• Феномен
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Глава 1
    Тьма бездонна и тепла, словно вода.
    Так писал американский писатель мистических романов в своей единственной работе, переведённой на японский язык, «Отчаяние Баумкухена». Когда я ещё учился в старших классах средней школы, я прочитал её в школьной библиотеке, и она оказалась по-настоящему интересной. Я не часто читаю книги, поэтому можно сказать, что она была исключением. Автор воссоздал запутанный мир в комичном стиле и это действительно был тот редкий случай, когда я просто не мог оторваться от книги. Я пытался найти другие его произведения после моего приезда в Токио, но все мои попытки найти что-либо заканчивались неудачно. Вскоре я узнал, что книга, которую я читал, была его единственной работой, переведённой на японский, и, более того, я услышал неутешительные новости.
    Как раз в то время, когда я читал его книгу в старшей школе, в далёкой Америке, писатель, находясь в состоянии алкогольного опьянения, упал с дамбы и скончался.
    Говорят, это была дождливая ночь. Кто-то говорит, что это самоубийство, другие называют это несчастным случаем, но как человек, читавший его книгу, я был очарован ночью, когда он стоял на дамбе прямо перед своей смертью.
    Просто тёмные, бесконечные, бездонные массы воды.
    Возможно, он не смог побороть желание познать глубину тьмы?
    Я думал об этом.
    Стоя прямо посреди бездонной тьмы.
    Тьма и в самом деле похожа на воду.
    Она окружила меня теплотой, окутала, препятствуя слабому свету фонарика. И это особенно чувствовалось потому, что я находился в заброшенной больнице на горе, которая скрыла луну и облака.
    «Эй, давай вернёмся? Я имею в виду, здесь повсюду осколки стекла и бетон начинает крошиться. Здесь опасно. Кроме того, возможно, здесь собираются бандиты».
    Я пытался придумать как можно больше причин для отступления, но..
    .
    «В этом мире не существует безопасных мест с привидениями»
    Мицуруги Ёиши сказала это более эмоционально, чем обычно.
    Одетая в школьную форму, она шла вперед, подсвечивая себе путь фонариком, который держала в руке.
    Её летняя форма старшей школы с чёрным галстуком и белой блузкой полурастворилась в темноте, напомнив мне сцену из какого-то фильма. Если бы мы были не там, где мы были, возможно, все это было бы забавно, но её красивое, не выражающее никаких эмоций, лицо пугало.
    Время уже перевалило за 2 часа утра.
    Мицуруги Ёиши и я осматривали заброшенный госпиталь в горах Хатиодзи.
    Оконное стекло было разбито, а линолеумные плитки были разбросаны, покрывая собой остатки медицинских записей. Плакаты на стенах были рваными и начали подгнивать, и, если посветить на них фонариком, напоминали окровавленную девушку, манящую к себе. Но хуже всего было то, что вокруг меня не было никого, хотя мне казалось, будто здесь находится множество людей.
    «Про эту больницу уже давно ходит множество странных слухов».
    От радостного бормотания Ёиши воздух вокруг продолжал холодеть.
    «Шум машин из подвала, который можно услышать, несмотря на то, что здесь нет электричества; призрак медсестры, блуждающий по больнице; пустая инвалидная коляска, преследующая тебя».
    «Эй, прекрати сейчас же».
    «Но есть один слух, выделяющийся на фоне всех остальных».
    Отозвавшийся эхом в темноте голос Ёиши был наполнен силой.
    «Говорят, что количество людей, посетивших это место, изменялось».
    «Количество людей изменялось?»
    Переспросил я.
    «Это одна из тех старых небылиц, когда входит четыре человека, а потом их оказывается пятеро? Я постоянно слышу такие истории».
    Несмотря на моё замечание, она выглядела счастливой, отвечая мне.
    «Я слышала историю про уменьшающееся количество людей».
    Я почувствовал, что история принимает злополучное направление и приготовился.
    «Если заходит четыре человека — внутри оказывается три. Если заходит пять — внутри оказывается четыре. Зашедшие пугаются, не зная, куда исчез их спутник, но, когда они выходят из больницы, число людей вновь становится прежним».
    Мне послышалось что-то в темноте.
    Если подумать, мне показалось, что этот звук не создан нами во время ходьбы.
