• Бог Преступности
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • “Кстати, раз ты уже поступила в университет, чем будешь заниматься в школе? Я к тому, что мы сейчас вовсю начнём готовиться к вступительным.”

    “Да. Поэтому я хочу закончить ещё один год экстерном.”

    “Чего?”

    Ан Ын – ён приступила к объяснениям.

    Допустим, срок обучения в подготовительной медицинской школе составляет два года. Математика, физика, химия, биология и тд. После поступления на первый курс вы сосредотачиваетесь на изучении точных наук, откидывая гуманитарные как менее важные. Дальше больше – общая химия, органическая химия, общая биология, биология клеток, молекулярная биология и продолжение списка… после двух лет ‘вводных курсов’, начинающие врачи переходят основной курс, где уже учатся быть настоящими врачами.

    Тхе – хёк застонал.

    Учёба ради учёбы…

    Он сразу же представил себе десятки учащихся на врачей студентов, в белых робах, отлично контрастирующих с чёрными кругами под глазами. Так себе перспектива.

    “Вооот. Тем более, мне нравится учится.”

    Почему – то снова покраснев, ответила Ан Ын – ён.

    Как они и договаривались утром, Тхе – хёк отправился вместе с ней в центральную больницу на встречу с матерью Ан Ын – ён. Да, а управлял данной больницей её отец.

    “Собираешься устроиться сюда после диплома?”

    “Ам. Почему бы и нет? Я хочу пойти по стопам отца.”

    Будущее Ан Ын – ён было чётко распланировано. Тхе – хёк хмуро опустил взгляд.

    “Мне завидно, сам то я даже университет ещё не выбрал.”

    “М-мы можем сходить на экскурсию в мой, на выходных? Из – за зимних каникул учащиеся пока не приехали, но профессора и ассистенты – исследователи должны быть на месте. Ты обязательно найдёшь что – нибудь подходящее для себя!”

    “А можно?”

    “Да, я разговаривала с главой кафедры. В университете S разрешены туры по кампусу. Мне кажется – будет интересно.”

    Тхе – хёк беспокоился не заметила ли староста его ухмылки. Вряд ли она что – то заподозрит, но уж слишком легко всё вышло.

    Тхе – хёк улыбался, улыбалась и Ан Ын – ён, вот только между их причинами для радости не было никаких параллелей.

    ‘Похоже мы стали довольно близки с ней.’

    Что касается Ан Ын – ён, она хотела быть больше чем другом для Тхе – хёка; к сожалению, в его мыслях романтика отсутствовала напрочь.

    ‘Проблема с допуском решена. Нужно заранее собрать информацию о этой лаборатории роботов.’

    Пока Ан Ын – ён переминалась с ноги на ногу, борясь с сердечными порывами, Тхе – хёк обдумывал следующее преступление.

    * * *

    “Прости, можешь зайти первым? На улице похолодало, а я так и не купила одеяло для мамы. Обещала же себе… и забыла. Не стесняйся, сестра тоже в комнате. Ой, ты ведь встречался с моей сестрой?”

    Выпалила Ан Ын – ён перед входом в больницу. Несколько дней назад её сестра приехала в гости.

    “Ын – чон нуна? Давненько мы не виделись.”

    Кивнул Тхе – хёк.

    “Хм? Говоришь так, будто вы старые друзья.”

    Тхе – хёк промолчал. Он не хотел рассказывать Ан Ын – ён о Цирке Смерти.

    ‘Хех, в последний раз она смотрела на меня как мышка, внезапно налетевшая на кота.’

    Тхе – хёк почесал затылок и перешагнул порог больницы. Он отправился в отделение больных с иммунодефицитом. Естественно, в процессе ему пришлось переодеться в хлопчатобумажную одежду, предоставленную больницей и пройти процедуру очистки от микробов.

    “Этаж F же?”

    Зайдя в лифт, он нажал иконку этажа, на котором жила мать Ан Ын – ён и Ан Ын – чон. Двери лифта распахнулись спустя четыре этажа. Воздух здесь пах иначе чем снаружи, напоминая скорее Цирк Смерти или Медицинский Центр Т.

    [Шпионаж обнаружил интенсивный образ смерти.]

    ‘Пошёл ты.’

    Тхе – хёк махнул рукой, прогоняя появившееся перед глазами сообщение.

    Нет, что – то тут определённо не так. Мимо то и дело проносились доктора с медсёстрами, держащими в руках истории болезней.

    Тхе – хёк подошёл к ресепшну, обратившись к сидевшей за стойкой медсестре. Женщина мило улыбнулась ему и указала на дверь, расположенную в конце коридора.

