• На Грани Дозволенного 18+
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Наконец-то они заметили, что я оправился после невероятно приятного предоргазменного экстаза, и прекратили свои объятия.

    — Нравится, папочка? – Мишель спросила меня, очень довольная собой.

    Она потянулась к моему паху и провела пальцами вверх и вниз по нижней стороне моего стояка, касаясь его нежно, словно пёрышко.

    Я кивнул. Мне трудно было разговаривать.

    — Ты ведь не против того, что мы будем немного использовать губки? – спросила Руби.

    Я энергично замотал головой. Нет.

    Они обе захихикали и дали друг другу пять.

    Из-за этого их сисечки затряслись. Мишель заметила, что я пялился на их груди, и сказала:

    — Посмотри, Руби, папочке нравятся наши сиськи. Покажем ему шоу?

    — Давай!

    До этого они целовались в неудобном положении, в котором нельзя было долго находиться, когда только их губы соприкасались. Теперь они поменяли положение, и встали прямо над моей эрекцией, но не обращая на неё внимания. Их колени были на расстоянии друг от друга, по обе стороны моих бёдер, но они обняли друг друга за плечи и прижались своими сисечками. Затем они начали скользить своими грудями, прижимаясь ими к голым участкам тела друг друга в самой очаровательной манере.

    Их головы были близко друг к другу, и они периодически целовались. Они потянулись к моему стояки и продолжили его надрачивать. Но главный аспект шоу заключался в их грудях. Они сделали из недостатка достоинство, когда начали поцелуями убирать слёзы с лиц друг дружки.

    На несколько минут я забыл, как дышать. В какой-то степени это возбуждало меня больше, чем их минет! Ну, не совсем так. Это было чертовски красиво и сексуально. И это впечатлило меня, даже без двойной мастурбации!

    Между поцелуями Мишель сказала:

    — Тебе нравится, папочка? Мы намазали наши сиськи лосьоном, ты знаешь. И теперь они такииие скользкие!

    Руби добавила:

    — Идеальные для того, чтобы их трахнуть. Не так ли?

    Мишель согласилась:

    — О да, определённо! Чтобы их долго трахали! Много, долго, сильно, и никто другой, кроме папочки!

    Я закрыл глаза и закричал:

    — Стоп! Хватит этого! Не заставляйте меня кончать!

    Я не злился на них; просто их разговоры меня слишком возбуждали. Они надрачивали мне, и мой стояк возвышался, как Эйфелева башня, прямо под тем местом, где их тела соприкасались. Я подумал, что если я кончу в таком положении, то моя сперма полетит вверх и осядет на нижней части их восхитительных, скользких сисек.

    Стоит ли говорить, что такие мысли только усугубили мои попытки успокоиться и отсрочить момент эякуляции?

    Девочки перестали обниматься, но не отпускали, и продолжали ласкать мой член. Они сели на пятки по обе стороны от меня и повернули лица ко мне. Мишель сказала:

    — Папочка, разве ты не думаешь, что никто, кроме тебя, не должен трахать наши сиськи? Просто подумай о том, как твой большой и толстый, пульсирующий член скользит между моим шестым размером, таким скользким от лосьона. Я бы сжала сиськи, и сделала очень узкий туннель, чтобы ты трахал меня так столько, сколько захочешь! Твоего члена так не хватает между моих сисек, ну правда!

    Я слабо кивнул.

    — Его не хватает и между моим седьмым размером, не так ли, папочка? – добавила Руби, слегка потирая моё сладкое место. – Я мечтаю об этом по ночам, папочка. Мечтаю о том, как ты трахаешь мои сиськи! И не только об этом! Но эта фантазия – моя любимая!

    Мечтательное выражение её лица подтверждало её слова. Она отпустила мой стояк и двумя руками сжала свои груди, как будто моя эрекция уже была между ними.

    Мишель была рада перехватить контроль над моим сладким местом.

    — Я так рада, что ты наконец-то услышал себя и переступил через это дурацкое правило о руках и ртах. Ты ведь тоже этому рад?

    Я думал над этим. Раньше я думал, что буду придерживаться этого правила, чтобы притормозить их сексуальную энергию. Я рассчитывал продержаться дольше, но сейчас я не представлял, как смогу отказаться от того, что мы с ними начали делать. Так что я снова кивнул.

