• Одно бесполезное перерождение
  • Для того, чтобы заработать деньги



    Су Иньжун разложил десять фотографий на столе. Сняв очки, он взглянул на Хэ Бая и спросил:



    — Какая из них кажется тебе лучшей?



    Хэ Бай потер лицо, пытаясь придать ему серьезное выражение, хоть головная боль от похмелья всячески препятствовала этому. Он снова рассмотрел каждый из снимков и остановил свой выбор на фотографии водителя в верхнем левом углу.



    — Вот эта.



    — Почему ты так решил?



    — Просто чувствую так.


    — И что же ты чувствуешь?



    Он взял фотографию в руки: свет был плохим, а композиция неудачной, но стоило лишь вглядеться в зеркало заднего вида, посмотреть в темно-карие глаза водителя с тонкими морщинками в уголках глаз, и Хэ Бай тут же снова ощущал те же эмоции, которые испытывал, нажимая на затвор.



    — В тот момент я чувствовал… что его взгляд был по-настоящему добрым. Сделав этот снимок, мое сердце… мне показалось, будто этот случайно пойманный взгляд оживил всю картину. Я почувствовал себя очень хорошо, я был счастлив.



    Су Иньжун окинул его быстрым взглядом и снова спросил:



    — Почему ты был счастлив?



    — Потому, что мне удалось запечатлеть такой ценный кадр.



    Сумбурные чувства, вызванные похмельем, понемногу приходили в покой. Уголки его губ неожиданно растянулись в улыбке, продемонстрировав ямочку на левой щеке.



    — Когда я увидел эту фотографию, невольно вспомнил, как водитель был рад, что неприятность обошла их стороной. Мужчина взволнованно пытался объяснить пассажирам, что просто пытался объехать, выбежавшего на проезжую часть щенка. Его глаза в тот момент излучали доброту. Из этих десяти фотографий лишь эту мне хочется убрать в альбом, а в старости доставать и предаваться воспоминаниям.



    — Ха-ха, — Су Иньжун кивнул, на его лице возникла легкая улыбка, — Неплохо. Можешь взять перерыв на следующей неделе.



    Сказанное не укладывалось в его голове:



    «Взять перерыв!»



    Су Иньжун кивнул, наклонился, чтобы достать табели оценок, нашел страницу с именем Хэ Бай и, взяв красную ручку, перечеркнул оценку 0 и исправил ее на 95, затем закрыл реестр и махнул ему, прося уйти.



    — Увидимся в конце следующей недели. А сейчас иди, хороших выходных. И лучше бы таким молодым парням пить поменьше — это вредит здоровью.



    Глаза Хэ Бая засверкали, стоило ему лишь взглянуть на табель оценок в его руках. После того, как его отметки были исправлены, парень встал, поклонился и, глупо улыбаясь, сказал:



    — Спасибо, профессор! Профессор, вы лучший!



    Закончив похвалу, он взял камеру и вышел, побоявшись, что мужчина может пожалеть о своем решении и захочет вернуть старые оценки.



    — Вот негодник… — Су Иньжун покачал головой, но улыбка на его лице стала еще шире, хоть он и сам не осознавал этого.



    Он достал телефон и позвонил своему хорошему другу:



    — Эй, Лао Джан, ты еще помнишь о том не ограненном алмазе, о котором я говорил тебе в прошлый раз? Он сделал огромный шаг вперед…



    Впервые профессор Су похвалил Хэ Бая. В приподнятом настроении парень вышел на улицу поесть немного мяса, а затем, абсолютно счастливый, собрав всю свою аппаратуру, отправился на знаменитую улицу города Б, место, где фотографируются все молодожены.



    Он долго размышлял, прежде чем решить, каким образом ему можно быстрее заработать деньги — редактировать фотографии ему дается превосходно, и именно это умение позволит ему увеличить сумму на счету в банке!



