• Оказывается, я сумасшедший
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Лю Хуaмэй уxаживала за cыном около мeсяца и решилась уехать только после того, как тот смог самостоятельно передвигаться на костылях. Перед уходом она не забыла напомнить сыну об обещании приехать на праздники вместе с Лу Чжэнфэем. Признаться, Цяньцин не знал, как на это реагировать.

    - Mальчик мой, ты не должен быть таким неуклюжим в будущем, - печально вздохнула женщина. – Я всегда боялась, что из-за характера у тебя может возникнуть много проблем, но увидев тебя сейчас, я поняла, что могу немного расслабиться.

    - Мам, я вырос, - слова матери смели улыбку юноши.

    Лю Хуамэй похлопала его плечу и позволила Лу Чжэнфэю отвезти ее в аэропорт. Cтоя на костылях у входа, парень провожал темную машину мучителя сложным взглядом. A когда силы его окончательно покинули, да и авто скрылось из зоны видимости, Цяньцин вошел в дом. Устроившись в гостиной, он еще раз прокрутил слова женщины в голове. Kак он мог после них улыбаться?

    Oн не знает где душа настоящего Цяньцина. Ведь его тело занял никчемный, вернувшийся в прошлое во имя искупления своих злодеяний, грешник. Как он может быть достоин хорошего отношения этой поистине доброй женщины? По сути, он не только убил ее сына, но и занял его тело…

    Юноша вновь тяжело вздохнул.

    К тому времени как Чжэнфэй закончил с делами и вернулся домой, обуреваемый тяжелыми думами, Цяньцин уснул. С тех пор как сломалась его нога, молодой бизнесмен чувствовал разительные изменения в характере возлюбленного. Пока он не мог определить хорошо это или плохо, но ссориться они стали куда меньше. За этот месяц, можно сказать, парни практически не препирались. Цяньцин будто нарочно старался не вступать со своим мучителем в конфликты.

    С ранних лет Чжэнфэй отличался особым упрямством. В то время как Цяньцина нельзя было назвать человеком, с легкостью идущим на компромиссы. Отношения подобных личностей все равно, что бомба замедленного действия. Hи один не хотел уступать. Ни один не желал разрешить даже самый мало-мальский вопрос миром. Единственный способ удержать сие взаимодействие это давление. То есть, один так или иначе, должен доминировать над другим.

    Чэнь Цяньцину было нелегко, но Лу Чжэнфэй постоянно мучился их разногласиями.

    Однако нынешнее поведение возлюбленного позволило молодому бизнесмену дышать свободнее. Теперь у него появилось место для маневров. Казалось, Цяньцин, наконец-то, смирился со своим положением. Пообещал оставить попытки к побегу. Более того, он перестал мстить хозяину особняка.

    Вошедший в гостиную бизнесмен некоторое время наблюдал за мирно спящим на диване парнем.

    Лю Хуамэй готовила для сына специальный костяной бульон. В ее понимании это могло помочь Цяньцину со скорейшим выздоровлением. Однако в прошлом юноша не шибко жаловал подобные лакомства. Теперь же, будто сознательный пациент, практически по часам принимал свое лекарство.

    Чжэнфэй надеялся, что после улучшения аппетита парень немного прибавит в весе, но этого не случилось. Собственно внешность его возлюбленного с момента знакомства практически не изменилась. Он все так же походил на сказочного принца. Длинные, чуть завитые ресницы, прямой аккуратный нос и слегка растрепанные волосы. Прекрасный вид портил лишь сковавший ногу гипс.

    Лу Чжэнфэй не собирался будить Цянцина. Вместо этого он наклонился и нежно коснулся губ парня своими. Тот не проснулся. Молодого бизнесмена всегда завораживала эта аккуратная форма сладких уст. Почувствовав что-то похожее на тоску, Чжэнфэй положил руку на чужую талию, аккуратно ту сжимая.

    В то же время Цяньцину снился кошмар. Будто огромный питон обвился вокруг его тела и начал поглощать в качестве обеда. Парню стало тяжелее дышать. Катастрофическая нехватка воздуха заставила его инстинктивно раскрыть рот. Но питон не позволил ему сделать полноценный вдох. Язык рептилии заблокировал жаждущие иного уста.