    Мишель и Руби ослепительно улыбнулись и снова дали друг дружке пять.

    Затем Мишель продолжила говорить со мной:

    — Единственная вещь... нам кажется неправильным дрочить или отсасывать каким-то обычным мальчишкам. Мы специально тренировались, чтобы освоить искусство ублажать твой член, и только ТВОЙ член! Ты не думаешь, что делить нас с кем-то ещё – неправильно? Разве ты не можешь представить, как я плачу? Слёзы текут по моим щекам, потому что я должна сосать грязный, вонючий, маленький отросток какого-то тупого неудачника? Наполнять мой рот его отвратительной кончой?

    Я мог легко представить её плачущей, потому что её лицо до сих пор было влажным от слёз, как и лицо Руби. Но в моих глазах они выглядели прекрасно.

    Она добавила:

    — Ты правда хочешь, чтобы я так мучилась?

    — Нет, – признал я.

    В тот момент я чувствовал себя полноправным собственником моих двух девочек.

    С взглядом грустного щенка, Руби сказала:

    — Папочка, знаешь, хотя официально я стала твой дочкой совсем недавно, в моём сердце я была твоей дочкой многие годы! Ты бы не хотел, чтобы мне приходилось отсасывать отвратительный, грязный член какой-нибудь грубой скотины, правда? Просто потому что я не твоя кровная дочь, ты не заставишь меня пойти на это, не так ли? Разве ты не любишь меня?

    — Люблю! – честно ответил я.

    Я был так тронут их жалобами, а ещё подступающим оргазмом, что я почти пропустил её комментарий о том, что она "официально" стала моей дочерью. Как это случилось, и что это значит? Я пропустил что-то важное? Затем я вспомнил кое-что, что говорил за последние сутки, в том числе своё разрешение называть меня "папочкой". Плюс, я вспомнил, что Минди сказала: "Мы все признаём, что ты настоящий отец Руби, хоть и не генетический". Я был в таком сексуальном угаре, тогда и сейчас, что почти забыл об этом. Теперь я понял, что она имела в виду, когда говорила об "официальном" изменении в своём статусе.

    Эта рыжеволосая красотка, что сидит на коленях, такая же дочь для меня, как Мишель и Ники. Если бы мне сказали, что на самом деле Руби моя генетическая дочь, я бы нисколько не поменял к ней отношения, так как уже относился к ней, как отец. Я говорю это не потому что она такая красивая и приятная. Я люблю её уже долгое время!

    На самом деле, такие отношения между нами делали происходящее с нами сейчас ещё хуже с моральной стороны вопроса, но в то же время лучше, в чём я признавался только самому себе.

    Она широко мне улыбнулась.

    — Я знаю, что любишь! Я всегда это знала. В моём сердце ты всегда был для меня отцом. Я люблю тебя так очень, очень сильно!

    У меня начали наворачиваться слёзы на глаза.

    Она продолжила:

    — Я хочу выразить свою любовь к тебе минетом. Ну, это будет одним из проявлений моей любви.

    Она хищно посмотрела на мою эрекцию. Она протянула руку и схватила мой стояк прямо под рукой Мишель.

    Понимая, что сейчас Руби переживает момент сильных эмоций, Мишель уступила ей чувствительную головку, а свою руку переместила к основанию.

    Потирая мою уздечку, Руби продолжила:

    — Ты никогда не захочешь, чтобы я отсасывала какому-то непонятному типу, правда, папочка? Мы не просто сумасшедшие шлюхи, которым лишь бы член пососать, мы хотим именно твой член! Наши ротики были созданы, чтобы ублажать тебя! Правда, папочка?

    Я кивнул. Я не мог думать. В тот момент их аргументы казались убедительными. Почему, черт возьми, нет? Сохранять их для себя – в этом не было ничего плохого, по крайней мере, пока Минди это одобряет, а она одобряет.

    Ну, ничего плохого, кроме инцеста. Ну, и кроме того, что у них не будем мужа, детей, нормальной жизни. Черт! Ну почему я всегда вспоминаю о таких грустных вещах?

    http://tl.rulate.ru/book/16178/378659

  • На Грани Дозволенного 18+
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Отсутствуют комментарии