    Фотограф, не умеющий обрабатывать свои снимки, словно плохой шеф-повар на кухне. На каждой фотографии виден этот последний штрих, оставленный автором. Так как он был фотографом, специализирующимся на обработке пейзажей, его навыки нельзя было назвать идеальными, но они были весьма неплохи. Эти голубые небеса, чистая вода океана, яркая красочная радуга, птицы, взлетевшие над лесом, испугавшись чего-то. Он мог бы ничего не менять в них, но если их грамотно откорректировать, то фото на 80 баллов превратится на 100! Но, даже зная теорию, на практике Хэ Баю больше удавалась работа над пейзажами, нежели портретами, правки которых были так себе, оно и не мудрено — ведь Хэ Бай десять лет занимался съемкой природы. Если он будет учиться и практиковаться, этого будет достаточно, чтобы нагнать опыт его прошлой жизни.



    Он убрал камеру в сумку, оглядел изысканные украшения, висящие у входа в студию фотографии, и шагнул внутрь — здесь платили неплохие деньги, поэтому он решил набраться опыта именно в ней.



    — Добрый день, добро пожаловать в Saint Elephant Photography. Я могу чем-то помочь вам? — девушка за ресепшеном встала, вежливо и мило улыбаясь вошедшему.



    — Здравствуйте, — на левой щеке Хэ Бая показалась ямочка, когда он дружелюбно и невинно улыбнулся ей в ответ, — Я пришел по поводу работы. Увидел объявление на двери — вы ищете человека на обработку фотографий.



    Девушка за стойкой, кажется, на мгновение замерла, продолжая хлопать глазками, ненавязчиво бросив взгляд на его непослушные спутанные волосы, одежду, явно купленную на распродаже. Наконец ее глаза остановились на сумке с камерой, висящей на поясе, с трудом продолжая улыбаться, девушка произнесла:



    — Спасибо, что выбрали Saint Elephant. Пожалуйста, пройдите в зону ожидания. Я позову мою коллегу, которая проводит собеседование, — сказав это, она указала Хэ Баю на небольшую зону отдыха справа.



    Хэ Бай взглянул в том направлении, учтиво поблагодарил, направился в зону ожидания и коснулся сумки с камерой, висевшей на поясе. Пусть девушка за стойкой старалась сделать свой взгляд непринужденным, но она оценивала его — как это было можно не заметить? В это время все еще встречали людей по одежке, эх.



    Спустя десять минут к нему, цокая высокими каблуками, подошла серьезная на вид женщина средних лет, она посмотрела на него сверху вниз, сдвинула брови и прямо спросила:



    — Вы принесли портфолио?



    Когда собеседник говорил прямо в лоб, Хэ Бай становился вдвойне прямолинейным:



    — Да.



    Он встал, достал фотографии, лежавшие в кармане сумки с камерой и, держа их двумя руками, протянул женщине.



    — Оригинальные снимки наверху, а отредактированные внизу, здесь пять пар. Пожалуйста, взгляните.



    Он заранее подготовился, желая непременно устроиться сюда.



    Эти фотографии были сделаны и обработаны совсем недавно. На верхнем снимке было изображено озеро, лишь взглянув на него, глаза женщины загорелись от восхищения. Она решила, что оригинал фотографии был сделан каким-то неизвестным фотографом и просто скачан из Интернета, а потом отредактирован, поэтому она не стала долго рассматривать первый снимок, решив сосредоточить все свое внимание на отредактированном — втором.



    Перед ней лежала все та же фотография озера, но краски были намного ярче, контраст между цветом и тенью четче, женщина не знала, как была обработана водная гладь, но она тут же стала центром композиции всего снимка. Фотография, показавшаяся сначала не такой уж интересной, тут же стала привлекательнее, не отпуская взгляд ни на секунду.



    Она положила оригинал фото рядом с отредактированным снимком. При взгляде на них ей стало совершенно ясно — вторая фотография не идет ни в какие сравнения с оригиналом.



    — Вы… — она подняла голову. Встретившись с юным лицом Хэ Бая, женщина хотела сказать что-то, но смолкла, снова опустила голову, желая посмотреть четыре пары оставшихся снимков.