    Тхе – хёк всё отчетливее ощущал, как над ним сгущаются тучи. Пройдя через несколько дверей, он наконец попал в закрытую, абсолютно пустую комнату. Стоявшая рядом медсестра молча открыла следующую дверь, предварительно проверив пропуск Тхе – хёка.

    Новая комната оказалась на порядок больше, разделённая стеклянной стеной, позволяющей посетителям видеть пациента. Прямо сейчас, рядом с кроватью стопилось сразу несколько людей в белых халатах.

    “Показатели?”

    “Быстрее, готовьте дефибриллятор”

    “Сердце остановилось!”

    Ан Ын – чон сидела на соседней кровати, нашёптывая лежащей неподвижно женщине средних лет:

    “Скоро придёт Ын – ён… Мама… пожалуйста… продержись ещё чу – чуть…”

    Тхе – хёк понял, чему он стал свидетелем – момент прихода смерти.

    Прибор, показывающий пульс пациента, перестал колебаться.

    Доктор качнул головой и накрыл тело одеялом.

    “Время смерти 16:10, январь шестое.”

    Ын – чон уткнулась лицом в простынь, не переставая всхлипывать. Тхе – хёк открыл дверь и бесшумно проскользнул внутрь.

    “Посетитель? Прошу прощения. Знай я заранее, подписал бы допуск на час раньше…”

    Слегка дрожащим голосом сказал доктор.

    “По – крайней мере она была не одна…”

    Добавила медсестра, прежде чем выйти вслед за ним.

    Тхе – хёку хотелось кричать. Ан ын – ён не было здесь, а он был. Как она отреагирует? Задержалась, чтобы купить подарок для матери, пока та умирала.

    Что Ын – ён почувствует, сложив вместе два события? Она так усердно училась, надеясь помочь своей матери. Ради этого она даже поступила в медицинский университет. Что он должен, что он вообще может ей сказать?

    Персонал больницы незаметно исчез, оставив в комнате только членов семьи.

    Ан Ын – чон приподняла заплаканное лицо, но увидев Тхе – хёка, слёзы с новой силой заструились по её щекам.

    “Где Ын – ён…?”

    “Она задержалась, пошла за подарком.”

    “…Понятно.”

    “…..”

    Спустя пару секунд, Ын – чон вдруг заговорила:

    “Мама… несколько дней назад она выглядела шедшей на поправку. Хорошо поела… я рассказала ей о случившемся и мама простила меня… мы много смеялись… я пообещала себе отныне быть хорошей дочерью, но кажется сделала это слишком поздно.”

    Голос девушки изрядно потрясывало.

    ‘Смог бы я изменить настоящее, зная о нём заранее?’

    Тхе – хёк обладал воспоминаниями из будущего, вот только они охватывали определённую нишу - преступность.

    -Я хочу сообщить ей про университет лично, не по телефону. Как думаешь, мама обрадуется?

    Перед глазами всплыл образ улыбающейся Ын – ён. Сколько усилий она приложила, чтобы обрадовать мать, теперь уже напрасных усилий.

    В его сердце бурлил коктейль из очень несвойственных ему эмоций. Он не мог смириться с такой концовкой.

    Ын – ён сделала из Тхе – хёка образцового студента. В каком – то смысле, благодаря ей он узнал о Ан Ын – чон, подруге Ха – ран. Он слишком задолжал ей.

    ‘Она должна хотя бы рассказать матери о поступлении в университет. Но как?’

    Тхе – хёк пересмотрел список своих умений. Он знал будущее, но не был способен воскресить мертвеца. Хотя, если…

    “Вот оно. Придумал.”

    Тхе – хёк кивнул сам себе.

    Он решил исказить реальность, создать фальшивые воспоминания. Но для этого ему понадобится голос Ын – ми.

    “Ын – чон нуна. У тебя есть видео- или аудиозаписи с голосом матери?”

    “Ам… вроде бы голос мамы стоит в нашем доме на автоответчике.”

    Тхе – хёк никогда не делал так раньше. Обычно, он встречался с человеком лично, чтобы получить образец голоса. Правда с мертвецом стандартный метод не сработает. Сможет ли он словить образец, прослушав запись?[1]

    Тхе – хёк набрал домашний номер Ын – ён. Спустя тридцать секунд гудки сменились записью автоответчика.

    -Вы позвонили в дом Ан Чон – хёна, Ли Ын – ми, Ан Ын – чон и Ан Ын – ён. Извините, но видимо сейчас нас нет дома. Пожалуйста, оставьте свой номер телефона и мы вам обязательно перезвоним.

