• Феномен
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Глава 4
    «Эй, куда дальше?»
    Прокричал я вопрос, отчаянно крутя педали.
    «Куда-нибудь, где нет людей».
    Сказала Ёиши, сидя на кузове велосипеда.
    В руках она держала записную книжку, завёрнутую в газету.
    «Так значит причиной того, что ты из госпиталя пришла прямо ко мне домой…»
    «Да, я следовала за этим».
    После того, Ёиши быстро пробежала по коридору на кухню и растёрла по своим рукам крупную соль из храма, которую я оставил на кофейном столике. Затем, она посыпала ею волосы и свою промокшую одежду. А потом с невероятной скоростью сказала: «я возьму это прочитать» и обернула записную книжку лежащей поблизости газетой. Её глаза светились. Она скрывала что-то ужасное, её радостный взгляд заставил меня понять, насколько опасным всё стало.
    «Значит, эта записная книжка опасна».
    «Она — причина всего».
    «Причина? Но это ведь просто записи».
    «Верно, но все вложили в них свой смысл».
    «Смысл…»
    И я вспомнил, что Кришна говорила нечто подобное.
    «Эй, нам разве не стоит связаться с Кришной?»
    Но Ёиши отвергла это предложение.
    «Эту записную книжку не стоит видеть больше никому».
    От этих слов по коже у меня пробежали мурашки. Вдруг Ёиши указала вперёд.
    «Поверни на этом углу».
    «Что?»
    «Там место, куда я хочу попасть».
    Я последовал её приказу и свернул с главной дороги на узкую тропинку.
    Тут был небольшой торговый центр. Естественно, ночью он был закрыт, но вокруг было так тихо, что я начал сомневаться, был ли он открыт днём. Уличные фонари встречались не часто и слабо светили. Я пытался ехать по дорогам с большим количеством людей, но почему мы едем сюда?
    «Эй, куда мы направляемся?»
    «Впереди должен быть храм».
    «Ты хочешь запечатать это там?»
    «Нет».
    Сказала она как обычно.
    «Я хочу взять там симэнаву».
    «Симэнаву? Взять?»
    Как Ёиши и сказала, вскоре мы увидели арку храма.
    Невероятно тёмный, усаженный деревьями путь к святыне был освещён лишь светом из главного здания.
    Мы скользнули на ближайшую стоянку, и Ёиши спрыгнула, пробежав под аркой к большому дереву гинкго возле главного здания. Я припарковал велосипед, подбежал к ней и быстро осмотрелся.
    «Ты уверена, что сможешь это сделать?»
    «Ты хочешь быть проклят или прогневить богов? Выбирай».
    …Не хочу ничего из этого.
    Ёиши, похоже, поняла, что тянуть симэнаву бесполезно и снова убежала. Она направилась к хижине в стороне, и вышла оттуда с серпом в руке. Прежде чем я смог её остановить, Ёиши отрезала симэнаву. Во время всего этого я молился перед главным зданием. Простите, простите, она ненормальная. Возможно, она не плохой человек, но она ненормальная.
    «Бога не существует, так что не волнуйся».
    Сказала она, держа в левой руке завёрнутую в газету записную книжку, а в правой — симэнаву.
    «В таком случае, зачем тебе симэнава?»
    «Вещи, которым люди молились долгое время, содержат сопоставимое количество энергии».
    Это был не первый раз, когда я не понимал, о чём она говорит.
    Как бы то ни было, я изо всех сил погнался за Ёиши, которая побежала к велосипеду.
    Когда мы оба сели на него, я снялся с места, словно убегал от кого-то.
    Я разогнался, направляясь от торгового центра к главной дороге, и вновь набрал полную скорость.
    Однако…
    Во мне зарождалось странное чувство. Как будто торговый центр был не таким, как прежде. Верно, словно количество магазинов увеличилось. Когда мы приехали, ставни всех магазинов были закрыты и лишь на немногих из магазинов были вывески, но теперь они висели почти на всех домах. Нет, это ещё не всё. Я мог видеть тусклый свет, проезжая мимо окон некоторых зданий. Я чувствовал людей внутри. Активности было столько, что казалось, словно магазины вот-вот откроются.
    «Быстрее».
    Прошептала Ёиши, обращаясь ко мне.
    Ей не было нужды говорить мне об этом — я и так давил на педали изо всех сил.
    Что-то было не так. Странные вещи происходили вокруг меня. Хотя нет, скорее собирались вот-вот произойти.