    «Самое интересное в таких историях — это разница в восприятии. Если спросить пропавшего человека, он ответит, что он все время был вместе со всеми. Тем не менее, другие скажут, что его вместе с ними не было. Где, в таком случае, находился этот человек? И с кем он был все это время?»
    Воздух становился все холоднее.
    На мгновение я понял, что не знаю, где нахожусь. Хотя в данный момент я и должен стоять на бетонном полу, но вокруг себя я не чувствовал ничего кроме непроглядной тьмы. И я не мог больше быть уверенным в том, что говорил с Ёиши.
    Эх, и зачем я пришёл в подобное место?
    Я думал, что тогда я понял, но почему я делаю что-то подобное снова?
    Я должен был ещё по прошлому разу понять, что это не моё. Когда в её голосе и глазах появлялись признаки жизни, я чувствовал, что вещи постепенно становились искажёнными. Вера, уверенность вокруг меня, начинали рваться на части, и я чувствовал, как меня медленно тянет в образовавшееся отверстие.
    Опираясь на свет у своих ног, я следовал за Ёиши, которая без колебаний двигалась вперёд…
    И был готов вот-вот расплакаться.
    'О паранормальных местах, которые стоит избегать!'
    Все началось с той темы на оккультном сайте Икаигабути.
    Хотя тема почти сразу же была удалена администратором Кришной, к счастью или к сожалению, — я случайно прочёл её в тот раз, до её удаления. И я заметил кое-что.
    ・Глубоко в горах Хатиодзи.
    ・В заброшенном госпитале.
    ・Люди, посетившие это место, были госпитализированы в психиатрическую больницу.
    И тогда я вспомнил. Это активно обсуждалось на прошлой встрече для исследования паранормальных мест, которую посетила Ёиши. Если я правильно помню, они сказали, что дело было в заброшенном госпитале. В тот раз что-то случилось, и один человек только пробормотал «Ёиши», но в данный момент он находится в психиатрической больнице. Мицуруги Ёиши всегда считали ненормальной, но именно после этого инцидента её стали называть «проклятым существом». А потом, спустя несколько недель, слухи о Ёиши распространились, и в сети она стала персонажем вроде Садако.
    Если встретишь её — умрёшь через семь дней.
    Если заговоришь с ней — будешь проклят.
    Её внешний вид также активно обсуждался. Однорукий человек, окровавленная девочка и множество других подобных версий. Меня раздражали эти слухи.
    Пообщавшись с ней несколько раз во время предыдущего инцидента, я начал чувствовать, что Ёиши не была столь чудовищной, какой её считали. Она просто немного странная старшеклассница, которая хорошо разбирается в оккультизме. Конечно, иногда действительно были моменты, в которых можно было усомниться в её ментальном здоровье.
    Вот такое у меня сложилось о ней впечатление.
    Если бы я мог выяснить, что именно произошло здесь в тот раз, возможно, мне бы удалось хоть немного очистить её репутацию.
    Как только закончилась лекция, я сразу же поспешил к западным воротам своего университета. Было около трёх часов дня. В это время ученики старшей школы тоже расходились по домам. Вряд ли Кришна расскажет что-нибудь, даже если спросить её напрямую, поэтому лучше спросить человека, к которому это происшествие имеет непосредственное отношение.
    «Эй, Ёиши!»
    Вскоре показалась фигура знакомой мне черноволосой девушки с белым лицом, и я окликнул её, стоя в тени фонарного столба.
    «Подожди, я хочу кое-что у тебя спросить».
    Сказав это, я быстрым шагом направился в её сторону. Ёиши, обернувшись, удивлённо посмотрела на меня.
    Её глаза, как всегда, напоминают стеклянные бусинки, подумал я.
    «Ты ведь ходила в заброшенный госпиталь в горах Хатиодзи после оффлайновой встречи членов Икаигабути?»
    Лицо Ёиши на мгновение стало задумчивым, словно она вспоминала старого друга детства, и, в конце концов, она кивнула.
    «Ходила».
    «В таком случае, что произошло с людьми, которые ходили с тобой в тот раз?»
    «Это была оффлайн встреча. Я не поддерживала ни с кем связь».
    «Говорят, что один из людей пошедших туда, сейчас находится в больнице. Более того в психиатрической».
