• Потусторонний Злой Монарх/Злой Монарх
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • В том месте, где так часто бывал повелитель города, находился очень большой нефрит, продлевающий жизнь души. Он явно был размером побольше похожего нефрита, который принадлежал семье Сяо. Гораздо больше!

    После того, как семья Сяо была полностью стёрта с лица земли, Цзюнь Мосе незаметно нащупал один такой нефрит в кармане у Сяо Син Юня. И также незаметно переложил его себе в карман.

    Теперь не только пагода Хунцзюнь столь бурно реагировала на происходящее, но, также и кусок нефрита, находившийся у Цзюня Мосе в кармане штанов. Хань Фэн Сюэ испугался и шарахнулся от него назад на два шага. С неподдельным выражением испуга на лице старик смотрел на возникшего, откуда ни возьмись, паренька перед собой. По парню было видно, что он либо сильно хочет что-то спросить, либо что-то сделать, так как он слегка странно поглядывал на старца с непонятным ему блеском в глазах. Невольно нахмурив брови, Хань Фэн Сюэ насторожено спросил, чтобы не спугнуть Цзюня: — Ты чего-то хотел, парень?

    «Этот парень явно не девственник, и думаю, не обделён женским вниманием, так почему же он сморит на меня так, будто собрался наброситься? Какого хрена у него такой голодный взгляд? Или он полный псих? Я конечно, ещё за собой дорожки из песка не оставляю, хотя мне намного больше лет, чем можно представить. Но какого чёрта тут вообще происходит?!»

    — Молодые сами никогда понятия не имеют, что собираются делать со своей жизнью, потому мы всего-навсего восхищаемся отточенными навыками и прекрасным самосовершенствованием бывших повелителей города, и всё на этом, — рассмеялся Цзюнь Мосе. Он ощущал сильные импульсы и боль у себя в голове, которые появились из-за внезапно появившейся пагоды Хуньцзюнь. Он всеми силами пытался их подавить, но всё же потерял над собой контроль. Он был в недоумении и искренне не понимал, почему так получилось, и почему эта чёртова пагода так взбесилась. Что могло побудить её заставить встать и направиться к старику? Это уму непостижимо. Неужели на вершине этой горы, в самом деле обнаружилось ещё одно чудо мистики?

    Цзюня Мосе озарило, и он вдруг вспомнил тот день, когда находился недалеко от Серебряного города, и столкнулся с каким-то неизвестным сгустком энергии, через который он никак не мог пробиться, будто сквозь стену. Неужели это оно и есть? Подумав об этом, Цзюнь Мосе задумчиво почесал свой подбородок с коварной улыбкой на лице.

    — Так чем же тут восхищаться? Твоя культивация сейчас гораздо выше моей! Ты хвалишь меня? Или…что ты делаешь? — ещё более насторожено спросил Хань Фэн Сюэ. Этот Цзюнь Мосе, что, с ума сошел? Разве он из тех, кто хвалит людей? Чем дольше он смотрел на него, тем больше ему казалось, что у этого мальца недобрые намерения!

    — А Серебряного города что, в самом деле больше нет? От него совсем ничего не осталось? Хм, а что, если я вам скажу, что его можно восстановить? Сделать это будет очень просто! — Цзюнь Мосе всё так же с улыбкой на лице потирал свой подбородок.

    Хань Фэн Сюэ сделал вид, что не услышал, что сказал Цзюнь. Он считал, что парень несет полную ахинею! Этот малой издевается, что ли? Ещё и улыбается, как змеёныш. Какая-то нелепость. Чешет языком что попало, и сам не понимает, что городит!

    Всё, из чего состоял Серебряный город на сегодняшний день, складывалось на протяжении четырех эпох, силами повелителей города! Восстановить его будет легче пареной репы? Да неужели?! Этот паренёк говорит, что всё очень просто! Ха! Сказки — обман!

    «Мне от таких слов хочется придушить гада своими собственными руками!»

    Хань Фэн Сюэ было непросто. На Цзюня Мосе нападать точно не стоило, лучше было бы наладить с ним отношения, а ещё лучше — привычно, по-старчески, поучить сопляка уму-разуму.

    «Ага, это только кажется, что я не смогу его ударить… Но думаю, что он не осмелится ответить мне ударом на удар. Не поднимет же он руку на старика?»

    — На самом деле то, что Серебряный город пал — на то воля неба! Как говорится, все мы ходим под Богом, такие серьёзные события всегда происходят не просто так, и ни один человек не может противостоять высшему замыслу, — от слов Цзюня Мосе лицо повелителя города почернело.