    Я ощущал присутствие людей в узких переулках между домами.
    Я чувствовал, как они смотрят на меня, но не мог обернуться. Я чувствовал, как ставни магазинов, мимо которых я проезжал, начинали открываться. Я чувствовал, что позади меня стало немного ярче, но старательно игнорировал всё это. Я просто продолжал крутить педали.
    'Верни'
    Внезапно мне показалось, что я услышал голос. Я чувствовал бесчисленные руки, протянутые ко мне.
    «Простите, простите, простите» — мысленно повторял я, терпя всё это. Все моё тело было покрыто потом. Я ускорился ближе к концу торгового центра, казавшегося мне бесконечным, и вылетел на главную улицу.
    В этот самый момент…
    Всё вокруг заполнил ослепительный свет. Я услышал звук сигнала. Грузовик. Он был готов вот-вот врезаться в нас сбоку.
    «У… вааваа!»
    Я быстро свернул. Но этого было недостаточно. Я не мог съехать с его пути.
    «Мы попадём под колёса» — в тот самый миг, когда я подумал это, мой мамацикл совершил манёвр, совершенно неожиданный для такого дешёвого куска железа. Ощущение было такое, будто время остановилось, и когда я оглянулся, то увидел, что Ёиши свисает, чуть ли не падая. Её длинные волосы развевались на ветру, наш центр тяжести переместился так низко, что моё лицо почти касалось земли.
    «Крути педали!
    Эти слова вернули меня в реальность, и я начал крутить педали изо всех сил.
    Оба колеса скользили, и мне уже казалось, что мы рухнем прямо под грузовик, но, в последний момент, чиркнув об асфальт, мамацикл восстановил своё сцепление с дорогой.
    Нууууууух!
    Лишь на волосок.
    Грузовик снова засигналил и слегка задел нас, проезжая мимо.
    Давление воздуха от проезжающего мимо грузовика было невероятно большим, но я удержал равновесие. Какое-то время я не мог думать, и Ёиши тоже молчала.
    Начиная с предков и так далее…
    Я поблагодарил каждого бога, которого только смог вспомнить.
    Проехав через старый забор, мы оказались на заболоченном участке с дикорастущей травой.
    Вокруг было темно. Всякий раз, как луна пряталась за облаками, мы не могли даже разглядеть лиц друг друга.
    Земля была мягкой, а вокруг витал неприятный запах ила. Не было слышно ни единого звука, лишь стрекотание насекомых.
    Мы были севернее Мусасино, на заброшенной свалке.
    Я безмолвно осмотрелся вокруг, в то время как Ёиши зажала фонарик зубами и, взяв первый попавшийся камень, положила его на записную книжку. Симэнаву, которую она только что наглым образом срезала, Ёиши обвязала вокруг.
    «Что ты делаешь?»
    «Топлю её».
    Сказала она как ни в чём не бывало.
    Я снова посмотрел на самое тёмное место тьмы — на свалку.
    Это озеро в форме квадрата со стороной около тридцати метров, казалось, всё ещё пребывало во мраке.
    «Эй».
    Цикады продолжали плакать, когда я спросил.
    «Нам и правда обязательно это делать?»
    Ёиши повернулась ко мне. На её белом лице играло отражение света в воде.
    «Он не имеет к этому никакого отношения, верно? Он просто умер от болезни. Так почему его нужно утопить в таком одиноком месте?»
    «Ты просто чувствуешь к нему жалость».
    «Ты уже читала эту записную книжку? Он просто хотел выздороветь. И всё же…»
    Мои глаза привыкли к темноте, но всё, что я видел, это озеро грязи.
    «И всё же его нужно утопить в таком одиноком месте?»
    «Те, кто пали во тьму, должны рассматриваться как тьма».
    «…Что?»
    «У всех преступников есть то, что заставило их запачкать свои руки. Возможно, они подвергались насилию со стороны своих родителей. Возможно, они росли, избегая общества. Возможно, они дошли до предела, когда их душа сломалась. И всё же, когда ты падешь во тьму, для тебя нет дороги назад».
    Ёиши не останавливалась, и я просто смотрел.
    Что делать. Что я должен сделать? Ёиши быстро продолжала свою работу. В её действиях не было колебаний. Но её стройная спина снова привлекла моё внимание. Мне показалось, что она сдерживает себя. Как будто она пыталась избавиться от грязной себя. Как в том сне…
    Где «человек Ёиши» пинала «змею Ёиши».
    «Остановись».
    Когда я это осознал, я уже держал Ёиши за руку.