    Я пересказал ей то, что говорил Зиппо на прошлой встрече.
    Той ночью знакомый Зиппо был там вместе с Ёиши.
    После чего, он, бормоча лишь имя «Ёиши», был госпитализирован в психиатрическую больницу.
    Услышав мою историю, Ёиши слегка склонила голову набок.
    «Разве это не имеет к тебе какого-то отношения? В любом случае, что произошло там в тот раз?»
    «Что… Я услышала про это место обитания призраков и пошла туда».
    «Нет, я уверен, ты знала, что это место опасно, правильно? Почему ты не остановила их?»
    «Нет людей, которые остановились бы потому, что я сказала им 'это место настоящее'».
    «Мм…»
    Правда.
    Мне бы тоже захотелось пойти, если бы я это услышал.
    Но нет же. Проблема вовсе не в этом. Я уже понял, что она особенная. Она сильно отличается от обычных любителей оккультизма. Она должна была знать о том, что это место по-настоящему опасно. Знать это и не предупредить остальных, кто же так поступает?
    И тогда она сказала, словно читая мои мысли.
    «Каждый сам несёт ответственность за себя в паранормальных местах. В этом мире так было и будет всегда».
    Холодно сказала она и меня это рассердило.
    «Тебе всё равно? Вот почему люди считают тебя ненормальной».
    Сказал я.
    Но она лишь вздохнула.
    «Нельзя заставить людей молчать. Особенно в интернете».
    Сказала она и продолжила идти.
    Конечно, мне начало казаться, что это бесполезно. Я пытался поддержать её, так как волновался, поэтому её отношение было немного грубым. Тем не менее, когда я видел её худую спину, мне становилось грустно. Она была похожа на странника, который проходит тернистый путь в одиночку. Казалось, что она самостоятельно несёт на себе все тягости и страдания этого мира.
    «Боже, ладно».
    Я снова побежал за ней.
    А затем, следуя за ней, я решил, так или иначе, продолжить разговор.
    «Тогда скажи мне правду. Что там произошло. Я напишу об этом».
    И тогда Ёиши остановилась, посмотрев на меня любопытным взглядом.
    «Я не понимаю, в чём причина всего этого».
    «Замолчи. Рассказывай».
    Повторил я.
    И мне показалось, что что-то зашевелилось в её глазах.
    «Ты действительно хочешь знать?»
    Её пустой взгляд пугал меня.
    Что-то начало открываться перед этими тёмными глазами, которые, казалось, видят всё. В то же время мой инстинкт самосохранения начал безудержно предупреждать меня об опасности, крича мне остановиться. У меня было чувство, что какая-то необъяснимая история вот-вот начнётся.
    «Если ты хочешь знать, несмотря ни на что…»
    Ёиши продолжала, все ещё глядя вдаль.
    «Было бы быстрее, если бы ты лично пошёл туда».
    «Пойти в госпиталь?»
    Ёиши кивнула и затем слегка свела брови.
    «По правде говоря, я ещё не посещала его».
    «…Что?»
    Моя голова не могла прийти к ответу, который бы заставил меня сдвинуться с места. Ах, вот значит как. Подобная ситуация довольно нестандартна.
    Я онемел и меня начало шатать, но она продолжала.
    «С этого момента, каждый несёт ответственность сам за себя».
    …и так, я и Ёиши прибыли сюда на поезде.
    Ясно, в самом деле, я ответственен за то, что случится со мной. Пытаться помочь ей, не осознавая собственных возможностей — вот причина, приведшая меня в это жуткое место.
    В густом мраке мы спустились в подвал госпиталя и продвигались мимо тёмных, влажных и отсыревших проходов.
    Моё дыхание стало тяжёлым, возможно из-за грязного воздуха. Моё сердце стучало так сильно, что его биение чувствовалось через одежду, и я бесчисленное количество раз думал, что не могу идти дальше.
    Но почему я продолжаю?
    Почему я не могу просто схватить Ёиши за руку и сказать, что мы уходим?
    В этот самый момент…
    Я снова услышал трещащий звук где-то поблизости.
    Я отпрянул, словно что-то схватило меня за сердце.
    «Ч-что это был за звук? Его уже было слышно».