    На остальных фотографиях тоже была запечатлена природа: озеро, трава, лебедь, взлетающий во тьме ночи, лес на фоне заката. Оригинальные фотографии сами по себе выглядели изумительно, но стали просто невероятными после компьютерной обработки. Даже она сама не смогла бы откорректировать фотографии лучше. Техника изображения была на высоте, а этот парень смог увидеть лучший ракурс и выгодно подчеркнуть суть изображения, выделяя душу снимка. Ему удалось коснуться сердец людей, показав всю красоту и выразительность данного снимка.



    От него перехватывало дыхание — вот настолько он был хорош.



    — Все эти фотографии обработали вы? — взглянув на Хэ Бая, она попыталась сдержать свой восторг, — Почему здесь нет ни одного портрета?



    Хэ Бай обратил внимание на смену ее отношения и, дружелюбно улыбнувшись, откровенно ответил:


    — Пейзажи у меня получаются лучше. Сколько бы портретов я не снимал, ни один из них не смог сравниться с этими фотографиями.



    Его искренности в сочетании с юностью и милой улыбкой удалось смягчить выражение лица женщины.



    — Ты еще молод, поэтому иметь предпочтения — это нормально. Постепенно ты всему научишься, — сказала она и, заметив, что перед гостем не стоит даже стакана воды, грозно стрельнула в сторону девушки на ресепшен, а затем мягко обратилась к Хэ Баю, — меня зовут Ли Ру, я руковожу отделом дизайна и обработки. Фотографии, которые ты откорректировал, получились великолепными, но мне все еще нужно проверить твои способности в обработке портретов и дизайна рекламы. Идет?



    Она на самом деле руководитель? И больше никто из ее сотрудников сегодня не работает? Иначе как объяснить то, что директор проводит собеседование?



    Думая об этом, Хэ Бай все же смог изобразить удивление и радость. Он коснулся руки Ли Ру, сдержанно пожал и, опустив ее, решительно кивнул:



    — Конечно, конечно! Меня зовут Хэ Бай. Спасибо вам, сестрица Ли, что предоставили мне такой шанс!



    Он обратился к Ли Ру неформально, моментально сократив между ними дистанцию. Ли Ру нашла его поведение милым, улыбнулась парню и стала более открытой. Она жестом пригласила его войти внутрь, чтобы продолжить интервью. А затем подошла к девушке за ресепшеном и снова одарила ее грозным взглядом.



    Получив второй угрожающий взгляд, девушка за стойкой не смела даже шелохнуться от испуга. А когда женщина повела парня в дешевой одежде в комнату, она вздохнула с облегчением и похлопала себя по щекам.



    — Директор такая страшная, впредь я буду внимательнее… Но неужели работы молодого фотографа были так хороши, что директор даже обращалась к нему по-особенному?



    Покидая зону ожидания и направляясь все дальше, они вышли в большой холл. В самом его центре стояли столы и стулья, а вокруг лежал самый разнообразный реквизит, в углу располагалась лестница, ведущая на второй этаж. Посмотрев наверх, Хэ Бай заметил, что все двери комнат были настежь открыты, а люди мельтешили: то заходили, то тут же выходили, будто непрерывно работали над проектом, который никогда не закончится.



    — Наша компания совсем недавно начала сотрудничество с телестанцией. Им не хватает рук, поэтому они кажутся нервными и немного сумасшедшими, — в двух словах пояснила Ли Ру, очевидно, заметив озадаченный взгляд Хэ Бая.



    Она провела его дальше по коридору, слева толкнула узенькую дверь кабинета, указала на компьютер и сказала:



    — Фотографий, которые тебе следует обработать, на рабочем столе. Они разделены на две папки: одна с портретными снимками, а другая с рекламными объявлениями. По две фотографии каждого вида будет достаточно, время не ограничено. Позвони мне по стационарному, когда закончишь, — вот моя визитка. А вот мой номер.



    Она говорила очень быстро — Хэ Бай предположил, что ее ждут еще более важные дела, поспешно принял визитную карточку, убедив ее, что все понял, и сел за компьютер.



