• Изнанка: 17 дней до перерождения
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Ориентироваться в малознакомом городе по неточным описаниям других – то ещё удовольствие. Особенно, если этих объясняющих трое, и каждый несёт что-то своё, перебивая двух остальных и называя в качестве ориентиров совершенно незнакомые тебе объекты.

    Однако Макс всё же добрался до больницы – находящейся, вопреки всякой человеческой логике, почти у самой границы города, там, где жилые здания кончались и начинались глухие хвойные леса. То ли размещавшие здесь люди считали, что лесной воздух полезен для здоровья больных, то ли просто тупанули...

    Сам Макс считал, что в случае с больницей главное – доступность. Ладно, когда довезут на скорой, а если сам идёшь или едешь? Время может быть не критическим, но неприятным фактором.

    Что ж, по крайней мере, в самой больнице к нему никто не стал цепляться и требовать документы. Уточнив на регистрации, в какой палате и на каком этаже лежит Евгений Огузкин, Макс быстро поднялся на лифте и, постучав, вошёл внутрь.

    Он ожидал увидеть больного скучающим, сидящим в телефоне или планшете – что ещё делают люди, чтобы убить время, попав в больницу? Однако реальность оказалась несколько иной.

    Огузкин был ему незнаком, хотя, как и большинство старшекурсников института, наверняка неоднократно встречался где-нибудь в ВУЗовских коридорах. В палате он был один, к большой радости Макса. Он лежал... и просто глядел в одну точку на стене. Как будто был погружён в свои мысли настолько, что окружающей палаты для него не существовало.

    Вошедшего студента он тоже заметил не сразу. Лишь когда Макс деликатно кашлянул, больной вздрогнул и повернул к нему голову. В глазах на секунду мелькнуло что-то непонятное...

    но Макс не успел как следует разглядеть это что-то – оно быстро превратилось в обычное человеческое удивление.

    - Привет, - кивнул Евгений. – Ты кто?

    - Я из института, - деликатно пояснил Макс. – Ну, это... меня из институтской газеты прислали.

    - А, это... – Макс поставил пакет с мандаринами на тумбочку, но Огузкин даже голову в его сторону не повернул. – Вот блин! Стоило один раз упасть на улице – и теперь стану институтской звездой.

    - Да не, - смешался Макс, - не то, чтобы... Нам бы так, мелкую заметку. Ректор настояла...

    - Ага, - согласился больной, чуть привставая на кровати. – Зиночка вечно считает, что газета должна вытаскивать на свет все подробности личной жизни студентов. Все пять лет, как я в этом ВУЗе – как кто заболеет, подерётся, напьётся, у кого что случится дома... ей до всего есть дело. Одних поругает и пристыдит в лучших традициях советской листовки, других в тех же традициях похвалит и пожелает удачи в начинаниях...

    - Так ты не хочешь ничего говорить? – если честно, Макс слегка растерялся. О чём тогда писать? Просто сухую заметку? «Учащийся такой-то попал в больницу, члены нашей редакции навестили пострадавшего и пожелали ему здоровья» - так, что ли?

    - Да ладно, - пожал плечами Огузкин. – Там на самом деле какая-то странная история, такая... Не для всяких газет.

    - В смысле? – насторожился Макс.

    - Могу рассказать, только ты это... Не публикуй её, - попросил Огузкин. – Напишешь потом что-нибудь попроще, что я сказал, как иду на поправку, надеюсь скоро вернуться к учёбе... Ну, что ещё в таких случаях пишут.

    - Ладно, без проблем, - в принципе, подумал Макс, Зиночка именно это и просила написать, так что – почему бы и нет?

    - Ну, я шёл домой после одной тусовки. Зависали у ещё одного парня из инстика, ты его не знаешь, наверное – Лёха Пежин... Выпили немного, все дела... Никакой наркоты не было, это я тебе заявляю сразу и ответственно.

    - И? – в первые секунды Макс даже не сообразил, к чему клонит больной.

    - Шёл домой, дворами, - продолжил тот. – Увидел какую-то х**ню.

    - Какую-то?

    - Я честно не знаю, что это было, - признался Огузкин. – Может, конечно, по пьяни померещилось, и это была собака большая... Но издалека это казалось как какой-то паук. Шесть лап только, а не восемь. И один глаз такой – синий, светящийся...

    - Паук? – всё становилось интереснее и интереснее.

    - Да привиделось, говорю же, - Огузкин поморщился. Видимо, он и сам уже был не рад, что начал рассказывать. – Ну, эта х**ня, чем бы она на самом деле не была, на меня кинулась – но издалека. Я отшатнулся, и тут чувствую – вырубаюсь.

    - А дальше? – в голове у Макса творилась полная сумятица.

    - А дальше уже тут очнулся, и врачи склонились – типа, больной, вы очнулись, как себя чувствуете, не болит ли что... Конечно, болит! – Огузкин поморщился. – Оклемался немножко, сказали – был сердечный приступ.

    Он помотал головой.

    - Я думаю, надо пить меньше... Здоровье – оно у нас одно, так?

    - Так, - подтвердил Макс.

    - Только про это больше не пиши! – быстро всполошился Огузкин. – Зиночка, конечно, обрадуется, если я скажу, что пить брошу – только лучше ей не знать, что я начинал!

    - Хорошо, - Макс про себя подумал, что едва ли кто-то из преподавателей всерьёз верит в непьющих старшекурсников – всё-таки они не первый год работают – но вслух согласился. – Короче, смотри, тогда я напишу заметку так...

    Спустя пять минут, составив на пару с больным черновой план заметки – совершенно дежурный и безинформативный, зато такой, что точно устроит ректора – он вышел из палаты и направился к лифту.

    Что всё это значило? Неужели то, что рассказал Серёга в общаге, было правдой? Всё совпадало – и вечер, и имя хозяина вписки...

    Или это розыгрыш?! Нет, но ведь Огузкин попал в больницу по-настоящему... Или... А что, если Серёга уже наведался к другу в больницу и договорился, чтобы тот рассказал эту историю? Они ведь могли предположить, что кто-то из институтской газеты придёт к нему проведать. Более того – они могли ждать Дениса.

    Да, это казалось самым похожим на правду объяснением. Пьяные старшекурсники тусовались; затем один из них угодил в больницу, а другой предложил и из этого сделать прикол. Заранее сообщили друг другу детали, чтобы было достовернее, подделали то фото...

    - Именно так всё и было, - пробормотал вслух Макс, выходя из лифта.

    Пожалуй, решил он, Денису не стоит сообщать о том, что рассказал Огузкин. Во-первых, тот сам просил об этом не распространяться (а зачем тогда рассказал? Тоже версия в пользу розыгрыша и сговора!), а во-вторых... Если Денис узнает ещё и об этом рассказе – его будет попросту не остановить. Он окончательно вынесет всем мозг со своими «тёмными сущностями, проникающими в наш мир»!

    - Ладно, - вздохнул Макс, заворачивая в сторону своего нынешнего дома. – Разберёмся завтра.

  • Изнанка: 17 дней до перерождения
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Отсутствуют комментарии