    Старик чуть не вышел из себя от злости, и проорал: — Воля неба? Что за чёртова воля неба?! Хоть я и не знаю, какими методами пользуешься ты, но такое мог сделать только пиковый меч. Неужто ты думаешь, что, если бы не этот меч, Серебряный город сейчас бы точно также лежал в развалинах? Так что это ты виновник всего, что здесь произошло. И как теперь ты смеешь говорить мне о воле неба? Это ты так смеёшься надо мной? Ты хочешь, чтобы я пошёл к твоей семье и потребовал справедливости у твоего деда?

    Когда ты потребовал того же от нашей семьи, то чуть не свёл нас с ума, сейчас мы все — родственники, но ещё не так давно я мог бы пойти прямиком к твоему деду и попросить его принять меры. Я не могу тебя контролировать, но рано или поздно, тебя нужно будет взять под родительский контроль.

    — Повелитель, успокойтесь, у меня нет дурных намерений, просто послушайте меня очень внимательно, и тогда вы всё поймете, — Цзюнь Мосе скорчил непонятную мину, а затем, постепенно и методично начал объяснять: — Слушайте, весь серебряный город принадлежал двум семьям: Хань и Сяо. Семья Сяо взбунтовалась, и, хотя уже получила по заслугам, но Серебряный город до сих пор полон их следов и смрада. По всей вероятности, владыке неба это не нравится, поэтому землю постоянно трясёт. Он хочет, чтобы от злой энергетики семьи Сяо, которой наполнен Серебряный город до отказа, не осталось и следа! Ведь все мы знаем: пока старое не уйдет, новое прийти не сможет! Ну, вот, в общем, в этом и есть всё дело, это всё, что я хотел сказать. Вы понимаете, о чём я?

    Хань Фэн Сюэ обиженно фыркнул, сложил обе руки на груди, задрал голову к небу и не обращал внимания на Цзюня Мосе, как будто его здесь и не было.

    «Что я должен понять? Что это всё — полная чушь? Что за ересь он опять несет? Город наполнен злой энергией семьи Сяо? Неужто в Серебряном городе осталась энергетика только одной семьи Сяо? Разве здесь мало энергии семьи Хань? Если верить твоим словам, то значит, что семья Хань должна также полностью погибнуть, как погибла и семья Сяо? Ну не хочется мне злиться на тебя! Ты и правда ещё совсем молод и не понимаешь того, о чём сам говоришь…»

    Хань Чжань Мэн, Дунфан Вэньсинь и Цзюнь Вуй пришли к соглашению, Сюэ Хуаньцинь смотрела на Цзюнь Вуя, и с каждой секундой всё больше и больше соглашалась с ним, смотря на его окровавленную одежду и красное лицо.

    И в самом деле, чем дольше тёща смотрела на будущего зятя, тем больше он ей нравился. Всё хорошо закончилось, Сюэ Хуаньцинь снова была в хорошем расположении духа. Серебряного города больше нет, и восстановить его нельзя. Но самое важное заключалось в том, что семьи Сяо больше не существовало! Это было как бальзам на души людей! Теперь можно было подумать о счастье дочери. Сюэ Хуаньцинь тихонько толкнула Хань Чжань Мэна в плечо, и также тихонько произнесла: — Неудивительно, что Янь Яо так вцепилась в него взглядом… и рукой. Палкой не отгонишь. Цзюнь Вуй определённо гораздо сильнее Сяо Хана. Лицом — обычный, не смазливый, мужчина и мужчина, но зато какие манеры, какая выдержка! Сяо Хан с ним даже рядом не стоял! Его Суань весьма необычна. Скромность его только украшает, однако я не могу даже представить, насколько же всё-таки глубоки его душевные раны, если ему пришлось столько пережить. Но, кажется, между ним и его тестем, то есть тобой, разница не такая уж и большая…

    Хань Чжань Мэн лишь молча кивнул головой, по выражению его глаз было видно, что он был очень рад такому раскладу событий. Его старшей дочери пришлось пройти тяжёлый путь, и наконец, то, о чём она так мечтала, осуществится. К тому же, они, наконец, избавились от этих бунтовщиков из семьи Сяо, несмотря на падение Серебряного города… Но так или иначе, это всё к лучшему!