    Ли Ру увидела, что он не хочет тратить время на разговоры, и от этого ее первое впечатление стало еще лучше. Она лично налила ему воды в стакан, поставила перед парнем и мелким шагом покинула кабинет.



    Убедившись, что в кабинете с ним больше никого нет, Хэ Бай расслабился в кресле, потер лицо, успевшее одеревенеть от этой дежурной улыбочки, достал из сумки камеру и, сделав глоток воды, открыл программу. На рабочем столе он нашел папку со снимками и двойным щелчком открыл ее.



    — Пфф…



    Из его рта вылетел фонтан брызг воды, которую он только что выпил. Он тут же поставил стакан снова на стол и поднял клавиатуру, полностью залитую водой. На краю стола стояла коробка с салфетками, он взял несколько и протер ими клавиатуру и экран. Взглянув на кучу фотографий Ди Цюхэ, его лицо тут же перекосило.



    Как этот парень снова!.. Почему мне приходится лицезреть его физиономию каждый день?! Как это вообще возможно?!.



    Он оставил заботу о клавиатуре, схватил мышь и кликнул на фотографии в папке. Он перебирал снимки, пытаясь найти изображение какого-нибудь другого человека, только не его, но это было бесполезно. Хэ Бай начинал злиться, да так сильно, что волосы на его затылке встали дыбом.



    Какого черта? Даже подав заявку на подработку в качестве фотографа, я все еще сталкиваюсь с фотографиями этого парня? Да когда же все это прекратится?



    Парень еще недолго посмотрел на стол, сделал глубокий глоток воздуха и сдался, опустив плечи, снова взялся за мышь.



    Он понимал. Чтобы поесть мяса, заработать денег, ему нужно просто отредактировать их.



    ***



    Ди Цюхэ снял солнечные очки, лениво расселся на диване в холле Red Guest Photography напротив Saint Elephant Photography. Он взял телефон и открыл страницу Кампуса Университета Ку, выбрал в категориях товаров тот предмет, по которому накануне поднял ставку.



    Прогресс операции: продавец не отвечает.



    Он прищурил глаза и прикусил нижнюю губу.



    Сегодня воскресенье, уже два часа дня. Этот парень решил вздремнуть после полудня или решил поиграть? Или, может быть, он снова схватил свою камеру и теперь бегает с ней по округе, изображая папарацци или предсказателя?



    Подумав об этом, Ди Цюхэ нахмурился. Вспомнив «начальная ставка: 10», он стал закипать от злости, и между его тонкими бровями появилась морщинка.



    Или, быть может… парень побежал «случайно» встречаться с другими знаменитостями, а потом и их автограф продавать за 10 юаней?



    — Откуда у тебя появилось свободное время, чтобы прийти? — Цзян Сювен поставил перед ним чашечку кофе и сел на кресло напротив, откинувшись на спинку. Он сложил ноги, поднял подбородок, откровенно радуясь проблемам Ди Цюхэ, — нашему бедному Принцу кино запретили работать, что же произошло? Теперь у тебя нет денег на еду, и ты прибежал за помощью ко мне?



    Ди Цюхэ поднял на него глаза, его взгляд не отражал совершенно никаких эмоций, парень фыркнул.



    — Мне и правда стоит позволить людям, которых ты обманываешь своим невинным личиком, узнать, каков ты на самом деле. Этот дружелюбный, милый и элегантный джентльмен больше похож на «злобного волка в овечьей шкуре», — раздраженно сказал Цзян Сювен, так же высоко, как подбородок, он поднял свою ногу, чтобы пнуть Ди Цюхэ, — Все еще пытаешься уговорить моего отца? Есть прогресс?



    Услышав это, выражение лица Ди Цюхэ стало серьезным. Он сдвинул брови:



    — Ничего нового. Дядя Цзян думает, что я слишком юн, и выгляжу слишком миловидно для этой роли.

  • Одно бесполезное перерождение
  • Отсутствуют комментарии