    Спросил я, но Ёиши просто ответила «кто знает?», продолжая идти.
    «Кто знает… ты слышала это, не так ли? Он был довольно громким».
    Я стоял, сжавшись, и продолжал водить фонариком вокруг.
    «Здесь».
    Голос Ёиши прозвучал впереди.
    Я посмотрел в её сторону и увидел, что она стоит перед комнатой. Подойдя поближе, я увидел, что её фонарик освещает табличку с надписью «Вторая кладовая комната».
    «Что здесь?»
    «Здесь исчез один человек».
    «…Да?»
    Спросил я, сглотнув.
    «Другими словами, что? Этот слух, про исчезновения людей…»
    «Правдив».
    «…Говори о подобном заранее, пожалуйста».
    Я огрызнулся на неё, раздражаясь, но все начинало проясняться. Иначе говоря, тем, кто исчез, был госпитализированный друг Зиппо. Естественно, любой попал бы в психиатрическую лечебницу, застряв один в подобном жутком месте. В конце концов, ноги уже едва держали меня. Постойте. Тогда зачем ему бормотать имя Ёиши? Из-за чего у неё всё же такая репутация?
    И затем Ёиши спокойно покачала головой.
    «Неверно».
    «…А?»
    «Той, кто исчез, была я».
    От её слов у меня по коже пробежали мурашки.
    «Я всё время была вместе с остальными, но, когда мы вышли из больницы, они сказали, что именно меня не было вместе с ними. После того как мы вышли из клиники, мы убедились, что наши воспоминания идеально совпадают именно до этой комнаты. Тем не менее, когда мы вышли из больницы, мы помнили события по-разному. Для них меня не было внутри, а я помнила, что всё время была вместе с ними. В таком случае — кем были те люди, с которыми я была всё это время?»
    Я посмотрел на частично повёрнутое в мою сторону лицо Ёиши в момент, когда она радостно объясняла что произошло.
    И тогда я подумал, что мне никогда не стоило сюда приходить.
    Почему наши воспоминания отличаются и почему это происходит? Я хочу знать.
    Ёиши подошла к двери с зачарованным взглядом, затем обернулась ещё раз.
    «Эй, страшно?»
    Спросила она, глядя мне в глаза.
    «Каково это, бояться?»
    И с этими словами она исчезла в комнате.
    Я остался один в тёмной комнате и колебался.
    Да, я боюсь. Конечно. Так что я иду домой, удачи.
    Как просто было бы, если бы я мог сказать это и уйти.
    Однако когда уровень человеческого страха проходит определённый порог, ноги перестают двигаться. Просто сдвинуться с места само по себе ощущается так, как будто это привлечет внимание того, что не можешь видеть, и поэтому нужен совершенно другой уровень мужества. Более того, факт наличия такого мужества у старшеклассницы был неприятен. Если бы я сейчас сбежал, меня всю жизнь называли бы «Королём трусов», оставившим молодую девушку одну в тёмном госпитале.
    У меня не было другого выбора, поэтому я скользнул через слегка приоткрытую дверь.
    Внутри было ещё темнее. Если бы у темноты была плотность, показалось бы, что здесь она ещё плотнее. Когда я посветил фонариком, я увидел пространство размером в пятнадцать-шестнадцать татами. В середине стоял письменный стол, а вокруг него были разбросаны различные незнакомые мне инструменты. У стен было несколько упавших шкафов с разбитыми стёклами, а бумаги, лежащие внутри, были разбросаны вокруг.
    Я задел что-то, пока светил фонариком. Это была пивная банка. Осмотревшись вокруг, я увидел смятые сигаретные пачки и пустые пакеты из-под закусок. Видимо, всё это осталось от «неблагодарных», которых так презирала Кришна. По выходным это место, вероятно, использовалось для проведения игр на храбрость.
    «Должно быть, это довольно популярное место».
    Сказал я, и далеко в темноте послышался скучающий голос.
    Я направил фонарик на неё и обнаружил, что Ёиши стоит рядом со шкафом. Она подсвечивала ящики, медицинские записи, но вскоре, исчерпав всевозможные занятия, подошла ко мне.
    «Мы раньше уже смотрели на это вместе».
    Ёиши светила на вещь, которую она показывала мне, это была старая университетская записная книжка.
    «Что это?»