    «Давай подумаем над другими вариантами».
    «Других вариантов нет».
    «Вроде храма или экзорциста…»
    «Это не то с чем они могут справиться».
    Я не смог выдержать её уверенный тон.
    «Почему ты так говоришь?»
    Я посмотрел на её белое лицо.
    «Не узнаешь, пока не попробуешь».
    «Я знаю».
    Она отвела в сторону взгляд своих обсидиановых глаз, более тёмных, чем темнота вокруг, и сказала:
    «Тех, кто однажды познал тьму, затягивает в её глубины».
    Я онемел.
    Я думал о писателе, исчезнувшем в проклятую, дождливую ночь. Я думал, что это просто романтика, существующая только в историях. Я думал, что это просто заблуждения ученика средней школы. Но когда она это сказала, я мог только признать, что за этим что-то стоит.
    Тем не менее…
    И, тем не менее, я покачал головой.
    Я хотел спросить, нормально ли быть затянутым, быть поглощённым.
    Какой смысл в том, что бы узнать истинную сущность тьмы? Какой смысл в том, чтобы утонуть на дне дамбы? В конце концов, люди умирают. Вы можете отнести увлечённость тьмой к этому случаю. Я люблю таинственное. Я впечатлён глубиной мира, демонстрируемой невероятным. Это так же, как мой отец молится богу горы, когда рубит деревья на горе — оказывать должное уважение сущности, которую мы не в состоянии увидеть. Сущности, которая превосходит возможности обычного человека — вы можете назвать это природой или чем-то подобным.
    Я узнал это от матери. Когда я был ребёнком, я в страхе дрожал от приступов, которые не мог предсказать. Однажды утром, меня разбудили на рассвете и отвели на гору Эбоши. Мы взошли на гору в темноте, и я вцепился в мамину руку, потирая сонные глаза во время нашего подъёма. Я помню, что ночью мы не могли видеть подножие горы, и я боялся демонического визга необъяснимых животных. Я поднимался, в ужасе цепляясь за руку матери, как за единственный источник безопасности. Я не знал, зачем мама привела меня на гору. Но, когда мы достигли цели, когда мама указала на восходящее солнце, я непроизвольно издал звук восхищения. Тьма раскололась на части, и при виде света, непреодолимо заполняющего всё вокруг, я испытал трепет. Чудо, сотворившее этот мир, жизнь в этом мире – я увидел более весомое доказательство, чем пророчества о том, что нам просто позволили жить.
    И пока в моей голове проносились такие спонтанные мысли…
    «Тебе стоит как-нибудь приехать в Фудзиэду».
    Сказал я.
    «Я покажу тебе свет восходящего солнца на горе Эбоши. После этого ты уже не сможешь сказать таких слов».
    Глаза Ёиши слегка расширились от изумления.
    «Ах».
    «Я дурак. Я и в самом деле дурак», подумал я, но уже не мог вернуть сказанных мною слов.
    Я выпятил грудь.
    «Вот так вот».
    «В твоих словах нет логики».
    Она вздохнула, и я не мог её за это винить.
    «В любом случае, я не утоплю его».
    Я взял записную книжку у Ёиши и прижал к себе.
    Ёиши молча смотрела на меня какое-то время и затем сказала:
    «Делай что хочешь».
    Она холодно произнесла эти слова, повернулась ко мне спиной и ушла.
    Я знаю.
    Я знаю, что я безнадёжный слабак, я хорошо это знаю.
    В принципе, всё так и случилось. Как и следовало ожидать, я, проигнорировав предупреждение Ёиши, принёс записную книжку обратно домой и через неделю со мной начали происходить странные вещи.
    Например, одним дождливым утром.
    Когда я ехал на автобусе в университет, я увидел это.
    Держась за ремешок, я увидел это недалеко от себя.
    Там стоял человек, одетый в выцветший костюм камисимо, вроде тех, которые можно увидеть в исторической драме. На нём была белая хакама c голубыми пятнами, благодаря которой он сильно выделялся. Но никто не обращал на него внимания. Конечно, косплей в наши дни в моде, так что я отвернулся. Однако, когда автобус прибыл на остановку, и я снова посмотрел в этом направлении — его уже не было. Я подумал, что он просто вышел. Потом я посмотрел на улицу и чуть было не потерял сознание. Почему-то этот человек был на крыше здания рядом с главной улицей. Он беспечно ходил по вершинам ограждений на крышах зданий.
    А потом во время лекции.
