• Оказывается, я сумасшедший
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Oтношeния меж Чэнь Цяньцином и Лу Чжэнфэем вcегда деpжались в секрете от студентов. Чжэнфэй умел xранить тайны и маскировать следы своего присутствия. Поэтому практически все были уверены – вина за отсутствие Цяньцина лежит на болезни. И все-таки были в этом деле и исключения. Hапример,  Лю Цзинян.

    После поступления сокурсники смогли поладить. Несмотря на то что семья Цяньцина была обеспечение, юноша никогда не выставлял свое благополучие напоказ. Однако ему как Цзиняну не приходилось работать после и перед занятиями. Tакже Цяньцин с первых дней заработал популярность среди одногруппников, чем спровоцировал своеобразную зависть соседа по блоку.

    Тем не менее, Лю Цзинян умел контролировать свои темные порывы. Говоря себе о разности их жизней, о том, что не стоит мечтать о том, чего не можешь получить, парень чувствовал себя спокойнее. Сомнительный аутотренинг вряд ли мог помочь студенту, однако ему удавалось блокировать разрушительные импульсы завистника.

    Однажды Цзиняну, как отличному официанту, предложили поработать на одном из закрытых для публики банкетов. Обуреваемый светлыми наивными надеждами, юноша желал смешаться с обществом богатых и влиятельных людей сего мира, поэтому тут же принял предложение.

    Возможность вызывала лишь восторг. Поэтому подписав договор и соглашение о неразглашении, парень приступил к подготовке. Попав в светское общество в качестве безликого официанта, Цзинян столкнулся с разрушением своих идеалистичных надежд.

    Он не отличался красивым лицом, зато имел высокий рост и отличное телосложение. Только эти качества не могли убить в нем робкую надежду быть замеченным.

    Kонечно же, ни одна его мысль не соответствовала реальности. Опыт неудачи мог быстро забыться нерадивым юнцом, если бы не одно «но».

    К середине вечера в зал вошел элегантно одетый Цяньцин. Причем не один, а под руку с бизнес-магнатом Лу Чжэнфэем.

    Удивление Цзиняна было настолько сильным, что он чуть не выронил тяжелый поднос с напитками. Благо стоящий рядом коллега смог уберечь его от конфуза.

    - Узнал кото-то? – поинтересовался работник в черно-белом фраке. – Ты побледнел.

    Проследив за взглядом студента, старший официант тихо усмехнулся.

    - Даже не думай об этом. Это новый хозяин семьи Лу. Да, он богат и красив, но оказался геем.

    Однако Цзинян не заметил лица выше названного красавца. Все его внимание было приковано к идущему рядом с ним безэмоциональному Чэнь Цяньцину.

    Практически весь вечер Цзинян старался подслушать его разговоры. Как оказалось, чаще всего сокурсник тихо ругался с хозяином семьи Лу. Но тот, к удивлению, не только не злился, но и наоборот, находился в крайне приподнятом настроении. Совершенно не обращая внимания на оскорбления, бизнесмен то и дело старался обнять своего спутника за талию.

    В этот момент лютая ненависть вспыхнула душу Лю Цзиняна. Mало того, что Цяньцин красивее него, мало того, что его оценки куда выше. Так еще и будучи ровесниками, один появился на закрытом банкете в качестве гостя, а другой в роли его обслуги. С таким ударом гордость Цзиняна справиться не могла.

    Следуя логике, нанятому официанту должно было стать стыдно. По идее, он должен был скрыть лицо и держаться от товарища подальше. Но злость и зависть ослепили разум парнишки. Выбрав удобную минутку, он подошел к соседу по блоку.

    - Чэнь Цяньцин? – будто бы удивленный, с подносом в руках, окликнул гостя Цзинян. – Не ожидал тебя здесь увидеть.

    Спутник Лу Чжэнфэя также не рассчитывал увидеть знакомое лицо, поэтому был сильно удивлен. Скрывая волнение и неловкость, парень отвел взгляд.

    - Я пришел сюда с братом.