    А Чжэнфэй не мог поверить своему счастью. Цяньцин, наконец-то, реагировал. Прошлый месяц, пока Хуамэй была рядом, молодой бизнесмен был вынужден мучиться воздержанием. И теперь, когда она уехала, а беззащитный Цяньцин мирно спит, Чжэнфэй более не собирался сдерживать накопившиеся потребности.

    Легкая самодовольная улыбка посетила лицо садиста, когда орган возлюбленного начал затвердевать. Он знал, его Цяньцин всегда будет реагировать. Всегда покажет свое настроение.

    Когда кошмар парня вошел в кульминацию, и змея его поглотила, юноша раскрыл глаза. До этого затуманенная боль вдруг стала резкой. Будто что-то инородное буравило его изнутри. Неужели кошмар продолжается?

    Несколько раз моргнув, Цяньцин раскрыл глаза и практически сразу понял, что тиранили его тело чужие пальцы. Лицо молодой копии оказалось в опасной близости. Еще секунда и влажный язык садиста обвел кайму ушка, а зубы закусили мочу. Нежные действия Лу Чжэнфэя не показались парню двусмысленными. Даже идиот догадается о том, что собирается совершить бизнесмен.

    Сонливость окончательно покинула Цяньцина, но было уже слишком поздно.

    - Лу Чжэнфэй… - в момент севшем голосе читалась паника. Парень никогда не представлял, что окажется под собственной молодой копией. Что та будет растягивать его пальцами и прижимать к дивану. С одной стороны, он, как никто другой, должен знать манеры и нюансы поведения хозяина особняка, однако в данный момент, Цяньцину показалось, что к нему прижимается совершенно другой человек. Подобные чувства оказались незнакомыми и чрезмерно пугающими.

    - Цяньцин, - конечно же, не принимая отказа, томно прошептал Чжэнфэй. – Я хочу тебя.

    Перед глазами жертвы поплыли звезды. Пальцы покинули его нутро, но парень изогнулся, когда их заменило кое-что крупнее. Ощущения боли и чего-то горячего и пульсирующего, окончательно подточили эмоциональное состояние юноши.

    - Нет, ты не можешь… - никто на свете не чувствовал большего отчаяния, чем Цяньцин в этот момент. Кто может представить, какого это оказаться жертвой собственных желаний.

    Все это походило на сюрреалистичный кошмар, из которого парень никак не мог выбраться. Что творится с его телом?

    Однако наряду с болью Цяньцин почувствовал странное чувство облегчения. Он сам когда-то сильно обижал возлюбленного и теперь на собственной шкуре может прочувствовать его жалкое положение. Сие насилие своего рода возмездие. Цена, которую он обязан уплатить за совершенные ранее грехи.

    Неравные по силе, мужчины быстро определились с ролями. Покоряя Цяньцина, Чжэнфей приподнял его неповрежденную ногу и толкнулся с большей силой. Взвыв, парень не мог найти себе места.

    Еще несколько секунд и насильник начал движение. Два тела, будто на мягких волнах, покачивались в такт только им двоим известной композиции.

    Юноша не мог пошевелиться. Единственное, что оставалось делать, это принять ситуацию и смириться со своим положением. Однако у него не получалось показать любовнику наигранную невозмутимость.

    - Цяньцин, - конечно же, Лу Чжэнфэй не заметил какой-либо странности. Его возлюбленный всегда пытался вырваться, всегда пытался прервать их близость.

    Желая послушать еще один стон, бизнесмен толкнулся сильнее и в момент, когда парень раскрыл пересохшие губы, запечатал их настойчивым поцелуем.

    - Я люблю тебя, Цяньцин, - вкрадчивый шепот оказал моральное давление на принимающего парня. Ему нечего было ответить. Находящийся на грани, он старался не смотреть на своего мучителя, отдавая все внимание побеленному потолку.

    - Что случилось? – видя это странное, паническое выражение на лице, Чжэнфэй аккуратно коснулся чужой бархатной щеки. Только в этот момент, переполненный сложными эмоциями, взгляд сменил фокус.

    - Ничего, все в порядке.

    Вместо эмоций и ругани, Лу Чжэнфэй получил до ужаса взвешенный, спокойный ответ. В этот момент он окончательно убедился в личностных изменениях своего партнера.

    Его взгляд упал ниже. Оказалось, что Цяньцин перестал реагировать на его ласки, с тех пор как проснулся. Сие оказалось страшным ударом по гордости и чувствам хозяина особняка. Чувствуя, как сжимается от горя сердце, мужчина прошептал.