    Я услышал свист. Слабый и одинокий звук, разносимый ветром. Я подумал, что это музыка ветра, но потом понял, что он исходил не извне. Его источник находился в аудитории, а, если точнее, рядом со мной. Я поспешно огляделся, но, конечно же, никто не играл на флейте. Вернее, если бы кто-то играл на флейте во время лекции, преподаватель кричал бы от гнева. Я быстро успокоил сердцебиение и несколько раз глубоко вдохнул. Но я по-прежнему слышал флейту. Мелодия не была достаточно длинной, чтобы уловить её, но и не была настолько короткой, чтобы можно было её игнорировать. И все же она была постоянной и оставалась в голове. Я испугался и закрыл уши. В этот момент, я почувствовал, как мурашки пробежали у меня по спине. Я всё ещё слышал её. Я мог слышать её, не смотря на то, что закрывал свои уши. Когда я понял, что слышу её прямо у себя в голове, я зажал рукой рот, еле удерживаясь от крика, и выскочил из класса.
    Во время полуденного перерыва это снова произошло, когда я с несколькими университетскими друзьями играл в баскетбол в спортзале.
    Когда я отобрал мяч и вёл его по вражеской территории, игрок противоположной команды преградил мне путь. В этот момент я краем глаза увидел, как кто-то поднял руки. Я сделал бросок, предназначенный для обхода вражеской защиты. Однако я услышал свисток, означающий выход мяча за пределы поля, и вопрос своих товарищей по команде — «что ты делаешь?».
    «Что? Вы пробегали тут, разве нет?»
    Спросил я, но мои товарищи ответили отрицательно.
    Я был сбит с толку, но продолжал играть. Однако, во время матча, я два раза бросал мяч кому-то, кого видел краем глаза, раздражая этим моих товарищей по команде.
    …Что происходит?
    Я понял, что что-то не так и вышел из спортзала. Подойдя к фонтанчику рядом с входом, я включил воду и залпом выпил. Затем я сел на скамейку поблизости и поднял голову. Небо было ослепительно чистым. Но, несмотря на то, что оно было чистым, я чувствовал некую темноту. Как будто мир, который я привык видеть, был затуманен. Словно на старой фотографии, это был мир, к которому я не имею никакого отношения. Это было так, словно я попрощался с миром, в котором я привык жить раньше.
    «Должно быть, это по вине этой вещи».
    Записная книжка всё ещё была у меня дома.
    В конце концов, я принёс её домой, но, для безопасности, оставил завязанной в симэнаву Ёиши и засунул вглубь своего шкафа. До сих пор всё было спокойно и без происшествий, но я всё ещё немного беспокоился по этому поводу. Возможно, по этой причине я видел странные вещи.
    В этот момент, кто-то сел рядом со мной.
    Я подсознательно подвинулся слегка, уступая место…
    Но когда я увидел его обувь, моё сердце замерло на миг.
    Это были изношенные тапки, перевязанные голубыми шнурками, надетые на босу ногу.
    Всё моё тело одеревенело, и я не мог пошевелиться.
    Я даже не помню, как дышал.
    Звуки исчезли, и мир обволок белый туман…
    Я продолжал сидеть рядом с этим.
    «Хорошая погодка».
    Мне показалось, что прошла целая вечность, когда я услышал голос.
    Я резко поднял голову и увидел улыбающегося Ишикаву — ученика того же языкового класса, что и я.
    Он был довольно типичным студентом для этого университета, в котором учились весьма обеспеченные люди.
    «Ты в порядке?»
    «Ну, да».
    Я снова мог двигаться. Когда я посмотрел в сторону, там больше никого не было. Я разжал и сжал свой кулак — он двигался. Ладони мои были покрыты потом.
    «Только что занимался?»
    «Нет».
    «Похоже, ты не выспался».
    Ишикава рассмеялся. Он был невероятно способным в получении хорошей работы, хорошей компании и хороших связей, так что, когда я смотрел на него, мне становилась стыдно за то, насколько глупыми были мои проблемы.
    «Эй, Нагито, слушай… «
    Он на мгновенье замолчал, перед тем как снова продолжить.
    «Это съедобно».
    От этих слов у меня начался приступ тошноты. Казалось, словно завод выливает отходы прямо у меня в животе. Охваченный чувством рвоты, нарастающим изнутри, я отбежал в сторону.
    Когда я оглянулся и посмотрел на лицо Ишикавы, оно выглядело другим. Чистым, чёрным, бесчеловечным. Кажется, я сходил с ума. Во всяком случае, я был на пределе.