    Я открыл её и, посветив фонариком, понял, что это журнал. Внутри он был исписан от начала до конца. Большинство записей были написаны хираганой. Время от времени встречались люди и машины, нарисованные цветными карандашами, поэтому можно предположить, что всё это было написано больным ребёнком. Я листал страницы и заметил, что текст заканчивался примерно в середине одной страницы. Стояло число 16 августа 1991 года. А дальше, поперек страницы, большими буквами было нацарапано…
    'Пожалуйста, исправьте мою болезнь'.
    Эти слова ножом врезались в моё сердце.
    «Имя совпадает, так что, вероятно, это написал тот ребёнок».
    Ёиши протянула мне лист бумаги, пока я ошеломлённо смотрел на жёлтую записную книжку.
    Это была медицинская карта. Здесь были записи истории болезни восьмилетнего мальчика.
    А в конце было написано официальное «Скончался».
    «Он умер».
    Пробормотал я и она кивнула.
    А потом она перевела свет к противоположной стене и радостно перефразировала то, что я сказал.
    «Да, предполагается, что он умер».
    Я потерял дар речи, когда увидел стену.
    Там…
    Хираганой, тем же почерком, что и в записной книжке…
    'Я сделаю все, что попросите, если вы исправите мен'.
    Надпись на стене была огромна. Каждая буква была размером с две человеческие головы. И написана она была так высоко, что даже взрослому будет сложно туда добраться.
    «Это... написал этот мальчик?»
    «Кто знает».
    Ёиши сказала это, освещая стену от одного конца до другого.
    «Но проблема не в том, кто написал это».
    «…Тогда в чём проблема?»
    Я думал об этом, но казалось, что станет ещё более жутко, так что я решил спросить её только после того, как мы вернемся в хорошо освещённое место. Видите, я немного вырос.
    Но в этот самый миг…
    Свет пропал.
    Всё стало покрыто мраком, и я в страхе отшатнулся.
    «Э-эй, почему ты выключила свет…»
    Но потом я понял…
    …Нет. Ёиши была не единственным человеком, освещающим это место. У меня тоже был фонарик, и я его не выключал.
    Несмотря на это, вокруг стало темно…
    Я вновь услышал трещащий звук.
    Казалось, что он отдается эхом издалека, но в то же время находится у самого моего уха. Это было похоже на звук разбивающегося воздуха, словно стена, которую я не мог увидеть, трескалась. И в то же время я что-то почувствовал. Запах гниения, похожий на запах реки, заполненной мёртвой рыбой.
    «Эй, Ёиши…»
    Сказал я дрожащим голосом, но ответа не последовало.
    «…П-прекрати это, эй...»
    Крича, я нащупал выключатель моего мини-фонарика, а затем…
    треск, хрусь, треск
    Резкие звуки эхом прозвучали вокруг меня.
    Это он. Знаменитый звук разматываемой и рвущейся полиэтиленовой упаковки.
    И вдруг меня схватили за руку.
    Я собирался закричать, но это заставило меня присесть на месте.
    «Замолчи».
    От резкого шёпота Ёиши я замолк.
    И тогда тишина и темнота воцарились вокруг.
    Нет…
    На краю этого тихого мира, наполненного напряжением, я чувствовал, что что-то не так. Я мог слышать бесконечный поток тихого шума. Здесь был кто-то ещё? Или же это животное, а может насекомое? Я пытался так думать, но чувствовал что-то конкретное. По крайней мере, это было не животное, это что-то, столь же беспомощное, что и люди.
    И я мог сказать, что нечто медленно приближается к нашей комнате с дальнего конца коридора.
    Я уже залился слезами.
    И я признал, что я был слабаком. Если бы я только мог покинуть это место живым. Я бы никогда не пошёл в паранормальное место вновь. Я бы больше не следовал за странными словами Ёиши. Я бы дописал моё письмо матери, и жил достойной жизнью студента, почтительно относящегося к родителям и занятого только учебой и работой. Точно. Я приехал в Токио, что бы изменить судьбу семейного бизнеса по производству пиломатериалов. Тем не менее, я заинтересовался оккультным сайтом и был наказан за проникновение в место вроде этого. Это наказание за то, что я не написал письмо моей матери, несмотря на то, что обещал. Я был неправ. С этого момента я буду жить достойной жизнью. Поэтому, пожалуйста. Пожалуйста. Я не знаю, что происходит, но уже всё осознал. Возвращайся в свой другой мир.
