• Яд человека-панацеи
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Apомaтный дым заполнил просторную, вeзущую Бай Таня в некогда принадлежащий У Яньфу замок, карету. Юноша, втягивая ароматный фимиам, лениво откинулся на импровизированную, покрытую тигровой шкурой, кровать.

    Новоявленный владыка размышлял о небольшом клочке высушенной человеческой кожи, заботливо припрятанной У Яньфу в полой ручке Ши Юэ.

    C первого взгляда на той был изображен лишь Вишну. Однако при погружении картины в воду и тщательном рассмотрении можно было разглядеть кое-что еще. А именно карту Небесного зала. Того самого, построенного королем Тянь Чжу перед смертью. Говорят, правитель перенес туда множество волшебныx сокровищ и иных богатств. Только вот проверить это пока никому не удавалось, так как зал был погребен под тоннами снега. Сошедшая с гор лавина запечатала тайник, сделав его желанной целью большинства совершенствующихся.

    Xодили слухи, что некоторые сокровища были настолько драгоценны, что запросто могли повелевать жизнь и смертью всего человечества.

    Когда-то давно отец У Яньфу передал карту сыну и приказал отыскать погребенный зал. Само собой, это спровоцировало множество конфликтов в Улин.

    У Яньфу потерял счет злопыхателям, желающим заполучить драгоценную карту. Только его сила и могущество позволяли отбить многочисленные атаки и сохранить жизнь.

    Бай Тань был куда осторожнее.

    Обескураживая людей в мандале, юноша вынул карту и сжег кусочек кожи в адском пламени. Не только Ли Учжан, но и остальные потеряли челюсти. Поступок новоявленного главы не имел прецедентов.

    Припоминая сию реакцию, Бай Тань не мог удержаться от смеха. Никто и не догадывается, что парень обладает одной уникальной способностью. Владыка не может забыть того, что хотя бы раз попало в поле его зрения.

    То есть уничтоженная при всех карта может быть восстановлена в любой момент.

    Только благодаря этой способности Бай Тань смог изучить тайные боевые искусства и открыть каналы меридианов. Более десяти лет напряженной работы окупились. Тренируясь тайно, парень сумел углядеть проблеск надежды.

    «Хах, У Яньфу, чтобы ты подумал, если бы узнал о том, как легко я спалил твой многолетний труд? Твоя душа бы сгорела бы в пламени гнева, не так ли?»

    К радостному злорадству примешалась толика печали. Необъяснимая грусть заставила улыбку померкнуть. Владыка не хотел изучать перепад настроения и списал это на мысль о несостоятельности врага. Как бы он ни хотел, У Яньфу не сможет позавидовать его победам. Mертвые не заботятся о мире живых.

    Совершив финальную затяжку, парень вытряхнул пепел из длинной опиумной трубки.

    Все это время запертый в теле яо жэнь У Яньфу наблюдал за парнем. Особенно его взгляд привлекала шея юного красавца. Белоснежная кожа, элегантный изгиб. Хрупкость Бай Таня воспламеняла кровь человека панацеи.

    Как бы он хотел схватить мальчишку. Подмять его под себя и томным шепотом раскрыть тайну переселения своей души.

    Как бы тогда перепугался озорной ребенок?

    Несмотря на далеко не скромные желания, У Яньфу сохранял внешнее спокойствие. Eго время еще не пришло. Он все равно добьется цели, но сделает это постепенно.

    Почувствовав тяжелый, будто ледяной, направленный к шее клинок, взгляд, Бай Тань, желая избавиться от дискомфорта, обернулся. Само собой, в карете, кроме него и яо жэнь не было посторонних. Но почему немертвый так пристально на него смотрит?

    - На что ты смотришь? – несколько рассержено изрек молодой человек.

    - Я услышал бормотание хозяина и решил, что должен подойти ближе.

    Брови Бай Таня сползли к переносице. Ему не понравился этот ответ. И все же, несмотря на осторожность и подозрительность, новоявленный глава секты уже снизил свою защиту перед проклятым человеком. Что взять с искалеченного яо жэнь?

    Послушный, робкий, не испытывающий эмоций. Такого будет интересно дразнить.

    «Интересно, только ли проклятие Хо Синь заставляет его быть преданным своему господину?»

    По сути, все семь эмоций и шесть желаний этого человека стерты. Он уже не будет испытывать гнева, страха, похоти или сострадания. Как ни крути, а он лучше всего подходит для совершенствования Неба Шести Желаний.

    Вытянув ногу, парень аккуратно подцепил подбородок яо жэнь, заставляя того поднять голову.

    - Ты помнишь свое имя?

    - Не помню, - ответил немертвый совершенно растерянно.

    Ответ был ожидаем. Сев на импровизированной кровати, парень протянул руку и коснулся затылка мужчины. В тот, как и положено, был вбит тяжелый гвоздь. Pасположение его неслучайно. Так, отдавшие свою жизнь ради превращения в лекарство люди, лишались всех воспоминаний и воли.

    Говорят, если вытащить гвоздь, остатки души покинул тело и яо жэнь станет бесполезен.

    Отдернув руку, парень невольно сглотнул.

    Все-таки ему повезло…

    Повезло, что У Яньфу не был с ним настолько жесток.

    - Несмотря на потерю воспоминаний, ты остаешься человеком. Тебе нужно имя.

    Обдумывая возможность наречь яо жэнь, Бай Тань почувствовал зудящую радость. Будто получил новую, отныне принадлежащую только ему игрушку.

    Кто бы мог подумать, что у них с Яньфу будет один и тот же фетиш.

