• Госпожа Лин, идущая Дао самосовершенствования.
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Именно эти слова использовала старуха Ли и ее родичи что бы унизить Ложань и вот теперь та отплатила им их же монетой.

    Старшая дочка старухи Ли пришла с коромыслом и теперь она нанесла им удар по голове Ложань. Отец Ложань стоял слишком далеко что бы успеть оттащить дочку из под удара а староста и подумать не мог что сестра Аньпиня окажется столь импульсивна что посмеет ударить Ложань пока он обдумывает происходящее.

    Было поздно пытаться кому либо вытянуть Ложань из под удара. Взгляд сестры Аньпиня стал острыми и безжалостным, когда она увидела что удар идет точно в цель. Все таки красивое лицо Ложань вызывало у неё ненависть уже очень давно и …

    Ложань не двигаясь с места, исполнила почти незаметное движение. Присутствующие думали что удар в голову неизбежен и потому некоторые не в силах смотреть на это отвели взгляды в сторону.  Но к удивлению собравшихся людей, Ложань не попыталась бросится прочь, а осталась стоять на месте. Изящная, и на первый взгляд слабая девушка вырвала коромысло из руки нападающей, а та лишившись орудия нападения по инерции неуклюже проковыляла мимо и остановилась охватив ладонью другой руки взорвавшееся болью запястья.

    Папа и мама Линь тут же бросились к дочке и принялись осматривать ее, не пострадала ли она. Старуха Ли совсем не ожидала что ее дочь окажется побеждена в этой «кулачной схватке» так легко. Прежде чем она вылила на дочь поток упреков и недовольства, та успела показать матери опухшее, покрасневшее запястье. Можно было и не объяснять что это дело рук Ложань.

    - ХАА! – Выдохнула толпа. Ничто не указывало на то что дочка Линей могла бы быть такой сильной. Страшась возможных колотушек, присутствующие женщины прижались к своим мужчинам что бы почувствовать себя в безопасности.

    После того как она успокоила своих родителей, Ложань с хрустом переломали надвое коромысло и чуть присев вогнала куски в землю. Дерево каждого из них ушло в почву больше чем на несколько десятков сантиметров в глубь, оставив на поверхности только несколько щепок, напоминавших людям что коромысло было сделано из крепкого дерева.

    Старуха Ли была настолько разозлена что ее плечи как и тонкие губы дрожали от испытываемого гнева, а сама она с взметнувшимися бровями над расширившимися глазами злобно уставилась на Ложань.

    Любой из присутствующих мог сразу сказать что старуха Ли была в ярости, да и как ей не быть? Ведь за многие годы бесчинств и скандалов устраевыемых ею в селе, впервые она получила столь однозначный и сильный отпор.  Будь все как обычно, она бы уже накинулась в рукопашную на Ложань, или же бросилась на землю что бы устроить смущающую и отвратную сцену. Но здесь и сейчас, ей впервые пришлось сдерживаться.

    Все эти дни, Ложань чувствовала что ее преображенное тело как будто наполнено мощью. Сегодня она использовала относительно небольшую ее часть и этого оказалось достаточно что бы напугать старуху Ли и ее мерзких родичей. Результат ее применения очень понравился Ложань.

    Кроме старухи Ли, к некоторым выводам пришел и сельский староста. Похоже, семья Линь теперь были не только богатыми но еще обладали и «силой». Ли Вейго кашлянув, произнес:

    - Ложань собирается восстановить наш храм предков что ясно показывает ее дочернюю любовь к селу в котором она выросла. Мать Аньпиня, хватит приставать к людям.

    А вот старуха Ли не хотела прекращать скандал. Ее зять, увидев опухшее запястье жены, тоже захотел проучить Ложань посредством кулаков. Но помня что та сотворила с коромыслом мысленно принялся сравнивать свои силы и возможную силу девушки. В деревне большинство жителей мужского пола были крепкими и сильными людьми, но никто из них не смог бы вогнать обломки коромысла в землю настолько глубоко. Это какой же силой надо обладать что бы справится с нею? Ему было страшно, но еще неприятней для него была мысль что люди станут считать его трусом, не смеющим вступится за жену. Слова же старосты дали ему возможность с честью выйти из столь неудобного положения!

    Каждый в селе знал и принимал статус Ли Вейгхо как главы поселения. Пост «старосты» был всего лишь прикрытием, по факту он же был патриархом села, тем кто  следил за исполнением в жизни  древних законов рода Ли!