    Однако…
    … разрушая мою молитву богам…
    «Исчезни!»
    Необъяснимый крик Ёиши прогремел как взрыв, и стол рядом со мной издал громкий звук.
    Казалось, что Ёиши пнула его. Что-то разбилось, и по тихому, прежде заброшенному госпиталю разнёсся громкий звук. В то же время, моё тело снова начало двигаться. Свет снова включился, и, когда тьма рассеялась, я увидел...
    Я увидел…
    В коридоре, который было видно через слегка приоткрытую дверь...
    Тапки с голубыми шнурками.
    А затем, вытянутую после падения, обутую в тапок, худую, синеватую, гниющую, разрушающуюся ногу ребёнка.
    «А… уваа!!»
    Я закричал одновременно с Ёиши.
    «Это не невозможно».
    Она дёрнула меня за руку и громко крикнула.
    «Это бессмысленно! Это излишне!»
    Она продолжала что-то кричать.
    Как она может так громко кричать с таким хрупким телом? Её голос пугал меня. Но её голос, казалось, потревожил что-то, что я не в состоянии был увидеть. Бесчисленное множество вещей, которые я не мог видеть, казалось, ползали и двигались.
    Одновременно с этим Ёиши побежала к коридору. Возможно, это был вызов чему-то, чего я не мог понять, или, может быть, она просто пыталась сбежать.
    «П… подожди, подожди меня!»
    Какого черта!
    Подумал я, и последовал за ней спустя мгновение.
    Я прошёл через дверь, которую она полностью выбила, и очутился в коридоре.
    «Эй, постой, Ёиши!»
    Я направил свет от моего фонарика в коридор, но она не стала ждать.
    «Вот гадина, хорошо».
    В средней школе я состоял в баскетбольном клубе и даже был разыгрывающим. Я был уверен в скорости моих ног.
    Однако Ёиши была ещё быстрее. От её обычной медлительности не осталось и следа. Её чёрные волосы метались из стороны в сторону, пока она бежала словно молодой олень, отдаляясь от меня. По пути, не заметив, или же сделав это сознательно, она свалила больничную ширму и засохшие растения. Это напомнило мне, как мы шалили, когда учились в начальной школе, и заставило на миг забыть о том, что это паранормальное место. Конечно, сейчас я сожалею об этом, но тогда мы боялись сердитого, лысого парня, который будет гоняться за нами, и это было весело. Возбуждение того времени внезапно снова проснулось во мне. И в этот раз это стало ничем иным, как моим спасителем. Я развеял препятствия, которые врезались в мои ноги и плечи, и продолжал бежать. В этот раз волнение одержало победу над страхом. Я пробежал через коридор и, поднявшись по лестнице, быстро повернул на первом этаже. Я преследовал Ёиши, которая бежала на некотором расстоянии впереди меня.
    «Эй, Ёиши!»
    Я пинком открыл входную дверь в больницу и вышел на улицу…
    Тем не менее, здесь никого не было.
    Я оказался на заросшей травой стоянке, где слышны были только звуки насекомых.
    Стоя под сияющей голубовато-белой луной, я положил руки на колени и восстановил дыхание. Моё сердце, казалось, вот-вот взорвётся от моей первой серьёзной пробежки за последнее время. Никогда прежде я не чувствовал такого спокойствия от лунного света. Как только я моё дыхание успокоилось, передо мной появились чёрные носки и чёрные кожаные ботинки.
    Подняв глаза, я заметил, что Ёиши смотрит на меня.
    «Почему ты побежала впереди меня?»
    Я жаловался, хватая ртом воздух, но Ёиши лишь язвительно фыркнула.
    «Жалкий».
    «…Повтори?»
    «Это место вызывает жалость».
    В темноте ночи она впилась взглядом в бетонное здание…
    И затем её вырвало.
    Внезапно, её вырвало на стоянке.
    Её рвота переливалась в лучах лунного света.
    Остолбенев, я наблюдал за этим и подумал, что это выглядит довольно любопытно.

  • Феномен
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Отсутствуют комментарии