• Потусторонний Злой Монарх/Злой Монарх
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Цзюнь Мосе задрожал от страха, увидев этот свалившийся из ниоткуда свиток. Особый ужас, конечно, вызвали первые пять иероглифов, написанные на бумаге!

    Глядя на этот свиток или даже на почерк письма, можно было с уверенностью сказать, что эта вещь является чистейшим антиквариатом! Более того, Первый Шао из подземного мира? Кажется, этому персонажу не менее ста тысяч лет! Это ведь он — основоположник всего материка Суань! Легендарнейшая личность!

    Как такой человек мог знать о его существовании? Что у них может быть общего? Да ещё и имя прошлой жизни указал! Всё это как-то уж слишком невероятно!

    Неужели есть люди, обладающие сверхъестественными силами и способные видеть будущее? Продолжение текста на старом свитке продолжало медленно появляться перед глазами Мосе, строка за строкой.

    Почерк выдаёт открытость характера владельца. Можно сказать, что его обладатель высокомерен, заносчив и очень самовлюблён!

    Просто взглянув на иероглифы, можно было столько рассказать о Первом Шао из подземного мира — этот человек — просто безумный и своевольный тиран!

    Каждое слово, будто обнаженный меч!

    Отрёкшийся от мирской суеты, этот человек полагался на своем пути лишь на свои силы! Цзюнь Мосе целиком и полностью был поглощен этим свитком!

    «Ну как? Страшно? Хе-хе-хе заморыш, только не падай духом. За тысячи лет молодой господин ещё не видел никого, кто бы не испугался! И ты — не исключение!» — эти слова были настолько надменны и саркастичны, что казалось, будто сам Первый Шао стоит перед ним и презрительно наблюдает. Как небесные боги смотрят на простых смертных.

    — Да блядь! Как эти каракули могут кого-то напугать? Ты просчитался, поставив меня на один уровень с обычными людьми! Кем вообще себя возомнил? Думаешь, если направить на тебя солнечный свет, ты начнешь источать лучи добродетели? — Цзюнь Мосе не мог сдержать свой гнев и ругался на пустоту, словно там действительно кто-то был.

    Даже прекрасно зная, что перед ним никого нет, Цзюнь Мосе ощущал необъяснимую решимость и волю к борьбе! Какая-то неразборчивая мазня содержит в себе столько пренебрежения! Всё это вызвало сильное недовольство у Мосе. Кроме того, он действительно был напуган. Здесь Шао не ошибся.

    «Какой дерзкий! В самом деле, осмелился так со мной разговаривать?! Ох, как же жаль, что меня нет на этом свете, а то я бы тотчас надрал тебе жопу. Нагишом подвесил бы тебя перед всеми твоими близкими, а затем хорошенько бы отшлёпал! Смеешь мне дерзить? Да ты, мелюзга, не промах! Я ещё не встречал таких упрямых за все эти годы, но ты припозднился на сотню тысяч лет! Хотя, может, тебе даже в этом и повезло!»

    Похоже, что Первый Шао просчитал все поступки и слова Цзюня Мосе заранее и оставил всё на бумаге, и он ни капли не ошибся.

    — Да как ты смеешь, мать твою! Если бы я поймал такого сукиного сына, мигом содрал бы с тебя штаны и отправил прямиком по дорогам Тяньсяна! — бешено заревел Цзюнь Мосе.

    «Почему слова этого Первого Шао наполнены каким-то привкусом хулиганства? Не слишком ли это пошло? Похоже, что у нас много общего в методах достижения наших целей!», — на душе у Мосе возникли некоторые сомнения.

    Такая манера речи больше напоминала уличную шпану. И где же образцовый мастер и легендарная личность всех времен? Из этих нескольких фраз Цзюнь Мосе мог слабо обрисовать такую картину: в одной руке Первого Шао находятся палочки для еды, а вторая рука придерживает пальцы ноги, время от времени прикладывая их к своим ноздрям. Вот именно такой у него поганый видок.

    Всё это сильно отличалось от того образа, который Мосе себе представлял! Да и вообще разве легендарный Первый Шао из подземного мира может быть таким?!

    «Разве манера моей речи не кажется тебе странной? Милый Цзюнь Се, тебе никогда не понять меня! „О, этот чувак ведь такой талантливый, наверняка написал какую-нибудь заумную хрень“ — именно так ты и подумал бы, а потом выбросил бы этот свёрток в печь. И у тебя не возникло бы интереса перечитать его снова! Поэтому для тебя мне пришлось поломать голову! А ты, даже не поблагодарив, начал обзывать меня пошляком!»

    Цзюнь Мосе аж вспотел, Первый Шао нисколько не ошибся в нём! Если бы он и, правда, написал что-нибудь заумное, пусть даже очень красноречиво, наверняка, свиток бы точно уже горел в каком-нибудь костре. Надо отметить, что такой стиль письма живее и свободнее! Хочет ругаться — ругается, да вообще поступает так, как ему вздумается! Даже не нужно оправдываться, почему не хочешь читать всё это литературное дерьмо, ведь сам автор просто не захотел его писать!