    Когда старуха Ли, услыхала что Ли Вейгхо собирается принять деньги на обновление храма предков, гнев так затуманило ей голову, что она продолжила конфликт вопреки авторитету и власти старосты! Она не посмела вступить в прямую конфронтацию с самой Ложань, ход мыслей которой и возможные ответные действия были для нее загадкой, так что она повернулась к родителям девушки и принялась их бранить:

    -  Вы только посмотрите что за дочь вы вырастили, бесстыжие вы люди! Я должно быть была слепа в тот момент когда соглашалась на помолвку, ведь вокруг было столько хороших, правильных девушек! Зачем я только связалась с вами!?

    - Потому таких как я здесь больше нет! И денег на подарок невесте я у вас не просила. К тому же это ты вынудила меня бросить учебу что бы оплачивать обучение Аньпиня. Мои родители были слишком добрыми и честными что бы ответить отказом. Я не буду до последнего юаня высчитывать сколько ушло на содержание твоего сына, но у меня остались чеки за внесенные на его обучения деньги. Делай что хочешь, хоть сдохни, но все это вам придется возместить!

    Ложань приняла твердое решение что она самолично полностью разрешит эту проблему и позаботится о защите репутации своих родителей. Видя попытку старухи Ли отвлечь внимание, замылить суть скандала, она естественно не могла позволить этому произойти. Она знала что мать Аньпиня могла больно жалить словами, принуждая слабых поступать так как ей было выгодно. На самом деле, у нее не было никаких чеков. Откуда им взяться? Она ведь тогда была без памяти влюблена в Аньпня.

    Увидев что эта ее атака не принесла никаких положительных результатов, старуха Ли, приняв оскорбленный и измученный вид, обратилась к старосте:

    - Дядя Вейгхо, эта девчонка смерти моей хочет. Она осмеливается оскорблять меня только потому что у меня больше нет мужа… - и она залилась слезами, хлюпая носом, пытаясь вызвать симпатию у старосты. Она уже изрядно пожила на своем веку и тем не менее назвала старосту «Дядей».

    Ли Вейгхо занимал крайне высокое положение в деревне и в роду, и естественно он обладал глубоким пониманием людских отношений. Семья Лин даровала на обновление храма предков очень значительную сумму, так что он был просто обязан их защитить. Сейчас за его действиями наблюдало очень много односельчан, если он возьмет деньги но не окажет им поддержки, то кто потом захочет жертвовать на храм в будущем?

    Упадок храма предков это упадок рода Ли, старосты села и даже всех семей с фамилией Ли.

    «Дядя Вейгхо» ни произнес ни слова в ответ, и старуха Ли поняла что сто тысяч сделали свое дело. Она тут же упала на землю и принялась кататься по ней. Пыль смешалась со слезами и соплями, покрыв ее морщинистое лицо отвратительной маской. Со всем этим и плюс еще катаясь по земле, она выглядела как очень умелый клоун. В собравшейся толпе сельчан это катание по земле положительно вызвало интерес, родители же Ложань оторопев, просто потеряли дар речи. Они чувствовали одновременно и сожаление и радость. Мать Аньпиня оказалась просто отвратительной хабалкой, к счастью, их дочка не выйдет замуж за Аньпиня и ей не придется иметь дел с подобной свекровью.

    Ли Вейгхо, глядя на катающуюся по земле старуху Ли, не испытывал и капли родственной симпатии к женщине называвшей его «Дядей». Наоборот, он был очень ею недоволен, ибо ее действия вызвали у него ощущение что она не уважает его власть.

    - Меня не волнует, есть у тебя муж или нет. Выясни сколько именно денег ты должна Линь Ложань и реши с ней этот вопрос. Если Ложань обратится в суд за возмещением убытков и от этого пострадает репутация села, то тогда не обессудь, я открою храм предков и применю к тебе закон рода. Так что делай что хочешь!

    От этих слов старуху Ли словно парализовало. Она так и замерла на земле, забыв про катания по ней. Непонимающим, пустым взглядом она уставилась на старосту. Впервые подобное действо с ее стороны не сработало.

