• Изнанка: 17 дней до перерождения
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Как обычно и бывало, Макс проснулся раньше всех в доме. Часы показали, что сейчас только половина седьмого утра; пока всё было тихо, но опыт подсказывал, что ещё каких-нибудь полчаса – и начнётся шум, гам и беготня.

    Первым – после самого Макса, конечно же – встаёт Николай, его отчим. Он будет долго, шумно собираться на работу, бурчать, чтобы никто не мешал ему, не отвлекал его и не вертелся под ногами, хотя, по мнению Макса, отвлекать было особо не от чего. Да и на работе Николай был не то чтобы жизненно нужен.

    До переезда в Котельск Макс постоянно слышал два диаметрально противоположных мнения насчёт Николая: дед Сергей и бабка Антонина, у которых он вырос вплоть до шестнадцати лет, никак не могли договориться между собой.

    Бабка считала, что её дочка Оксана нашла «мужика что надо», удачно вышла замуж и вообще устроила свою жизнь по высшему разряду из возможных. Дед – отставной военный (бабка как-то проговорилась внуку, что при Союзе дед Сергей был не просто военный, а из «особых») называл её дурой, не видящей дальше своего носа, стучал кулаком и заявлял, что всегда ненавидел торгашей.

    Именно таким Николай и был в глазах своего тестя – торгашом, причём даже не «добившимся всего сам», как Николай любил заявлять семье, а за уши втащенным в бизнес партнёрами.

    - Дружкам его нужен был такой человек, - пояснял тогда ещё не слишком взрослому, чтобы до конца всё понимать, Максу дед. – Который чует силу. Николай перед силой всегда лебезит, и сильным это нравится. А когда увидит тех, кто слабее – припугнёт, изобразит из себя крутого. Тоже работает

    Было это в 90-х, и, насколько знал Макс, один из «дружков»-партнёров отца вскоре сел, а другой погиб в аварии в начале 2000-х (сам или с чьей-то помощью – чёрт его знает). Отец же, получив все карты в руки, стал в фирме главным. Ставить дела на ноги с нуля не пришлось – перед тем, как «отбыть», партнёры всё раскрутили – и Николай просто снимал сливки.

    Впрочем, к тому моменту, как Николай и Оксана познакомились, лихие 90-е уже остались позади, и Николай был не мелким бандитом-шестёркой, а респектабельным бизнесменом.

    Переехав в Котельск, после смерти деда и бабки, Макс смог увидеть отчима поближе. И не мог не согласиться с дедом. Николай всегда был преисполнен важности от солидности собственной персоны, всегда ставил себя всем в пример, но на самом деле по-настоящему важную работу в фирме делали сотрудники – а точнее, старые сотрудники, ставленники его партнёров.

    Наверное, они вполне могли бы уйти от Николая. Но такой босс их устраивал. Самоуверенный, глуповатый и не видящий, как воруют у него из-под носа.

    Итак, Николай вставал вторым. Следом за ним поднимался Фёдор – его старший сын ещё от первого брака. Двадцать два года, почти идеальный диплом и учёба в ВУЗе, совмещённая с работой в одной из фирм отца...

    Возможно, он бы работал и с основном предприятии, но именно те самые сотрудники быстро подсуетились и освободили ему место на дочернем. В отличие от Николая, Фёдор и правда был неглуп, и их махинации он бы увидел ещё в первый месяц.

    Из всей новой «семьи» Фёдор был, наверное, наименее неприятным. Макса он не замечал – и этим всё ограничивалось. Того это устраивало.

    Третьим поднимался Димка. 11 лет, низкий – даже для своего возраста – рост и столько желчи, сколько не в каждом взрослом поместится. Вот уж этот сын точно пошёл в своего отца – недаром Николай периодически умилялся и сообщал, что Димка – «вылитый он в эти годы».

    Ну, а когда вставал он, дом наполнялся уже не просто шумной и сосредоточенной вознёй, а криками, воплями, жалобами и претензиями. Николай к тому времени уже наверняка уедет, но вот Фёдор выходит одновременно с Димкой – чтобы подвезти его до школы на своей машине. Именно ему и будут адресоваться все жалобы.

    А раздражать мелкого поганца может всё. То, что перед ним не распахнули дверь, то, что чай недостаточно горячий или недостаточно холодный, то, что... да до бесконечности! Но больше всего его бесил сам Макс.

    Точнее, не так: едва ли Макс действительно бесил Димку. Просто... дом был единственным местом, где его окружали равные ему по статусу (или те, кого он такими считал). Отец и старший брат были вершинами недосягаемыми, а главное – гарантами его собственной крутизны, без них всё сливалось в унитаз. Мать? Порой младшенький забывался и орал и на неё, но она тоже за словом в карман не лезла.

    Между тем, мальчишка обожал подчёркивать свой «элитарный» статус перед всеми, кого встречал. Одноклассники и учителя (хотя учился он в достаточно хорошем лицее), сотрудники в отцовских фирмах, порой даже просто прохожие...

    И когда Макс год назад переехал к ним – исполнилась давняя мечта Димки: в доме появился тот, кого можно было невозбранно унижать, валить на него все неприятные поручения, в случае отказа на мельчайшую просьбу бежать жаловаться родителям и орать о том, что «ты здесь на птичьих правах»... И так далее.

    По счастью, это всё заканчивалось, когда оба сводных брата Макса отбывали, и в доме снова наступала тишина. Оставалась Оксана, его мать... но она вставала поздно. В её ведении было хозяйство, да и то – большую часть уборки и готовки делала приходящая прислуга. Самой Оксане оставались ценные распоряжения, часы наведения макияжа и болтовня с подружками по телефону.

    Макса Оксана не любила. Родившегося в её 17 лет от случайного залёта с незнакомым человеком... Через полгода после рождения Макса она спихнула его на своих родителей и благополучно забыла о его существовании. Даже деньги на его воспитание переводил Николай. Разумеется, это давало ему лишний повод попрекать и жену, и её первенца – а самой Оксане шипеть на Макса, что он только портит ей жизнь.

    Впрочем, Макс покидал дом раньше, чем Оксана просыпалась. Ему тоже нужно было в ВУЗ, но в другой – менее престижный, зато ближе к дому.

    Часы показали восемь, и через минуту на кухню влетел Николай – в незастёгнутой рубашке, растрёпанный, со щетиной...

    - Ты здесь что делаешь? – покосился он на Макса, который тихо мазал масло на хлеб. – А, ну да... Другого времени не нашёл, что ли? Так, давай, живо – раз уж ты здесь, поставь чайник.

    - Хорошо, - кивнул парень. С Николаем лучше не спорить. Когда у того хорошее настроение, тот просто будет рассматривать тебя как вещь – аппарат по включению чайников, например – и это хорошо. А вот если настроение бизнесмена плохое...

    Утро начиналось.

  • Изнанка: 17 дней до перерождения
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Отсутствуют комментарии