    «Самая ненавистная вещь в жизни — это когда шайка лицемеров хочет поговорить с тобой о философии и несёт при этом всякую ересь. Хочется просто взять и уничтожить все книги в этом мире! Пошло оно всё к чёрту! Может эти праведники и сыплют речами о нравственности и морали, однако с наступлением темноты эти сволочи не знают, в какой публичной дом им податься на этот раз. Помните, встретив такого человека, обязательно разрубите его напополам! Такие лицемеры намного хуже уличных воришек, может они как люди и дрянь полная, но, по крайней мере, у них это отчётливо на лице написано!»

    Цзюнь Мосе, увидев происходящее, не мог сдержать своё восхищение — ведь темперамент и характер хозяина свитка так схож с его собственным! Можно понять друг друга и без слов! Тьфу, какой же он противный, должно быть, будет интересно! Нельзя, конечно, говорить о том, что мы вдруг станем братьями или друзьями!

    «Ну, ты что-то далеко зашёл, дай-ка молодой господин тебе всё объяснит».

    Цзюнь Мосе нахмурился, он вдруг приметил новое излюбленное словечко Первого Шао из подземного мира — молодой господин! Этот человек не использовал по отношению к своей персоне просто слово «Я» или что-то другое. Всегда одно да потому: молодой господин!

    — Сукин сын, да, тебе, по крайней мере, десятки тысяч лет, ты самый настоящий старый сумасброд! Однако не стесняешься называть себя молодым господином. Не думаешь, что это уже слишком? — Мосе продолжал негодовать и возмущаться, а его взгляд был устремлен вниз. — Если не прекратишь так себя вести, то я заберу этот загадочный свиток!

    Слова свитка напугали Мосе! Его способности действительно находятся на совершенно ином уровне!

    «Молодой господин бессмертен, будь мне даже сотни тысяч лет, я всё равно буду выглядеть на восемнадцать, так что выкуси! Так почему я не могу называть себя молодым господином? Хочешь, чтобы я величал себя стариком? Можешь вообще представить себе, чтобы молодой парень с кукольным личиком вдруг обращался к себе как к старику? Какое же это оставит впечатление, а?»

    Цзюнь Мосе вдруг весь вспотел.

    Это ж как вообще? Слова Первого Шао из подземного мира заставили его застыть на месте и пожалеть о сказанном ранее! Хотя он только и говорит, что всё объяснит, однако даже ни одного иероглифа ещё не растолковал, несёт какую-то чепуху! Нормально вообще, нет?

    — Кроме того, даже если я сейчас продолжу так грубо разговаривать, у тебя нет возможности заставить этот свиток исчезнуть! Ты думаешь, что мы сейчас находимся в твоём временном отрезке?

    «Ой, да ладно, все мы знаем, что я тебя не прекращаю пугать своими выходками! Но у молодого господина редко выпадает такой шанс поиздеваться над молодым поколением, особенно после 100 000 лет „перерыва“! Так что дразнить тебя — одно сплошное удовольствие, а тебе следует уважать и почитать старших! Мосе, малыш, просто наберись терпения и продолжай читать».

    Увидев это, Мосе чуть не упал в обморок: — Как же неловко! Если я должен относиться с уважением к детскому личику подросткового возраста, тогда…

    «Не думай ни о чём, я прекрасно знаю, о чём ты, мальчишка, размышляешь. Я знаю все твои сомнения и хочу сказать лишь одно: ты маленький дурак! Глупый до крайности! Ты так налажал и всё сделал неправильно! Пацан, ты на ложном пути!»

    Цзюнь Мосе вдруг действительно захотел разорвать в клочья этот грёбаный свиток. Он уже столько времени терпит издевательства и насмешки от клочка бумаги. Что, мать вашу, происходит!

    «Ты, должно быть, догадываешься, что молодой господин, вероятно, пришёл из того же места, что и ты! Ха-ха, ты, щенок! Молодой господин обладает удивительными способностями, естественно, тебе очень обидно и грустно за себя».

    Цзюнь Мосе тяжело вздохнул, а на его лбу выступила небольшая вена. Молодой мастер почувствовал на себе столько презрения.

    «Я пришёл сюда из подземного мира! Знаешь вообще об этом что-нибудь? Малыш, тогда слушай меня внимательно и терпеливо, не надо так горячиться, это бесполезно».

    Мастер Цзюнь вдруг взревел и со всей дури ударил прямо в стену, где были начертаны те самые пять иероглифов! Все придирки со стороны Первого Шао вызвали невероятный приступ гнева у Мосе. Выпустив пар, он некоторое время просто тяжело метался, но, в конце концов, снова присел.

    Вопреки ожиданиям, каменная стена даже не шелохнулась. И это не потому, что она была слишком тверда и прочна, просто Первый Шао заложил её по особому методу.

    «Хе-хе-хе. Всё-таки не смог сдержаться. Малыш, тебе следует поработать над собой», — Мосе почувствовал, как молодой господин из свитка безудержно покатывается со смеху!

    — Я не злюсь, я не злюка… Я — хороший! Чёрт, я злюсь на него и его коварные издевки. Мне нельзя злиться! — тихо пробормотал Цзюнь Мосе, затем глубоко вздохнул и снова сосредоточился.

  • Потусторонний Злой Монарх/Злой Монарх
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Отсутствуют комментарии