    Родители же Ложань испытали облегчение, увидев что глава села встал на их сторону. Они не желали никаких денег от семьи Аньпиня, единственного чего им хотелось, так это что бы вся  семейка Ли не смела их проклинать и осыпать ругательствами публично и при встрече на улице, вот все чего хотели эти честные супруги.

    Ложань понимала мысли и желания родителей и потому произнесла мягким голосом:

    - Обновление храма предков это значительное событие. Обещанные мною деньги будут пересланы в сельский совет уже завтра.

    Ли Вейгхо был удовлетворен таким ответом. После пары ничего не значащих вежливых фраз, он перешагнул через мать Аньпиня и отправился прочь по своим делам.

    Видя, что староста ушел, единственный кто мог бы призвать их к порядку, некоторые родичи старухи Ли хотели бы вмешаться на ее стороне, тем более что та все еще перекатывалась по земле. Но Ложань посмотрела на них и с улыбкой произнесла:

    - Позвольте мне все для вас объяснить доступным вам языком. Если кто то из вас, тронет хоть волос на моих на моих родителях, или причинит вред нашему двору, я не пожалею еще ста тысяч что бы разобраться с этим человеком. Вы слышали что я пожертвовала стоя тысяч на храм, так что деньги для меня не проблема.

    Родичи старухи Ли, внимали словам произносимым красивой девушкой, а Ложань продолжала:

    - Я слышала, что за возможность заработать несколько тысяч юаней просто сломав кому то ноги, люди буквально дерутся. Что же они сделают за сто тысяч? Мне и вправду это очень и очень интересно.

    Голос ее был негромок, но толпа из желания не пропустить ни малейшей детали творящегося фарса сохраняла полную тишину, было так тихо что упади иголка на асфальт и то ее услышали бы. Когда же люди услышали что девушка прилюдно пообещала потратить деньги на месть если что то произойдет с ее родителями, то многие из них даже прищелкнули языками, высоко оценив сказанное ею. И вправду, нет ничего такого чего нельзя бы было добиться с помощью денег! С богатыми лучше не сорится. Осознав это, люди больше не смели наблюдать за развитием событий, и начали молча расходится.

    Несколько минут и вот уже никого не осталось возле двора Линей. По улице пронесся порыв осеннего ветра. Дочка старухи Ли забыла про боль в запястье, все что она сейчас чувствовала это разочарование.

    Старуха Ли же округлившимися глазами уставилась на Ложань. Девушка, ранее столь нежная, слабая и наивная, вдруг как будто обратилась тигром людоедом что встречает своих жертв с широкой зубастой улыбкой. Впервые она ощутила что такое настоящий страх.

    Но Ложань еще не была удовлетворена, потому она, склонившись, прошептала старухе на ухо:

    -  Лучше бы тебе поспешить домой  и начать собирать деньги. Я надеюсь мне не придется слишком долго ждать их, иначе с твоим сыном может совершенно случайно случится несчастье. Это так печально, когда умный, молодой человек с большим будущим вдруг станет калекой, ведь тогда богатая девушка не останется его подружкой, если только она не сумасшедшая...

    От этих слов все внутри старухи Ли сжалось, и она тут же вцепилась в штаны старшей дочери и почти стянув те с той, вскарабкалась на ноги, и вместе со всеми родичами тут же умчалась домой.

    Родители Ложань не могли поверить своим глазам, они были ошеломлены с какой легкостью Ложань отразила нападки старухи Ли. Наконец придя в себя, мама Линь вспомнила что ее дочка пообещала сто тысяч юаней и принялась тревожится:

    - Ох, негодница, это же сто тысяч, где же ты их достанешь!?

    Тетя Ли, облокотившись на притолку двери, с искренне добрым смехом ответила:

    - Чего ты волнуешься? Лажань теперь явно это по силам!

    Мама Линь ухватила Ложань за ухо:

    - Ты не должна так швыряться деньгами, даже если ты способна их зарабатывать!

    Мама Линь вела себя так только среди своих. Ложань же притворяясь испуганной, тем не менее чувствовала радость и спокойствие на сердце в этой атмосфере семейной гармонии. Так же она была в очень хорошем настроении от того что отразила атаку старухи ли. Девушка обратилась к тете Ли:

    - Тетя, зовите дядю и приходите к нам на ужин!

    Папа Линь вспомнил про говядину в котле и без единого слова поспешил в дом.

     

     

  • Госпожа Лин, идущая Дао самосовершенствования.
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Отсутствуют комментарии