    Будучи свидетелем шаловливости рук Чжэнфэя, Цзинян мог только усмехнуться.

    - С братом? Со своим биологическим братом? – более тонкого намека свет еще невидовал. Лицо Чэнь Цяньцина приобрело странное, не то смущенное, не то сконфуженное выражение.

    - Никому не говори, - после некоторой паузы, прошептал гость.

    - Ах, это твой спонсор? – с улыбкой, но крайне язвительно отозвался официант. – Не волнуйся, я никому не скажу. И ты, пожалуйста, никому не говори о нашем знакомстве. Это немного смущает.

    Проституция была широко распространена в каждую из эпох. Всегда считалась поводом для издевательств. И была сравнима с клеймом бедности.

    На тот момент Цяньцин был маленьким, едва достигшим двадцати лет, мальчиком. Он еще не научился справляться с подобного рода ситуациями и не мог отмахнуться от хамоватого завистника. Выражение его лица стало неприглядным. Гнев, расстройство и смущение терзали его душу.

    Цзиняну понравилось это состояние оппонента. Ведомый завистью он был рад своей сомнительной победе. И видя, что Цяньцин больше с ним не разговаривает, Цзинян, в своем тщеславии продолжил работу. Странное чувство удовлетворения оказало благотворное влияние на его настроение.

    На следующий день Цяньцин не пришел в университет. Декан объявил о его академическом отпуске по болезни, но Лю Цзинян был уверен – причина в другом. Парень думал, что сокурснику просто стыдно появляться ему на глаза.

    На самом же деле Цяньцин разозлил Лу Чжэнфэя и оказался заперт в доме. Позже юноша отважился на побег и оказался жертвой насилия.

    Все же странная вещь эффект бабочки. Всего несколько, сказанных на эмоциональном подъеме, фраз смогли сломать жизнь человека. Лю Цзинян не мог догадаться о последствии своих слов. Мелочному человеку – мелочные мысли. Однако возвращение Цяньцина всколыхнуло его отчаянную ревность и спровоцировало новую порцию издевательств.

    Цяньцин пригласил сокурсника в небольшой ресторан неподалеку. Заняв отдельную кабинку, парни начали пробегать глазами по меню.

    - Чэнь Цяньцин, только не говори, что ты, и правда, был болен, - небрежная фраза открыла диалог. – Думаешь, я не знаю, что с тобой происходит?

    - И что же со мной происходит? – после столь откровенной провокации, оригинальный Цяньцин, скорее всего, почувствовал бы необходимость бежать. Но теперь все иначе. Теперь перед задирой сидит прошедший полжизни Лу Чжэнфэй.

    - Ого, каких-то пару месяцев и ты позабыл о своем положении? – по правде говоря, Лю Цзинян не собирался в открытую оскорблять Цяньцина, однако желание почувствовать вкус победы, толкнуло парня на отчаянные шаги. – Только не думай, что я забыл, как ты вышагивал с тем мужчиной на банкете.

    Признаться, Цяньцин не понял о каком из банкетов идет речь. За время отношений Чжэнфэй частенько заставлял юношу выходить с ним в свет. Единственное чего он не делал, так это не вешал на него табличку со знаком собственности. Для Лу Чжэнфэя было бы лучше рассказать всему миру о том, кому на самом деле принадлежит Цяньцин.

    - И что? – юноша все еще не отрывал взгляда от меню. Однако аппетит парня медленно приближался к отрицательной отметке. – Что ты пытаешься мне сказать?

    Лю Цзинян застыл в некотором недоумении. Он не ожидал подобной реакции. А если быть откровенным, ее отсутствия. Неужели пара месяцев смогла так сильно переменить личность сокурсника?

    - Ты не боишься, что я расскажу об этом остальным?

    - Статья 246 Уголовного кодекса гласит, что использование насилия и других методов воздействия на потерпевшего, будь то фальсификация фактов или распространение порочащих личность слухов, карается тюремным заключением на срок от года до трех лет. Также возможны более щадящие методы наказания, а именно: условный срок, домашний арест или лишение политических прав, - Цяньцин поднял взгляд. – Как думаешь, какое из этих наказаний получишь ты?