    [Был зарегистрирован голос Ли Ын – ми.]

    [Модуляция Голоса может сымитировать голос Ли Ын – ми.]

    Сработало! Ан Ын – чон, прослушав сообщение вместе с Тхе – хёком, вновь зашлась в рыданиях. Она ушла из дома несколько лет назад, но все ещё числилась среди членов семьи.

    “М-мама…”

    Одеяло, покрывавшее лицо Ли Ын – ми, сползло вниз. Закрытые глаза, расслабленное лицо, будто она мирно спала. Возможно ли, что она чувствовала приближение смерти и радовалась возвращению блудной дочери, успевшей как раз вовремя?

    “Нуна. Я выйду.”

    “…”

    Тхе – хёк покинул комнату, заметив идущего ему навстречу Ан Чон – хёна.

    “Д-дорог-ая…!”

    Решив не мешать семье оплакивать горе, он отправился в комнату ожидания. Набрал номер Ын – ён, предварительно изменив свой голос на голос Ли Ын – ми.

    “Дочка! Почему опаздываешь?”

    -М-мама?

    “Я уже устала ждать. Сколько ещё времени у тебя уйдёт на выбор подарка?”

    -М-мне очень жаль. Уже бегу.

    “Твой друг рассказал мне кое – что интересное. Это правда?”

    После секундной заминки, Ан Ын – ён чуть ли не прокричала в трубку:

    -Да. Я поступила в университет S! Я буду усердно учиться и вылечу тебя.

    “…Молодец, моя умница. Поздравляю! Сложные были экзамены? Только не переучись там! Ешь вкусные вещи, заводи друзей, наслаждайся жизнью. Мне жаль, что я не смогла, как раньше, сделать тебе завтрак перед экзаменом. Спасибо, ты так стараешься, я горжусь тобой.”

    -Хихихи… Мама, ну хватит.

    “Ын – ён. Я всегда буду присматривать за тобой.”

    -Мама? Ты говоришь странные вещи. Мама…!

    Уже с совсем другими интонациями кричала Ын – ён, она почувствовала неладное.

    “Ын – ён, дочь моя, я люблю тебя.”

    Тхе – хёк повесил трубку.

    Ли Ын – ми на его месте сказала бы то же самое. Он вышел в коридор и взглянул на комнату, ставшую домом для этой женщины.

    Запыхавшаяся Ын – ён вбежала внутрь, сжимая в руках сразу две упаковки с одеялами. Похоже так и не смогла решить какое из них лучше.

    Всё в порядке? Тхе – хёк задавался вопросом, действительно ли он помог Ын – ён. Последний их разговор, созданная Тхе – хёком фальшивка. Тем не менее Ын – ён была очень рада услышать похвалу от Ын – ми, пару слов, оправдывающих годы стараний.

    Тхе – хёк уселся прямо на пол и вздохнул.

    Ложь. Самое презренное из преступлений. По – крайней мере у неё останется память о последнем разговоре с матерью. Если бы Ли Ын – ми знала…

    А затем произошло что – то удивительное.

    [Вы ассимилировались[2] с Ли Ын – ми, поняв её сердце.]

    [Вы успешно исказили реальность, создав маленькое чудо.]

    Следом выскочило сообщение о обретении нового умения.

    [Высшее умение Маскировка освоено.]

    -Вы можете замаскировать своё лицо под лицо, встреченного вами человека.

    Новое криминальное умение – Маскировка!

    Совершенно другой уровень по сравнению с Модуляцией Голоса. Теперь он волен подражать не только голосу другого человека, но и его внешности.

    Самое желанное для Тхе – хёка умение. Вот только сейчас его больше волновало сообщение, связанное с какой – то ассимиляцией. Если он правильно понял…

    “Ын – ён. Всё так. Уверен, твоя мать гордится тобой. Ещё раз поздравляю с поступлением в университет.”

    Тхе – хёк закрыл глаза, проговорив послание, переданное ему сердцем Ли Ын – ми.


       

    [1] Не совсем понятный мне момент, учитывая, что он постоянно использует голос актёра. Автор или забыл, или просто забил на раскрытие подробностей.

    [2] Думаю, имеется в виду психологическое значение термина – процесс интеграции внешних объектов (людей, предметов, идей, ценностей) и бессознательных содержаний в сознание.

  • Бог Преступности
    Следующая глава (Ctrl + вправо)
  • Отсутствуют комментарии