтому повернул голову, - завтра я приведу в особняк мастера(2), пусть посмотрит…

    Чу Хэ уже закрыл глаза.

    Взгляд второго молодого господина замер на шее неродного брата. Даже в этом освещении он мог разглядеть яркий, практически кровавый засос.

    Всегда такой ко всему равнодушный и молчаливый, безразличный и труднодоступный брат теперь обзавелся засосом?! Пятно выглядывало из-под воротника пижамы. С доступного Чжан Шуню ракурса шея брата выглядела довольно изящной и привлекательной.

    «Это не может быть правдой», - парень отвернулся. Его душа наполнилась некоторыми противоречивыми чувствами. Неверие! Шок! Ревность?!

    Перед окончательным погружением в сон он позволил себе некоторые размышления.

    «Это у кого, блядь, кишка не тонка?! Если я узнаю…»

    «Этот кто-то ходит под руку со смертью! Но кто бы это мог быть?»

    1) Сформированный благодаря духовным практикам центр силы живых существ.

    2) Обращение к ортодоксальным даосским священникам или буддистским монахам.

  • Сияние фонаря среди цветов персика
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Отсутствуют комментарии