    По крайней мере, в будущем у нас больше не будет настолько серьёзных проблем. А также наш зять кажется очень надёжным человеком… — Госпожа Цзюнь, — хотя жена Хань Чжань Мэна была старше Дунфан Вэньсинь на целое поколение, и пока Цзюнь Вуй с их дочерью ещё не поженились, Сюэ Хуаньцинь было неловко называть её госпожой. К тому же, их разница в возрасте не казалась такой большой на первый взгляд, и вдобавок, кажется Хань Янь Мэн — младшенькая, очень заинтересовалась их сыном Цзюнем Мосе. Всё так запутано…

    Поэтому Сюэ Хуаньцинь чувствовала себя будто связанной по рукам и ногам, она совсем не понимала, как к кому обращаться, и боялась сказать что-то неправильно. Женщина думала об этом почти полдня, и, в конце концов, решила, что следует говорить — госпожа Цзюнь… У Дунфан Вэньсинь были похожие чувства, она точно также всё думала и думала, и пришла к точно такому же решению, как и Хуаньцинь.

    — В общем, у меня есть одно дело… — Сюэ Хуаньцин посмотрела на младшую дочь, и наконец, сказала от безысходности: — Боюсь, что мне придётся просить госпожу Цзюнь разрешить этот вопрос.

    Дунфан Вэньсинь отнеслась к этому с пониманием, и добродушно ответила: — Госпожа Хань, если вам есть, что сказать, говорите прямо и без всяких недомолвок, ведь мы уже почти семья.

    Прежде чем заговорить, Сюэ сделала глубокий вдох: — Это касается моей младшей дочери. За эти несколько лет я уже все нервы себе вымотала. Я слишком долго ждала, это и было моей ошибкой. Из-за меня мой ребёнок страдал целых десять лет, и я её полностью понимаю… Наши дети — наше всё, и нужно, чтобы они сами принимали решения. После того, как мы стали родителями, мы оказались бессильны, мы хотели, чтобы наши дети сами ощутили, что такое счастье, настоящее человеческое счастье… Каждый день мы попусту волновались, каждую ночь, засыпая, нас терзали беспокойные мысли, а иногда и вовсе ночные кошмары. Но это, конечно, делу не помогало. Нам пришлось опустить руки…

    — Да уж, не имея детей, невозможно понять всю горечь жизни, не имея детей, невозможно понять и счастья… Эти сорванцы тоже забрали у нас кучу нервов и спокойных ночей…

    Дунфан Вэньсинь кивнула в знак согласия. Она полностью понимала чувства женщины, и так же горько вздохнула. Затем она произнесла: — К счастью, наш Мосе всегда был очень скромным и послушным ребенком. Он делал всё, что бы ему ни говорили. Он немного сэкономил наши нервы.

    Как только она договорила, рядом стоявший Цзюнь Вуй развернулся и прыснул то ли от смеха, то ли от негодования с недвусмысленным выражением лица: «Да ну нахер? Серьёзно?» Ему пришлось сдержать весь тот эмоциональный словесный поток, который мигом хлынул ему прямо в душу… «Чего? Скромный? Послушный? Не доставлял хлопот? Не то чтобы это было совсем неправдой, но… разве можно так сильно хвалить нашего Мосе? Если бы тётушка только знала, чем её сын занимался все эти годы, то я уверен, её милость быстро сменилась бы на праведный родительский гнев. Но так делают все родители — они хвалят своих детей при других родителях. Но осмелилась бы она, эта добрейшая женщина, так говорить, если бы она знала, что ей лгут прямо в лицо? Должно быть, это было бы не так просто…»

    — Ну, ещё бы, послушные дети, какое лёгкое материнство. Как же завидую, у вашего сына огромный потенциал… — очевидно, сказав это, Сюэ Хуаньцинь покривила душой. Да этот Цзюнь Мосе считает себя пупом земли! На его лице так и написано: «плохой парень». Как можно верить словам Вэньсинь, видя перед собой этого наглеца? «Скромный, послушный, спокойный» …что-то незаметно… Кажется, этот паренёк весь состоит из «непослушания». Да и ладно, мать искренне так считает, поэтому и хвалит…

    — Ну, с этого дня, желание Янь Мэн осуществится, а то мы уже руки успели опустить, — промямлила Сюэ Хуаньцин. — Ох, сколько же головной боли доставила нам эта мамзель…

    — Вы, должно быть, шутите! Эта девушка — просто мечта! Она умная, она красивая, да настолько, что влюбит в себя любого с первого взгляда, как же она могла вам доставить столько проблем? — изумленно спросила Дунфан Вэньсинь.

    «Ха-ха, мой сынулька — просто настоящее сокровище, и эта девушка тоже хочет урвать себе кусочек. Но, так или иначе, мне не стоит говорить первой». — Дунфан Вэньсинь была уверена в этом, словно гора Тайшань.

  • Потусторонний Злой Монарх/Злой Монарх
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Отсутствуют комментарии