    - Ты действительно меня ненавидишь?

    Тяжело дышащий Цяньцин некоторое время рассматривал изуродованное болью лицо своей молодой копии и никак не мог определиться с ответом. Ситуация была тяжела для обоих.

    - Да, ненавижу.

    Все верно. Он ненавидел себя в прошлом. Он ненавидит себя сейчас. Он ненавидит собственное отношение к любовнику и жизнь в целом. Если бы не он, то Чэнь Цяньцин мог бы иметь куда более светлое будущее. Обзавестись семьей, детьми. Приезжать с ними на праздники с родителями.

    Но они, те, кто сейчас слились в подобии секса, все разрушили. Уничтожили. Растоптали…

    Признание жертвы только разозлило хозяина особняка. Проигнорировал настроение любовника, Чжэнфэй возобновил движения. Тот не мог ему сопротивляться. В конце концов, он прикрыл глаза, лишь вздрагивая и изредка выстанывая из-за особо глубоких и резких толчков.

    Когда мучения подошли к концу, на юношу напала дикая апатия. Взятый на руки любовником, он был вынужден положить голову ему на плечо.

    Лу Чжэнфэй разговаривал с кем-то по телефону. Юноша понял – решаются рабочие моменты. Садист же старался закончить с оными побыстрее, так как знал, насколько Цяньцину не нравится быть грязным.

    - Я отнесу тебя в ванную, - как только завершился звонок, произнес хозяин особняка. Юноша ничего не ответил.

    На самом деле Чжэнфэй был крайне удивлен равнодушным поведением любовника. Каждый раз их занятия любовью напоминали ожесточенную схватку. Цяньцин всегда выкрикивал ругательства, как-то реагировал, а после дулся и язвил. Очень часто бизнесмен слышал в свой адрес слово насильник. Финалом их соития становилась недельная холодная война. Дабы ее завершить, Чжэнфэй всегда шел на разного рода уступки.

    Запаковав гипс в пленку, Чжэнфэй погрузил возлюбленного в теплую ванну. Его движения были крайне осторожными и нежными. Вычищая тело парня, он был доволен его покорностью. Несмотря на уничтожение следов их близости, мужчина знал, на Цяньцине все равно останется его запах.

    - Когда я смогу вернуться в университет? – неожиданно прервав тишину, спросил покалеченный.

    Чжэнфэй замер. На самом деле ему не хотелось выпускать любимого из-под домашнего контроля.

    - Подожди, пока не срастется нога.

    Ответом на это стала тишина. Хозяин особняка не мог выносить моральной атаки и решил развить диалог.

    - Когда бы тебе хотелось вернуться?

    - На следующей неделе.

    - На будущей неделе?! Это невозможно.

    По лицу парня было понятно – на такой ответ он и рассчитывал.

    Раздраженный сим поведением, Чжэнфэй некоторое время бормотал что-то под нос.

    - Хорошо, я ускорю процедуру. На следующей неделе ты сможешь пойти в университет.

    - Угу.

    Они не ссорились и не игнорировали друг друга. Просто отношения стали очень холодными. Они более не походили на потухший вулкан. Нет. Теперь это была непроглядная ледяная пустыня.

    Для Лу Чжэнфэя сие была крайне нестандартная ситуация. Однако в ней он находил приятные для себя моменты. Может ли быть так, что Цяньцин, наконец-то, избавился от своего упрямства и позже примет его чувства?

    В ту ночь они спали на одной постели. Цяньцин не возражал против крепких объятий своей молодой копии. Он выждал пока уснет Чжэнфэй и раскрыл глаза. До жути знакомая комната заставила юношу впасть в подобие транса. Цяньцин не знал, сколько прошло времени, однако сквозь плотные шторы начал просачиваться свет. Так и не сумев уснуть, он просто прикрыл глаза. Именно в таком состоянии его и нашел проснувшийся Чжэнфэй.

    Рассудив, что любовник еще не пробудился, мужчина аккуратно сполз с кровати и отправился в ванную. По возвращении он нашел парня сидящим и потирающим больную голову.

    - Уже проснулся? – поцеловав любимого в лоб, Чжэнфэй старался быть обходительным. – Что хочешь на завтрак?

    - Немного каши.

  • Оказывается, я сумасшедший
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Отсутствуют комментарии