    В этот момент небо стало мутным. Я думал, что это облака, но было всё ещё ярко и солнечно. Ясное небо протянулось до бесконечности. Но было темно. Только вокруг меня было темно.
    Это ощущение давило на меня, заставляя продолжать бег. Я побежал через кампус, направляясь к западному крылу.
    После разрыва связи с Ёиши, у меня оставался лишь один человек, на которого я мог положиться.
    «Кришна!»
    Подбежав к комнате, я с грохотом застучал в металлическую дверь, но ответа не последовало. Я заглянул в затуманенное стекло и прислушался, но не заметил чьего-либо присутствия внутри. Прислонившись к стене, я вытащил свой мобильный телефон. И затем позвонил Кришне по номеру, который был указан на визитной карточке. Время, пока она не отвечала, тянулось для меня вечность, и я ждал, восстанавливая дыхание.
    «Алло?»
    От услышанного мною голоса, я прослезился.
    «Кришна, у меня проблемы».
    Я чувствовал, что вот-вот закричу.
    «Что такое? Что случилось?»
    «Я думаю, что кто-то овладел мной».
    В этот раз, я определённо рассказал ей всё.
    То, что я взял записную книжку из госпиталя. То, что я умолчал об этом. То, что Ёиши собиралась выбросить её, но я забрал её домой. И то, что моя жизнь рушится на части.
    Я рассказал ей всё, и попросил, умоляя.
    «Спаси меня, пожалуйста».
    На другом конце телефона, Кришна молчала.
    Я приготовился услышать её «ты безнадёжен». Меня не волновало, сколько она будет меня отчитывать. Мне было бы всё равно, если бы она меня оскорбила. Даже в этом случае, она должна была быть в состоянии что-нибудь придумать.
    «Ну, что я могу сказать…»
    Я услышал голос Кришны.
    «Я не могу тебе помочь».
    «Что? Почему?»
    «Я в префектуре Аомори»
    «…А?»
    Если подумать, её голос действительно казался далёким.
    «Постой… почему ты поехала в Аомори?»
    «Поправить позвоночник».
    «Зачем тебе специально ехать в Аомори, что бы поправить свой позвоночник…»
    «Позвоночник мешает дыханию. Ну, это всё долго объяснять, так что остановимся на этом. В любом случае, мой учитель будет говорить…»
    «Учитель?»
    А, Кришна упоминала, что у неё есть учитель… она сейчас с ним?
    Пока я раскладывал мысли по полочкам…
    «Йо! Добрый день».
    Я услышал весёлый мужской голос. Кришна сказала про Аомори, поэтому я ожидал услышать сухой голос, представляя учителя старушку, так что это немного выбило меня из колеи.
    «Так, для начала, я хочу проверить, в каком ты сейчас положении. Поблизости есть вода?»
    «Вода?»
    Я огляделся и увидел раковину в конце коридора.
    «Да».
    «Хорошо, помой руки и заднюю часть шеи».
    Я поспешил сделать, как он сказал.
    «Готово».
    «Хорошо. Теперь, когда ты хорошо вымылся, вытяни свою левую руку».
    Я сделал и это.
    «Слегка сожми кулак и семь раз повтори сутру, которую я скажу тебе».
    Я судорожно кивнул и повторил сутру, которую он прошептал, семь раз.
    «Готово? Теперь напиши "鬼の字" (сущность демона) пальцем правой руки на каждом из пальцев левой. Затем сильно подуй на них и, как сделаешь это, внимательно слушай».
    Я ничего не понимал. Я не понимал, но слушал.
    Моя открытая рука была вся в поту, и мои пальцы дёргались от стресса.
    «…сейчас».
    Его голос неожиданно стал тише.
    «Какой палец дрожит?»
    …Ммм.
    Мой средний палец сильно дрожал, так же как и безымянный.
    Я сказал ему, что дрожит средний палец, и мужчина на другом конце телефона замолчал.
    «Хм… алло»?
    …Не замолкай так внезапно, мужик, это страшно.
    «Эй. Ты меня слышишь? Это плохо, если трясётся средний палец?»
    Крикнул я, и с другой стороны телефона раздался до безобразия громкий голос.
    «Изыди!»
    …Эй.
    «Алло? Наги!»
    «Ах, Кришна».
    «Ты меня слышишь? Ты в порядке?»
    Естественно, я на секунду растерялся от этого «изыди!».
    Я склонился над раковиной.
    «… Куда делся этот гад?»