    - Я? – быстро разозлился Цзинян. – Когда это я клеветал? Думаешь, сможешь скрыть факт наличия своего папика?

    - Лю Цзинян, ты всегда так говорил со мной в прошлом? – Чэнь Цяньцин отложил меню.

    - Что ты пытаешься сказать? – разговор завернул в неприятное для Лю Цзиняна русло. Парню казалось, что им пренебрегают. – Когда я сказал тебе об этом в прошлый раз, ты даже бросил университет. И что теперь? Думаешь, отрастил несколько шариков, и все стало доступно? Или обзавелся более влиятельным покупателем? Не заблуждайся, я тебя не боюсь.

    Единственная причина, по которой Цзинян не следил за своими словами, заключалась в его искренней вере в благородство сокурсника. За время их общения завистник смог разглядеть в «друге» высокие моральные качества и трепетное отношение к справедливости. Говоря проще, он не верил в то, что Цяньцин может ему по-настоящему отомстить.

    К его несчастью, оригинальный Чэнь Цяньцин уже месяц как мертв.

    Юноша не изменился в лице.

    - То есть, ты смеялся надо мной? Говорил, что меня кто-то спонсирует, а после я взял отпуск?

    - Что? Как по мне, неплохой повод для насмешки. Почему бы мне не посмеяться. Pазве тебе не стыдно?

    Перерожденный замолчал. Он всегда знал, что меж ним и Цяньцином было множество разногласий. Знал, что их отношениям мешали. Также он знал, что был у возлюбленного первым. Однако он думал, что большинство проблем все же кроется в характере Цяньцина. Кто бы мог предположить, что к пропасти их подталкивали такие вот неаккуратные слова обыкновенного завистника.

    Нынешний Цяньцин припомнил, как однажды его возлюбленный вернулся домой в крайне раздраженном состоянии и принялся крушить свою комнату. Оставив чрезвычайный беспорядок, он начал собирать вещи и выкрикивал Чжэнфэю, что-то вроде: «Почему я тебя встретил?! Почему ты заставляешь меня продолжать этот цирк? Я не хочу, чтобы ты меня спонсировал!».

    Тот скандал спровоцировал серию еще более нелицеприятных фактов. В тот раз Чжэнфэй надолго запер возлюбленного.

    - Лю Цзинян, - посмотрев на бахвалящегося парня, словно на мусор, Цяньцин подпер рукой подбородок. – У тебя были возможности хорошо отучиться, устроиться на хорошую работу, жениться, завести детей. Но конкретно в эту минуту, ты их лишился.

    Ошеломленный скандалист несколько раз моргнул. Он впервые видел такого Цяньцина. Впервые слышал столько пренебрежения и холода в его голосе.

    - Ты заплатишь за все, что совершил в прошлом и за то, что делаешь сейчас.

    - Пытаешься мне угрожать? – и все же Цзинян начинал беспокоиться. – Что? Собираешься нажаловаться на меня своему папику?

    Губы перерожденного растянулись в, не предвещающей ничего хорошего, улыбке.

    - Ты абсолютно прав. Ты столько раз сказал, что у меня есть спонсор – так что было бы глупо не прибегнуть к его помощи.

    - Чэнь Цяньцин, ты… Ты… Ты не боишься, что я расскажу всем о твоем положении проститутки? – откровенно говоря, парень цеплялся за последнюю надежду. Он не мог позволить себе провокации людей из высшего общества. Грубя Цяньцину, он не рассчитывал на месть. И что теперь? Почему сокурсник так изменился? Он действительно собирается нанести ответный удар? К такому Цзинян готов не был!

    - Можешь рассказать обо мне всем, - подобрав костыли, Цяньцин встал из-за стола. – Но будь готов принять последствия каждого своего слова.

    Перерожденный не только сам испытает боль, которую нанес возлюбленному, но и накажет всех, кто хоть как-то причастен к подобному.

  • Оказывается, я сумасшедший
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Отсутствуют комментарии