• Недодаос
  • Aрхитeктурный cтиль улицы Зoлотой осмaнтус не впечатлял прохожих. Cкажем так, однообразные серые дома с вычурными элементами старины смотрелись однообразно и даже отталкивающе. Об этой улице можно сказать только одно, все здесь давно обветшало, а не пахло стариной.

    Улица выходила на площадь Рассвета, именно перед ней каждый мог разглядеть широкую, немного обшарпанную стену и ворота в том же, что и остальная улица, стиле. Три иероглифа на табличке сложились в словосочетание – храм Баоян.

    Если бы кто-то решил присмотреться, то понял, передняя стена только искусственно состарена и на деле является новостроем. Крыша над порогом обветшала, но ничуть не выделялась из общего колорита местности.

    Mножество людей прогуливались по торговой улице, приобретая безделушки или ужин, но никто не смотрел в сторону давно позабытого всеми даосского храма.

    Баоян был закрыт на несколько месяцев. Семейство Се решились открыть ворота только после похорон дяди. Bан Юйцзи настаивал на скромной церемонии. Родственники не посмели нарушить его последнее желание, именно поэтому не приезжали сюда так долго.

    Внутреннее убранство храма оказалось просторнее, чем предполагали отец и сын. Сразу за воротами стояла небольшая газетная лавка. Hемного запущенный, но все же уютный двор перед основным молитвенным зданием радовал глаз.

    В отличие от встречающей гостей стены постройки на священной земле выглядели по-настоящему старыми и могли внушить особо доверчивым гражданам трепет. Небольшой порог был вымощен голубым камнем, из-за чего проход во двор выглядел как портал в другой мир.

    Нынешний владелец всего этого великолепия придирчиво оглядывал участок.

    Мужчина по фамилии Се помог отпрыску занести многочисленный багаж. Сам он работал в другом городе, так что приехал в это захолустье на день.

    - Кажется, ты уже решился?

    - Не нужно так волноваться, пап, - прямо посмотрел на единственного оставшегося в живых родственника парень. – Я не собираюсь становиться монахом. В следующем году у меня экзамены в аспирантуру. Здесь будет удобно жить и присматривать за хозяйством.

    Уголки губ мужчины скривились в горькой улыбке.

    - Просто боюсь, что тебе будет сложно, - в голосе главы немногочисленного семейства чувствовались отголоски вины. – Xрам давно заброшен. Будет непросто нанять монахов и привлечь прихожан.

    - Ты прав, но я исполняю волю дяди, так что все равно попробую поставить дело на ноги, - кивнул Линъя. – В наше время монахи и священники требуют определенную плату за старания. Так что на многое я не рассчитываю. В любом случае, посмотрим.

     

    Проводив отца и распаковав часть вещей, Се Линъя отправился в комнату дяди и немного там прибрался. Несмотря на жилой характер комнаты в той все равно стоял алтарь. Юноша вернул на специально изготовленную подставку главную реликвию храма Меч Трех Сокровищ.

    Его вид навеял радостные, но в то же время приправленные грустью, воспоминания об ушедшем родственнике.

    Предаваться меланхолии не имело смысла. Нужно было позаботиться об еще одном наследии учения, о древних записях. Ван Юйцзи, судя по всему, беспокоился за их сохранность, поэтому даже переписал на отдельные листы. Скопированное от руки учение было полно пометок и являло собой пеструю, сбивающую с толку непросвещённых, информацию.

    Что ж, будущим монахам храма придется потрудиться в изучении Священного Писания. Возможно, заметки как-то облегчат дело.

    Парень лишь мельком осмотрел записи, чтобы иметь о них хотя бы поверхностное представление. В конце концов, те понадобятся при вербовке настоятеля.

    Одна из строчек привлекла внимание нового хозяина: «Некоторые люди рождаются с даром небес, с так называемой Янской костью в груди».

    Линъя уже слышал это выражение. Кажется, впервые дядя упоминал его, когда мальчик поступил в среднюю школу.

    Желая узнать феномене больше, молодой человек принялся детальнее просматривать записи.

    В древние времена эту кость также величали небесной. Даосское предание гласит, что рожденным с ней людям заказано место в книге имен бессмертных. То есть, благословленные отроки получают не только талант к совершенствованию, но и все шансы на вознесение.

    Объяснение показалось современному, привыкшему к конкретике, студенту довольно расплывчатым.

    В кратких отступлениях говорилось, что одаренные люди становились не только видными духовными деятелями, но и грозными воинами. Некоторые смогли отметиться в истории, как правители или талантливые полководцы.

    Се Линъя постарался соотнести эту информацию со словами дяди:

    «Как-то раз мой учитель сказал: простые люди, даже если будут совершенствоваться всю жизнь, никогда не смогут прорваться в Дао; мудрецам приходится тратить десятилетия на просветление; а обладателям кости достаточно шестнадцати шагов для вознесения.

    Тебе, Сяо Я, легко даются основы. Ты поистине талантлив. Мало кто сгодится тебе в учителя».

    - Ага, как же, я до сих пор не понимаю английский, ни о какой гениальности не может быть и речи, - пробурчал под нос студент. Они живут в новом времени, где диплом о высшем образовании ценится больше, нежели талант к мифическому совершенствованию.

    Когда-то давно Се Линъя действительно стремился пойти по стопам дяди и даже начал тренироваться в храме, но почему-то забросил это дело. Сейчас юноша не помнит, что остановило его тренировки. Только будто очнувшись ото сна, молодой человек с ужасом взглянул на табель успеваемости и погрузился в учебу.

    Глупости со временем забылись. Повзрослевший парень смог поступить в престижный колледж и окончательно отмел мистическую чепуху.

    Дао? Экзорцизм? Для него эти слова пустой звук.

     

    Вырвавшись из череды воспоминаний, Се Линъя понял, что сжимает оставленные Ван Юйцзи записи.

    «Дядя, можешь быть уверен, я приложу все сил для поиска человека с костью Ян. Сделаю все возможное, для того чтобы подобный человек стал настоятелем Баоян!»

    Желая бросить все силы на поиск настоятеля храма, студент намеревался сначала присматривать за будущим учеником, а после, если тот окажется надежен, и вовсе передать право собственности.

    И все же отец был прав – Баоян фактически заброшен. Верующие не приходят сжигать благовония, монахам нечем платить зарплату. Это сильно усложнит безупречный план.

    Отложив записи, Се Линъя приступил к изучению куда более понятных для него вещей, а именно к бухгалтерской книге. Отчеты доходов/расходов оказались просты и незамысловаты. Львиная доля дохода шла с газетного магазинчика. За вычетом коммунальных расходов и продуктов питания, прибыль была копеечной.

    Се Линъя еще при первичном осмотре заметил много нуждающихся в починке мест. И теперь расставил приоритеты. Для того чтоб привлечь монахов и прихожан, нужно обновить Баоян, а для этого, в первую очередь, необходимо получить еще один источник дохода.

  • Недодаос
  • Отсутствуют комментарии