    Спросил я, почувствовав, как во мне нарастает гнев.
    «В данный момент учитель использует на тебе духовное видение».
    Сказала Кришна с другой стороны телефона.
    «Ну, у нас нет фотографии, так что всё, что мы делаем — это собираем информацию и думаем о том, что делать дальше. Мы не можем выяснить, что овладело тобой и по какой причине».
    «Этому учителю можно верить? «
    Спросил я, и Кришна слегка рассмеялась.
    «Кто знает, он чудак. Но его мнение всегда верное. Я могу это гарантировать».
    Я не знаю почему, но то, как она это сказала, действовало мне на нервы. Была ли это ревность к доверию, которое она оказывала? Или, возможно, это из-за того, что этот ублюдок крикнул «изыди!», словно не хотел этим заниматься. Я не понял причины, но решил ему не доверять.
    «Так что там с дрожащими пальцами?»
    «Это японский вид проклятий. Он позволяет выяснить, какой призрак тобой овладел».
    «Что он имел в виду, говоря 'изыди'»?
    «Учитель сказал, что не очень-то верит в это, но средний палец олицетворяет не обычных призраков».
    «Не обычных призраков… тогда кого»
    «Если сказать одним словом — божество».
    «…А?»
    «Высшее божество или демоническое божество. В любом случае, это не обычный бесцельный дух.»
    «Притормози. С чего бы чему-то подобному овладевать мной» , подумал я, но потом вспомнил.
    Ведь Ёиши и я пробрались в храм ночью и срезали симэнаву. Но, постойте, её срезал не я, к тому же, я просил прощения. Я, конечно, понимаю, что это непростительное деяние, но это уже слишком.
    «Как бы то ни было, мы немедленно возвращаемся в Токио. Думаю, когда мы вернёмся, уже наступит ночь, так что запиши то, что мы собираемся тебе сказать».
    Я проверил свои карманы, но там не было бумаги, так что я поклонился и одолжил ручку с бумагой у проходящей мимо студентки.
    И сказал продолжать Кришне на другом конце телефона.
    «Для начала, выброси эту записную книжку».
    Сказала она.
    «Где-нибудь, куда не ходят люди. Свалка, на которую ты ходил с Ёиши, сгодится».
    Но я всё ещё слегка сопротивлялся.
    «Мне действительно нужно это сделать?»
    «Я отчасти понимаю твои чувства. Но это причина всего».
    «Почему? Почему этот ребёнок…»
    «Вероятно, многие души собрались в этой записной книжке».
    Я почувствовал, как множество разрозненного, благодаря этим словам, стало связанным.
    «Я говорила тебе, что призраки, потерявшие свою цель, стремятся её обрести? Я не знаю, кто написал эти слова на стене. Но это дало призракам цель и, скорее всего, именно это стало причиной всего».
    «Ясно. Вот оно как».
    Вот почему Ёиши сказала выбросить её.
    И Кришна сказала, что это плохие слова.
    Однако я должен был проглотить свой отказ, крутящийся у меня на кончике языка.
    Он был как я. Он просто страдал. Он просто хотел помощи. Он просто хотел играть и смеяться вместе со всеми.
    «Послушай, Наги. Этот ребёнок уже мёртв».
    Она повысила голос.
    «Он больше не в этом мире. Пока ты сочувствуешь ему, ты никогда не сможешь избавиться от призраков».
    Я.
    Я.
    Я…
    Я уже хотел что-то ответить, когда заметил кое-что. Когда я разжал свою дрожащую левую руку, безымянный палец начал дрожать ещё сильнее, чем средний.
    «Эм, Кришна…»
    Сказал я дрожащим голосом.
    «Это… мой безымянный палец тоже очень сильно дрожит…»
    «Что?»
    «Значит ли это…»
    И в этот момент, телефон заполнился шумом помех.
    Внезапно я услышал какой-то звук, напоминающий кипение воды.
    «Да…? Алло?»
    «А… Алло…?»
    Где-то далеко, я слышал голос Кришны. Но это уже не было разговором.
    Помехи, затем кипение. Смешиваясь, звуки становились тихим голосом. Сочетанием бесчисленных человеческих голосов…
    «Не слушай!»
    Внезапно крикнула Кришна.
    «Н-не слушать?.. В таком случае, что мне делать?»
    И затем связь оборвалась.
    «К-Кришна?»
    Я множество раз пытался перезвонить ей, но всё безуспешно.

  • Феномен
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Отсутствуют комментарии