    Склонив голову набок, молодой человек, некоторое время перебирал подходящие для мужчины имена.

    - Поскольку ты всегда выглядишь немного растерянным, я назову тебя Ачи.

    Уголок губ У Яньфу еле заметно дернулся. Незаметно сжимая кулаки, искалеченный прохрипел:

    - Спасибо, хозяин. Ачи запомнит свое имя.

    Бай Таня позабавила эта сцена, и он заливисто рассмеялся, но вдруг подавившись собственной слюной, зашелся кашлем.

    - Хозяин? – подползая ближе, томно прошептал яо жэнь.

    На самом деле, измененная дьявольскими лозами кровь мужчины не предназначалась для непринужденного использования.

    До того как яо жэнь был вызволен из темницы, Инь То приносил парню разбавленную духовной жидкостью кровь. Та сбалансировала полезные свойства и не несла вреда потребителю.

    Кровь яо жэнь славилась своими полезными свойствами. Однако чрезмерное ее потребление будет вызывать привыкание. Зависимый может терять над собой контроль и станет уязвимым.

    Бай Тань не знал об этом так же, как и о созревании своей демонической, переданной по матери, сущности.

    Зато об этом прекрасно знал У Яньфу. Он ждал, когда парнишка начнет сходить с ума. Станет похотливым и зависимым от его существования. Тогда-то он и свершит свою месть. Тогда-то он и покажет свое лицо.

    Чувствуя жажду, Бай Тань прильнул к крепкому телу яо жэнь и впился в шею того клыками. Резкая боль Яньфу вскоре сменилась ощущением предстоящего триумфа.

    Да и близость привлекательного парнишки позволяла насладиться моментом.

    Бай Тань, будто попав под воздействие наркотика, практически простонал:

    - Почему твоя кровь такая сладкая?

    Лицо У Яньфу сохранило маску безразличия, но вот горло сдавило желание большего.

    Бай Тань, неосознанно целуя и облизывая новые раны на шее человека панацеи, казался все более жаждущим. От калеки очень хорошо пахло. Даже его кожа казалась вылепленной из карамели.

    Уподобившись голодному зверю, парнишка не останавливался до момента полного удовлетворения странных желаний.

    Только когда тело владыки охватила нега, он оттолкнул яо жэнь и упал на кровать. Опьяневший и расслабившийся лидер секты закрыл глаза и погрузился в блаженную дрему.

    Прошло какое-то время, прежде чем к У Яньфу вернулась способность рационального мышления.

    Почему он так отреагировал на приставания маленького врага? Множество лет тот соблазнял его и никогда не добивался успеха. Так что же изменилось теперь?

    Неужели со сменой тела пропала и его выдержка? Испарился даже намек на совершенствование?

    Или он должен почувствовать облегчение узнав, что новое тело не до конца искалечено и может проявлять признаки возбуждения?

    «Тань’эр, твой учитель рядом…»

    Шумно выдохнув, мужчина прикрыл глаза и вдруг почувствовал колыхания демонических лоз.

    Взглянув вниз, яо жэнь заметил, как оживилось растение. Лозы, будто также чувствуя возбуждение, спустились ниже и теперь окутали запястья и бедра У Яньфу.

    «Неужели они тоже почувствовали…»

    Немного успокоившись, мужчина заметил, что и дьявольское растение вернулось на исходные позиции.

    Осознание довольно примечательного факта заставило бесцветные глаза блестеть. Само собой, еще в прошлой жизни мужчина знал, насколько особенны лозы, но никогда не предполагал, что найдет им применение в нынешнем состоянии.

    Кажется, У Яньфу только что получил на руки новый, весьма полезный, козырь.

    Из размышлений экс-владыку вырвал мягкий, доносящийся откуда-то от кровати, похожий на детский, выкрик.

    Повернувшись, У Яньфу заметил выбравшегося из одежды Бай Таня ящера. Животное смотрело на яо жэнь с любопытством и осознанностью.

    «Неужели, он меня узнал?»

    Протянув руку, яо жэнь аккуратно коснулся острой головы Сань Ду пальцем. Ящерица высунула красный раздвоенный язык и лизнула холодную плоть, а после, уподобившись новому владельцу, укусило мужчину.

    В отличие от Бай Таня, Сань Ду не контролировал силу. Рана получилась глубокой. Кровь мощным потоком хлынула на шкуру.

    Почувствовавший движения чаровник раскрыл глаза и удивленно уставился на пораженного калеку. Ящерица, будто испугавшись собственных действий, тут же рванула к Бай Таню, прячась в ворохе его одежд. А У Яньфу поспешил отнять палец.

    Успокоив сначала животное, новоявленный владыка перекатился к краю кровати и ловко подцепил чужую, покрытую кровью, ладонь своей.

    Порез оказался довольно глубоким. Юноша даже посочувствовал яо жэнь, но произнес нечто иное:

    - Зачем ты к нему полез? Посмотри, сколько крови потрачено впустую.

    Приподнявшись, Бай Тань взял в рот раненый палец и начал зализывать ранку. От величественного апломба не осталось даже намека. Теперь юноша походил на крайне голодного волчонка.

    У Яньфу прищурился. Едва затушенный в чреслах пожар разгорелся с новой силой.

    С трудом сохраняя спокойствие, мужчина вынес пытку, а после наблюдал за тем, как чаровник вытирает губы тыльной стороной ладони и, поглаживая ящерицу, вновь погружается в дрему.

    Их путешествие могло стать еще более неловким, но тут где-то за пределами кареты раздался пронзительный крик.

  • Яд человека-панацеи
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Отсутствуют комментарии