• На Грани Дозволенного 18+
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Минди задорно на меня посмотрела.

     

    — Даниэль, в самом деле! Почему ты скрываешь от нас свои лучшие черты? Разве мы не говорили, как важно ничего не скрывать от детей?

     

    Мишель засмеялась. Она перегнулась через стол и дала пять матери.

     

    — Так держать, мама!

     

    Я тоже слегка улыбнулся, хотя мне и казалось, что мы говорим и шутим совсем уж странно. Но я быстро отвлёкся от размышлений, так как когда Мишель перегибалась через стол, её огромные груди заманчиво колебались.

     

    Минди посмотрела на мою эрекцию и сказала:

     

    — Мишель, лучшая черта этого человека уже в здании! Повторяю, батя в здании!

     

    Я не знаю, откуда пошел этот прикол про "батю в здании", но очевидно, что это была какая-то популярная шутка. Я с огорчением протянул:

     

    — Я женился на стенд-ап комике!

     

    Минди почему-то прошепелявила:

     

    — Нет, ты женился на псе уебанском!

     

    Мишель громко засмеялась. Это было то ещё зрелище, так как её черный топ был расстёгнут спереди. Она посмотрела на меня и сказала:

     

    — Оооу. Посмотри на папочку, мам. Ты вогнала его в пот, а себя вогнала в топ.

     

    Она взяла свои груди в руки и демонстративно потрясла ими.

     

    Хохоча, Минди ответила:

     

    — Так работает Лох-патруль.

     

    Мишель, разрываясь от смеха, ответила:

     

    — Стоп! Я сейчас умру! – но не удержалась и добавила. – И это будет моя последняя ночь на Земле!

     

    Даже будучи измотанным, и не до конца понимая, в чём прикол, мне было смешно. Так что мы все втроём изрядно повеселели. И всё это время я не мог оторвать глаз от трясущихся сисек Мишель.

     

    На некоторое время я даже забыл, какие глупости говорила Мишель до этого. Но, вдоволь посмеявшись, я вспомнил об этом. Мы говорили о моём пенисе, и она собиралась "потереть" его! Это так неправильно! Что скажут мои родственники и соседи? Что скажет Ники?! Или моя мать?! Но я был таким возбуждённым, что не мог думать о последствиях.

     

    Я посмотрел на Мишель, удивляясь её наглости. И её великолепному телу. У неё никогда не было проблем с самооценкой, так что её самоуверенное поведение оправдано.

     

    Потом я взглянул на Минди. Она удивляла меня ещё больше тем, как откровенно поддерживала сексуальные проделки дочери. Небольшие шалости – это не проблема, но сколько семей шутят о члене папочки? Мы уже переступили грань? Я сомневался. В конце концов, это просто болтовня, и я сам на неё согласился.

     

    Я переводил взгляд то на Мишель, то на Минди, думая, стоит ли им потакать. В конце концов, я нерешительно спросил жену:

     

    — Дорогая, ты правда позволишь ей шутить вот так вот?

     

    — Как "вот так вот"? – у неё на лице всё ещё красовалась широкая улыбка. – О, я знаю, о чём ты. Позор тебе, Мишель, за то, что избегаешь отвечать на мой вопрос. Разве мы не учили тебя манерам? Я спросила тебя, чем бы ты занималась в постели с папочкой, и ты ответила: "Я думаю, мы бы нашли, чем заняться. Если ты понимаешь, о чём я". Это не ответ. Я не понимаю, о чём ты. Пожалуйста, расскажи нам. Во всех подробностях!

     

    Она ухмылялась ещё сильнее, чем до этого.

     

    Мишель понимающе улыбнулась в ответ:

     

    — Прошу прощения, маман. Для начала я бы выяснила, что у него между ног. Представляешь, он даже одним глазком не дал мне глянуть! Тебе не кажется, что я была хорошей девочкой, и заслуживаю того, чтобы посмотреть?

     

    Минди ответила:

     

    — Конечно. И не только посмотреть. Не говори мне, что он не дал тебе ни прикоснуться, ни попробовать?! Даниэль! Что я говорила тебе о щедрости в нашей семье?

     

    Она повернулась ко мне и подмигнула.

     

    Казалось, моя жена была счастлива, как никогда. Я видел, что она покраснела до кончиков ушей и дышала тяжело и быстро. Она успела снять свой деловой костюм, в котором она ходит на работу, и сейчас была в футболке и юбке. Если она была в лифчике (чего я не заметил), то этот лифчик совершенно не скрывал её затвердевших сосков, торчащих из-под футболки. Я знал все признаки её возбуждения, и я мог дать голову на отсечение, что она в нескольких минутах от оргазма!

     

    Я сам беспокойно ёрзал на стуле. Был ли я возбуждён? Ещё как! Мой пенис не знал ни стыда, ни совести. Это главная проблема всех пенисов. Но вот мой мозг взрывался от недовольства.

     

    Лыбясь от уха до уха, Мишель сказала:

     

    — Маман, я могу ответить. Ты всегда говорила "делись всем и со всеми". Я права?

     

    — А то!

     

    — И если бы, скажем, Руби была здесь, было бы честно с ней поделиться?

     

    Лицо Мишель горело от возбуждения.

     

    — Как пить дать! Мы не можем делиться прямо со всеми, но Руби, она же нам как родственница.

     

    Минди аж лоснилась от похоти.

     

    — А чем, собственно, мы собираемся делиться? – спросил я с опаской.

     

    — Ты знаешь, чем, – ответила Мишель с загадочной улыбкой.

     

    — Как пить дать знаешь, – поддержала её Минди, шевеля бровями в стиле Граучо Маркса.

     

    От этого мы все покатились со смеху. И даже серьёзный я. Хотя они не ответили мне, чем хотят поделиться с Руби, я и сам мог легко угадать. Новые правила накладывали серьёзные запреты на мой пенис, но, думаю, прикосновения – это не криминал.

     

    Мишель внезапно подорвалась с места.

     

    — Не знаю, как вы, а я чувствую, что на мне слишком много одежды.

     

    Моя челюсть отвалилась и укатилась куда-то под плинтус, когда я смотрел, как она снимает свой черный топ. Затем она, добивая меня, потянулась высоко вверх!

     

    http://tl.rulate.ru/book/16178/342404

     

    Переводчики: augustin

  • На Грани Дозволенного 18+
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Отсутствуют комментарии